За гранью игры
Шрифт:
Шеллеш побледнел и попятился. Ничего нельзя доверить генералам! Зуппузу был дан прямой указ: убить Муррума, уничтожить, а не превращать его в жалкого альфодролля. Нет, никому нельзя доверять! Выходит, Зуппуз предатель? Он просто отпустил Муррума, да еще и все рассказал? Или Муррум сбежал, а Зуппуз ни в чем не виноват?
Барон метался: «Знает? Не знает? Как здесь появился? Почему мутирует?»
Муррум резким движением выхватил из-за пояса широкий нож.
«Неужели ему все известно?»
– Нет! – залепетал Шеллеш. –
Альфодролль задумчиво посмотрел на лезвие и лишь покачал головой:
– Плевать я хотел на твой код.
– Как ты смеешь так разговаривать с бароном? – Голос Шеллеша сорвался в фальцет.
– Я много чего смею.
Шеллеш уставился на альфодролля: «Он все знает!»
– Ты не имеешь права наносить словесное оскорбление лицу, находящемуся при исполнении служебных полномочий! – Барон говорил уже просто чтобы отвлечь противника, покупая себе лишние мгновения жизни.
– Почему?
– Это нарушение имперского указа о... – И тут Шеллеш заткнулся.
Конечно же, кому как не Мурруму знать о попытках убийства Алланы? Какие уж тут законы!
Шеллеш вскочил на ноги. Эх, вспомнить бы еще, как там учили обороняться в инкубаторе. Кто мог подумать, что в жизни высокопоставленной особы может случиться экстренное, неординарное событие?
– Защищайся! – Барон вспомнил воинский клич инкубатора.
– Идиот, – ответил альфодролль, перерубая ножом ветки и подкидывая их в костер.
Шеллеш совершенно растерялся. В последнее время как-то слишком часто приходилось барону сталкиваться с самой неадекватной реакцией на нормальные поступки. Что случилось с логикой телохранителя? Неужели он не видит угрозы в своем тесаке. Или он так сильно поглупел, а непонимание элементарных вещей – это лишь последствия облучения. А может быть, он просто издевается? Изменился же он, хотя ни один гражданин Империи не может мутировать, ибо еще при рождении в каждого вживляется двадцать третий чип или имунностабилизатор. И никакая ядерная война гражданам Империи не страшна.
Стоп! Барон опустил стиснутые кулаки.
– Погоди, я не понял, ты Муррум?
– Да.
– Но этого не может быть. Разработку безвредного облучения делал Аррах. Ты ведь не первый...
– И не последний, правда? – Альфодролль не отрывал взгляда от костра. – Слушай, спустись вниз, принеси воды.
– Как можно спуститься с горного плато без страховки, креплений и спасательного флайера?!
– Слушай, мне надоело твое нытье. – Муррум посмотрел на барона так пронзительно, точно сканировал головной мозг. – В камнях лежит гидропитон. По нему и спустишься. Да не забудь прихватить череп гнома. Не в руках же воду понесешь.
Шеллеш вздрогнул. Кажется, он начинал понимать, что такое человеческие чувства: это когда очень не хочется что-то делать, но все равно приходится. И не потому, что отдан приказ или иначе нельзя.
– Не бойся, барон. Я сам убил этого гидропитона, он уже окоченел.
– Я вижу, – проворчал Шеллеш, разглядывая зажатую валуном голову. – А как спускаются по змеям?
– Как по канату.
Барон наморщил лоб. В инкубаторе на уроках физкультуры было что-то подобное. Но ведь там была толстая веревка с вживленными чипами страховки, с датчиками личного здоровья и уровня комфорта поднимающегося школьника. Как только перегрузки зашкаливали за тридцать процентов, канат прерывал упражнения и опускал парней вниз на батуты. И это правильно, логично. А где на скользком гидропитоне датчики комфорта? И если подтягиваться на руках и придерживать мертвое тело змеи ногами, то как держать череп с водой? В зубах?
Шеллеш глянул в расселину. Высоко! Метров пять: не меньше! Внизу в зарослях и в самом деле блестело озеро. И сухие стволы деревьев валялись там вокруг. Странно. И куда только смотрят сборщики мусора?
– Муррум.
– Чего тебе?
– Если ты не ждешь спасательного крейсера, зачем ты залез на скалу, а не расположился прямо возле воды? И ходить никуда не нужно было бы.
Альфодролль отвлекся от созерцания костра. Насмешка в его глазах сменилась сочувствием:
– В озере водятся гидропитоны и гороскаты. А еще на водопой приходят Серые Беры и гегпарды. Они, знаешь ли, не разбирают, кто перед ними. Просто кушают и имен не спрашивают.
Холодок пробежал по спине барона: как это – просто кушают? Это же возмутительно? Как можно просто съесть разумное существо с интеллектом, превышающим стопроцентный барьер? Уму непостижимо!
Спускаться вниз совсем расхотелось. И мысли снова вернулись к неразрешенной проблеме: почему все-таки Муррум потерял нормальный облик? Ведь чип... Двадцать третий чип! Похоже, что у Муррума просто отсутствовал имунностабилизатор! Но...
Шеллеш покрылся холодным потом:
– Муррум, кто ты?
– Телохранитель, – проворчал альфодролль.
– Врешь! – запаниковал барон. – Ты не гражданин Империи. Я не пойду ни за какой водой!
– А, так ты и это знаешь? – В глазах Муррума блеснул неподдельный интерес. – Откуда?
– Граждане не мутируют после облучения.
– Сам сознался, – усмехнулся альфодролль. – Никто тебя за язык не тянул. Значит, мой внешний вид – твоих рук дело?
Шеллеш пожал плечами: слова, не записанные на лазерный одноразовый диск, не являются юридическим документом.
– Ты – Чужой? – Догадка опалила мозг барона.