За красоту убивают
Шрифт:
Идя вдоль желтой полицейской ленты, которая хлопала под осенним ветерком, я продолжила движение на восток, пока не увидела стоянку и главный вход в спа. Я посмотрела на то место, где остановилась в темноте прошлой ночью. Несмотря на просьбу Бека, я не вспомнила ничего подозрительного — ни движения внутри, ни движения на стоянке.
Теперь следовало осмотреть бывший амбар. Он возвышался на самом верху пригорочка в окружении кучки построек поменьше, и я нашла тропинку, приведшую меня прямо к его входу. Это было темно-коричневое, несшее на себе отпечаток времени сооружение, такое же старое,
Поверх униформы она накинула бесформенное, помятое коричневое пальто, а гриву темно-рыжих волос собрала в хвост. Она по-прежнему казалась потрясенной. Когда я ее окликнула, она прямо подскочила.
— Простите, я не хотела вас напугать, — извинилась я. — Как вы? Я надеялась поговорить с вами сегодня.
— Отвратительно! — ответила она, приближаясь ко мне. — И представьте, они ждут, что я смогу сегодня работать.
— Это будет сложно, — согласилась я. — Полиция уже побывала здесь? В комнате Анны?
— Да, ее опечатали. — Она перевела взгляд поверх моего правого плеча в сторону гостиницы, словно что-то привлекло ее внимание, и я инстинктивно повернулась, следуя за ее взглядом. Но там никого не было.
— Вы уже ездили в полицию, чтобы официально дать показания? — спросила я.
— Рано утром, — ответила Пайпер. — Этим ребятам надо бы принять успокоительное, если хотите знать мое мнение.
— Вы не поняли по их вопросам, в каком направлении они ищут… Они не думают, что это мог быть кто-то из работников спа?
— Они ничего мне не сказали, — покачала головой массажистка.
— А комната, в которой мы нашли Анну? Вы говорили, что вчера вечером перед уходом погасили там свет. Значит, Анна делала свой последний массаж в другом месте?
— Да, — рассеянно ответила Пайпер. — По расписанию она работала в другой комнате.
— Когда вы вчера вечером уходили, все ли комнаты были заперты?
— Да, да. Я так полиции и сказала. Такой оплошности я бы ни за что не допустила.
— Дэнни сказала мне, что по расписанию вчера вечером должны были работать вы, но Анна захотела поменяться с вами сменами.
— А почему вас это интересует?
— Я никого не обвиняю. Мне просто любопытно, какие у Анны могли быть планы?
— Она говорила, что собиралась остаться здесь вечером в пятницу, поэтому и захотела поменяться.
— Я слышала, что она встречалась с вашим сотрудником — с Эриком.
— Что? О, с этим уже давно покончено.
— У нее появился кто-то другой?
— Представления не имею, — быстро ответила Пайпер. — Мы не были близкими подругами. По правде сказать, я едва ее знала.
Снова взгляд через мое плечо. На этот раз я не стала оборачиваться. При дневном свете я разглядела, что белую кожу массажистки портят несколько крохотных шрамов от угрей.
— Вы чем-то встревожены, Пайпер? — поинтересовалась я. — Думаете, убийца — кто-то из своих?
Не ответив, она глубоко вздохнула и резко выдохнула.
— Могу я вам чем-нибудь помочь?
— Нет-нет, —
Я смотрела, как она, опустив голову, идет по дорожке к гостинице и ее рыжие волосы мотаются, собранные в хвост, из стороны в сторону. «Что привлекло ее внимание несколько минут назад?» — гадала я. Внезапно я вспомнила, как она замерла, увидев полоску света, пробивавшуюся из-под двери процедурной комнаты. По здравом размышлении так не пугаются, столкнувшись всего лишь с проявлением забывчивости. Я также припомнила, насколько рассеянной она показалась мне во время массажа, — она то и дело без причины замирала. Словно чего-то ждала, не обязательно опасности, но чего-то. Не ждала ли Пайпер вчера вечером каких-либо каверз?
Я тоже заспешила в гостиницу, соблюдая дистанцию. В холле было пусто, хотя в салоне у камина сидели, тихо переговариваясь, несколько человек. Подойдя к кабинету Дэнни, я услышала ее голос, слегка повышенный и возбужденный. Я ускорила шаги, боясь какой-нибудь неприятности, и, не потрудившись постучать, распахнула полуприкрытую дверь.
И сразу же поняла, что мужчина, с которым разговаривала Дэнни — точнее, прекратила разговор на полуслове, как только я ворвалась в комнату, — был Джордж. При своем росте шесть футов два дюйма он просто подавлял сидевшую за письменным столом жену. Довольно стройный, хотя и казавшийся увальнем и обладавший двойным подбородком, одет он был в темно-зеленые брюки и бежевую рубашку поло, на носу сидели старомодные очки в темной оправе — в стиле Остина Пауэрса. Единственное, что он сделал, пытаясь как-то остановить время, — выкрасил волосы в цвет воронова крыла.
— Прошу прощения, — выпалила я. — Я только хотела убедиться, что все нормально.
— О, Бейли, да, все… э-э… прекрасно, — с запинкой ответила Дэнни. — Мы просто обсуждали случившееся. Это Джордж. Джордж, это Бейли, о которой я тебе столько рассказывала.
— Конечно, — проговорил он и — само олицетворение вежливости — шагнул ко мне из-за стола поздороваться. — Мне очень жаль, что мы познакомились при таких обстоятельствах.
Рука Джорджа оказалась крепкой, но холодной и влажной, словно его потовые железы трудились все утро. Еще он показался мне каким-то вкрадчивым. У меня сложилось впечатление, что если я не буду держать ухо востро, то кончится тем, что я куплю у него «хонду» или таймшер на юге Флориды в доме, стены которого сделаны из ДСП толщиной два дюйма. Дэнни соловьем разливалась о Джордже во время нашего ленча в Нью-Йорке, но мое первое впечатление оказалось отнюдь не положительным.
— Что ж, я, пожалуй, пойду в салон красоты, посмотрю, не требуется ли там помощь, — предложил Джордж. — Надеюсь, Бейли, что нам удастся поговорить позднее.
— О, я в этом не сомневаюсь, — улыбнулась я. — Я пробуду здесь до понедельника.
Перед уходом он поцеловал Дэнни в щеку, словно клюнул, но она стояла неподвижно, будто его и не заметила. Когда шаги Джорджа стихли в конце коридора, я мягко осведомилась, все ли в порядке.
— Не хочу нагружать тебя, Бейли, — неохотно ответила она. — Тебе уже и так досталось.