За разломом орла
Шрифт:
Он произнес это таким тоном, словно уже потерял ко мне интерес и выполнял некую рутинную процедуру.
Возможно, он и потерял интерес. А я — нет.
Никогда не слышал о станции Саумлаки, зато прекрасно знал, где находится сектор Шедар. Звезда Шедар — это супергигант класса «К» у самой границы Локального Пузыря. А всего навигационных секторов в Пузыре семьдесят два.
Я уже упоминал Пузырь?
Вы знаете, как выглядит наша галактика Млечный Путь — вы ее тысячи раз видели на рисунках и в компьютерных симуляциях. Яркая чечевица галактического ядра
Теперь рассмотрим вблизи один рукав. Там, на расстоянии около двух третей радиуса от центра Галактики, находится оранжево-желтая звезда, наше Солнце. Полосы и складки космической пыли окутывают ее на расстоянии в десятки тысяч световых лет. Тем не менее Солнце расположено в центре огромной, диаметром в четыреста световых лет, дыры в этой пыли — Пузыря, внутри которого плотность пыли примерно в двадцать раз меньше среднего значения.
Это и есть Локальный Пузырь. Словно Господь взял и специально для нас сотворил дыру в этой пыли.
Но, разумеется, сделал это не Господь. Тут поработала сверхновая звезда примерно миллион лет назад.
Осмотревшись, мы увидим и другие пузыри, границы которых пересекаются и сливаются, образуя огромную пенообразную структуру размером в тысячи световых лет. Есть среди них структуры Петля-1, и Петля-2, и Кольцо Линдблада. Есть даже сверхплотные узлы, где пыль настолько густа, что почти не пропускает свет. Этакие черные мембраны наподобие облаков в созвездии Тельца или в районе Ро Змееносца либо сам Разлом Орла.
Расположенный за пределами Локального Пузыря, этот Разлом — самая дальняя точка Галактики, до которой люди добрались. И дело тут не в выносливости или хладнокровии. Просто-напросто способа забраться дальше не имеется, во всяком случае, не в пределах сети сверхсветовых скважин. Запутанная наподобие кроличьих нор структура возможных маршрутов дальше попросту обрывается. Основная часть конечных пунктов — включая большинство маршрутов «Синего гуся» — даже не выведет вас за пределы Локального Пузыря.
Для нас это значения не имеет. Даже в пределах сотни световых лет от Земли коммерческих рейсов вполне хватает. Но Шедар находится как раз на периферии Пузыря, где плотность пыли начинает повышаться до нормальных галактических значений. Отсюда до Земли двести двадцать восемь световых лет.
Повторю: хреново.
— Я знала, что это станет для тебя потрясением, — послышался другой голос. — Но все не так плохо, как ты думаешь.
Я посмотрел на женщину, которая это сказала. Среднего роста, лицо из тех, что называют «миниатюрными», с раскосыми пепельно-серыми глазами. Гладкие платиновые волосы касаются плеч.
До боли знакомое лицо...
— Не так плохо?..
— Нет, Том. — Она улыбнулась. — В конце концов, у нас появился шанс вспомнить старые добрые времена. Согласен?
— Грета? — выдавил я, не веря собственным глазам. Она кивнула:
— За мои грехи.
— Господи... это в самом деле ты?
— Если честно, я не была уверена,
— Зато ты, похоже, меня узнала без труда.
— А мне и не нужно было узнавать. Как только вы здесь оказались, поступил сигнал вашего передатчика. Он нам и поведал, как называется ваш корабль, имя его владельца, кто находится на борту, что вы везете и куда направлялись. И когда я услышала твое имя, застолбила себе местечко среди встречающих. Но не волнуйся. Ты не очень уж с тех пор изменился.
— Прими ответный комплимент.
Я немного покривил душой. Но кому нужна абсолютная правда? Я вспомнил, как она выглядела обнаженной — эти воспоминания я хранил в памяти все десять лет. Мне даже стало стыдно, что они до сих пор настолько яркие, словно некая тайная часть моего подсознания украдкой оберегала их все годы моего брака и супружеской верности.
Грета слегка улыбнулась. Будто знала, о чем я думаю.
— Ты никогда не был искусным лжецом, Том.
— Ага. Похоже, мне нужно тренироваться.
Неловкое молчание затянулось. Никто из нас явно не знал, что сказать дальше. Пока мы молчали, остальные зависли вокруг, тоже молча.
— Что ж, — выговорил я наконец, — кто бы мог подумать, что нам предстоит такая встреча?
Грета кивнула и протянула ко мне руки ладонями вверх, словно извиняясь.
— Я лишь жалею, что мы не встретились при лучших обстоятельствах, — сказала она. — Но пусть тебя утешит то, что в случившемся нет вашей вины. Мы проверили ваш синтаксис, и ошибки в нем не оказалось. Просто время от времени система дает сбой.
— Странно лишь, что никто не любит об этом говорить, — заметил я.
— Все могло обернуться хуже, Том. Я ведь помню, что ты рассказывал о космических полетах.
— Да? И какой же из перлов моей мудрости особенно запал тебе в душу?
— «Если ты оказался в ситуации, которая дает тебе право проклинать судьбу, то у тебя нет права ее проклинать».
— Господи, неужели я действительно такое сказал?
— Ага. И готова поспорить, что сейчас ты об этом сожалеешь. Но послушай, все действительно не так уж плохо. Вы отстали от графика всего на двадцать дней. — Грета кивнула на мужчину со скверными зубами. — Колдинг сказал, что вам нужен всего лишь день на ремонт, и вы сможете вылететь обратно. А потом еще дней двадцать или двадцать пять до места назначения, в зависимости от маршрутного синтаксиса. На все уйдет меньше шести недель. Ну, потеряешь ты премиальные за этот рейс. Ничего страшного. Вы все живы и здоровы, а кораблю нужен лишь небольшой ремонт. Так почему бы тебе не расслабиться и не подписать заявку на ремонт?
— Я не рассчитывал еще на двадцать дней в капсуле. К тому же есть и кое-что помимо полета.
— Что именно?
Я едва не сказал, что меня ждет Катерина. Но вместо этого ответил:
— Я беспокоюсь о других. О Сюзи и Рэе. Их ждут семьи. Они будут волноваться.
— Понимаю. Сюзи и Рэй. Они все еще спят? Все еще в капсулах?
— Да, — ответил я настороженно.
— Тогда пусть в них и остаются, пока ты не полетишь обратно. — Грета улыбнулась. — Нет смысла будить их и заставлять сходить с ума все это время. Так будет лучше.