За пригоршню баксов
Шрифт:
– Подгоняй одну машину к мотелю, другую – к ресторану. Когда я выведу клиентов, меня прикроешь. Мы не знаем, где этот чертов третий. Может, он тут где-то сидит, поблизости.
Повернулся к Марецкому.
– Сейчас будем выходить. Все делать только по моей команде. Никакой самодеятельности. Вы меня слышите?
Чуть тряхнул Марецкого за плечо. Тот мыслями был где-то далеко. Поднял глаза.
– Вы меня слышите? – повторил Китайгородцев.
Только тогда Марецкий разлепил губы и произнес короткое «да».
– Он вам
И снова долгая пауза.
– Один из них позвал вас по имени, – подсказал Китайгородцев, – когда постучал в дверь. Вы с ним знакомы?
Подождал, но не дождался ответа.
Голос Сергачева в переговорном устройстве:
– Готово!
Машины расставлены. Китайгородцев позвал:
– Потапов!
– Я здесь!
– Спускаемся к машине, которая у входа в мотель. Ты прикрываешь на входе.
– Понял!
– Игорь Александрович!
– Да, – очнулся Марецкий.
– Вы идете за моим товарищем. За вами Патриция. Объясните ей, что все надо делать быстро, без заминки. Я – замыкающий. Потапов! Вперед!
Вышли из номера и наткнулись на лежащего лже-Юшкина. Тот как опрокинулся навзничь, так и лежал кверху лицом. Марецкий, увидев его, встал как вкопанный. А задерживаться было нельзя. Китайгородцев толкнул его в спину:
– Вперед!
Быстрым шагом прошли по коридору. Вниз по лестнице. Там еще один труп. Патриция закрыла лицо рукой. Китайгородцеву пришлось придержать ее, чтобы она ненароком не упала.
На первом этаже никого. Даже женщины-администратора нет на месте. У входа подогнанная Сергачевым машина, но до нее целых шесть или семь метров, ближе не подогнать, а вокруг лес, и из-за каждого дерева может прогреметь выстрел. Значит, резервная машина.
– Потапов! В ресторан!
По коридору, снова бегом. В ресторанном зале тоже никого. Из кухни выглянул официант, но Потапов заорал: «Назад! Стреляю!» – и того будто ветром сдуло. Потапов бежал первым, разбрасывая в стороны попадавшиеся на пути столики. Китайгородцев уже видел машину. То, как она стоит, ему тоже не нравилось.
– Давай машину сюда! – крикнул Потапову. – В зал! Прямо в зал ее!
Потапов понял и кивнул. Выбежал из ресторана, сел в машину. Китайгородцев оттеснял своих подопечных в глубь ресторанного зала. Потапов развернул внедорожник и задним ходом въехал в огромное витринное стекло. Лист лопнул и осыпался тысячами осколков. Внедорожник проехал еще несколько метров и остановился посреди зала. Китайгородцев рванул заднюю дверцу.
– В машину! – крикнул он. – На пол! Ложитесь на пол!
Марецкий было замешкался, но Китайгородцев без всяких церемоний схватил его за шиворот и толкнул в салон.
– На пол!
По-немецки-то как это будет?
– Шнелль! – заорал он на Патрицию.
Одно только это слово ему сейчас и вспомнилось. Затолкал Патрицию в салон, захлопнул дверцу, прыгнул на переднее сиденье,
– Вперед!
Потапов не рискнул проехать по осколкам, и им пришлось выставить еще одно витринное стекло.
Внедорожник вырвался из ресторана и помчался в направлении Москвы, стремительно набирая скорость. За ними следом поспешил Сергачев.
Китайгородцев набрал телефонный номер Хамзы.
– Это Китайгородцев! Нападение! Клиенты целы! Костюков убит! Двумя машинами уходим в направлении Москвы!
– Преследуют?
– Нет!
– Помощь нужна?
– Срочно свяжитесь с милицией, пусть нас возьмут на сопровождение!
– Сделаю!
Китайгородцев убрал телефонную трубку в нишу, обернулся. Марецкий и Патриция все так же лежали на полу, не смея поднять головы.
– Поднимайтесь, – сказал им Китайгородцев.
Патриция выглядела испуганной. Марецкий был мрачнее тучи.
– Вы его знали? – спросил Китайгородцев.
– Кого? – уточнил Марецкий, отвернувшись к окну.
– Человека, который лежал в коридоре.
– С чего ты взял? – спросил Марецкий, все так же глядя в окно.
А у самого щека начала подрагивать, но он этого не замечал.
– Он позвал вас по имени, – сказал Китайгородцев. – Постучал в дверь и позвал: «Игорь!»
– И что теперь?! – заорал Марецкий. – И что теперь?!
Он так страшно закричал, что Патриция даже отшатнулась.
Когда проехали более полусотни километров, к ним пристроилась милицейская машина сопровождения. Пошла впереди, распугивая редкие на этой дороге автомобили.
По-прежнему их никто не преследовал, и можно было надеяться, что все обойдется.
Все молчали. Только время от времени Китайгородцев связывался с Сергачевым, который вел замыкающую машину, да звонил по спутниковому телефону Хамза, выясняя обстановку и сообщая о последних новостях. Сначала он поведал о том, что Инну Марецкую уже известили о совершенном на ее брата нападении и ее охрана усилена. А чуть позже Хамза позвонил снова и сказал, что третий участник нападения задержан километрах в двадцати от мотеля. Он некоторое время пробирался лесом, потом вышел к дороге, остановил проходящую машину, но далеко уехать не успел. Дороги были уже перекрыты, и на первом же посту его взяли. Сопротивления при задержании он не оказал.
– Взяли третьего, – сказал Китайгородцев, ни к кому конкретно не обращаясь.
И опять в салоне повисла тишина.
Чуть позже Марецкий попросил остановить машину. Китайгородцев не возражал. Вокруг, правда, был лес, но произвольно выбранная в лесу точка почти всегда безопаснее людного места.
Китайгородцев вышел из машины вслед за Марецким.
– Ты мне и штаны поддержишь? – хмуро осведомился тот.
– Я подожду вас у машины.
Марецкий скрылся за деревьями. Минуты через три Потапов сказал из машины: