За Отчизну
Шрифт:
Ратибор молчал, смущенный своей недогадливостью. В этот момент чуть слышно скрипнула дверь, в которую просунулось испуганное лицо Теклы. Она была поражена тем, что увидела: за столом сидели Божена, Ратибор и Войтех и с увлечением о чем-то рассуждали. Текла просто не поверила своим глазам и еще больше приоткрыла дверь, которая на этот раз довольно громко скрипнула. Войтех обернулся и, заприметив Теклу, вспомнил, для чего он, собственно, оказался в столовой.
– Жена, иди спать, все стоит по местам и в полном порядке.
Голова старухи исчезла, и дверь
– Объясните мне, ради спасения моей души, что это вы делаете?
– Чтобы создавать хорошее войско, я должен хорошо знать военное дело. Пан Ян Жижка дал мне эти книги, но так как я сам читать их не могу, Божена взялась их мне читать вслух. Я же запоминаю.
Глаза старика заблестели:
– А мы со старухой подумали, что вы бежать собрались!
– Бежать? На что бежать? А братское войско кто ж тогда собирать и обучать будет?
– Ну ладно, ладно! Учись, сынок, да только долго не сидите, а то старуха пугается. Однако я пойду на покой.
Старик ушел спать, а Божена с Ратибором кончили начатую главу об искусстве лучников.
Изо дня в день Ратибор проводил по многу часов на пустыре у стены. В то время как в дружинах Старого Места бюргеры довольствовались только тем, что с гордостью носили воинские доспехи, Ратибор сумел подготовить из новоместских ремесленников хотя еще и неопытных, но смелых, расторопных и умеющих владеть оружием воинов. Как-то Жижка сказал Ратибору:
– На следующей неделе я приду и посмотрю, что у тебя получилось.
Всю неделю Ратибор обучал своих воинов молниеносно взбираться на стены Шатлавы по легким длинным лестницам с крючьями на концах.
И вот наконец наступил день, когда Ян Жижка вместе со своим братом Ярославом, зятем Ондржеем из Дубы, Яном Рогачем и Матеем Лаудой приехал поглядеть на успехи новоместской дружины. Ратибор заставил свой отряд проделать все упражнения, какие он успел им преподать, и закончил смотр атакой с лестницами на шатлавской стене.
– Молодец, сынок, славно выучил мастеровых! Распускай ребят по домам и вели отдыхать, приготовить оружие для боя и ждать приказа.
Ян Жижка приподнялся в седле, поправил черную повязку на лице и поднял вверх руку, призывая собравшихся воинов к вниманию.
– Дорогие братья!
– пронеслось по полю.
– Вы семя, из которого вырастет наше братское войско. Вам первым придется показать нашим врагам, как умеет сражаться и побеждать чешский народ!
Попрощавшись с Ратибором, Ян Жижка ускакал. По дороге он обратился к ехавшему рядом Яну Рогачу:
– Теперь я уверен в том, что с десятком-двумя таких ребят, как Ратибор, мы создадим войско, какого еще не видел свет.
– Да, Ратибор славно обучил своих мастеровых. Поглядим, как они себя покажут в деле.
– Ждать не придется!
– заметил ему Ян Жижка.
Однажды к Дубам прибежал Штепан:
– Брат, пан Ян Жижка велел тебе быть у него.
Ратибор пытливо посмотрел на взволнованное лицо Штепана. Божена тоже спросила:
– Штепан, что-нибудь случилось?
– Пока нет, но скоро случится, -
– Вы уезжаете?
– Да, примерно недели на три.
Шагая рядом со Штепаном, Ратибор поинтересовался:
– Правда, что ты отказался от магистерской степени?
– Правда. Я вообще бросил университет. Душно там. Наши мистры больше за Сигизмунда и папу, чем за народ.
Подходя к дому, где жил Ян Жижка, братья еще издали заметили несколько оседланных лошадей и группу вооруженных слуг. Ратибор и Штепан были уже у крыльца, когда из дверей дома вышли трое мужчин. Судя по одежде и оружию, они принадлежали к шляхетскому сословию. Впереди шел пожилой плотный рыцарь, седоусый и с огромным носом, еще более подчеркивавшим его надменный вид. Рыцарь шел торопливой походкой, раздраженно сдвинув щетинистые брови и ожесточенно кусая губы. Нетерпеливым взмахом руки подозвал он слугу с конем и, поставив ногу в стремя и слегка обернувшись к стоявшему рядом молодому шляхтичу, со злобой процедил сквозь зубы:
– Пусть я трижды сдохну, как нечестивый турок, если этому одноглазому удастся взять Вышеград у пана Ченка!
Молодой шляхтич мягко возразил:
– Я иного мнения, пан Гашек. Ян Жижка - опытный воин, и если он берется, так всегда доводит дело до конца.
Пан Гашек грузно опустился в седло и, разбирая поводья, бросил:
– Ну ясно, пан Гвезда всегда будет держать руку одноглазого проходимца: ведь все знают его как друга Яна Жижки.
– Но еще лучше всем известно, что пан Гашек Островский уже давно не терпит пана Яна Жижку, слава которого не дает спать пану Гашку, - ледяным тоном ответил Ян Гвезда.
В этот момент пан Гашек яростно пришпорил коня и отъехал прочь от дома.
Поднимаясь по ступенькам крыльца, братья услыхали, как Ян Гвезда с возмущением сказал своему третьему спутнику:
– Пан Гашек Островский - любимец патрициев и богатеев Старого Места, а пан Ян Жижка - новоместских ремесленников и бедняков! В этом все дело...
Братья вошли в дом. Ян Жижка сидел вместе с молодым Яном Рогачем и Яном Желивским. Ратибор невольно обратил внимание на ежесекундное покручивание Яном Жижкой левого уса.
"Отец на что-то решился!" - пронеслось в голове Ратибора.
– Ратибор, сынок, подойди ко мне!
– отрывисто позвал Ян Жижка.
– Сегодня к полуночи выступи тайно с отрядом к берегу Влтавы, напротив острова. Там будут барки. Возьми с собой штурмовые лестницы. В первую барку посадишь пятьдесят человек самых отборных. С ними поедем я и ты. Вторую и третью барки займет вторая сотня. С ними поедет Ян Рогач. А с третьей сотней будет Ян Гвезда.
– Ян Жижка встал из-за стола и прошелся по комнате из угла в угол; лицо его было нахмурено и словно недовольно.
– Будем брать Вышеград. Возьми, сынок, с собой кузнечный молот и зубило. Теперь иди и готовь людей. Выходить через Свиные ворота. А ты, Штепан, садись вот сюда, рядом с Рогачем, слушай и запоминай.