За горсть монет. Том 2
Шрифт:
Алеаноре пришлось признать его правоту, так как единственным, что не позволяло авантюристам с головой окунуться во тьму прохода был сам Беренгарий, чья увенчанная марками мантия вполне заменяла дюжину ламп. Висящее же прямо над ними солнце освещало лишь тонкую верхушку расселины, в то время как темнота в ее середине на позволяла лучам опускаться ниже.
– О нет, мы-то хоть вот сейчас можем шагнуть куда угодно-то. – успокоил сцепившихся наемников Мировед, – Однако интересности могут встретиться нам на каждом шагу! Как же мы сможем их-то отыскать, если будем перепрыгивать по сотне?!
– Совершенно резонно! – пропел
Обернувшись, авантюристы увидели Финштерна, что на пару со Скитом тащил к ним спящего Сильвестра, подхватив того под руки.
– А. Можете его там оставить. – махнул рукой старик, очертив бороду очертаниями улыбки, – Он не пропадет.
– Извините, но я не привык вот так бросать людей на произвол судьбы. – таркнеллец ехидно подмигнул демону и посмотрел на Алеанору.
– Ага, я это прекрасно видела. – огрызнулась авантюристка, что разрывалась между желанием подойти к Скиту и узнать причину его сотрудничества с врагом, и страхом приближаться к улыбчивому вельможе даже на шаг.
– Видишь, я же говорил. – Финштерн кивнул Скиту, проигнорировав сарказм девушки и используя ее слова как доказательство.
– Спасибо, поверю. – столь же саркастично передразнил Скит, счев, что собеседник не понимает сарказма как такового. Про себя же демон выругался, так как был вынужден пойти на сотрудничество. Может Сильвестр и не жаловал новичка в академии, но все же авантюрист не хотел рисковать, проверяя, что сделает с белорясым привратником заморский гость и как на это отреагирует Беренгарий. А проверить довелось бы, ибо таркнеллец напрочь отказался заходить в пещеру без Сильвестра. Поддерживая фаркера под вторую руку, демон хотя бы сможет быть ближе к виновнику бед, когда тот решит насолить им еще раз.
Тем временем единственный источник света в лице самого Беренгария продолжал медленно отдаляться, сопровождаемый лишь Гэбом. Дабы не остаться наедине с кромешной тьмой и улыбчивым врагом, Алеанора поспешила следом, все еще поглядывая на Скита с Финштерном, что вдвоем с предельной легкостью переносили Сильвестра, чьи одежды видимо были пропитаны магией из «Белой Обители» и буквально делали его вес подобным оному у облака.
Доселе горе-исследователям попадался лишь подозрительно гладко отшлифованный пол из какого-то черного камня, однако это не мешало Гэбу рыскать прямо перед Беренгарием с горящей линзой, дабы обнаружить что-то раньше Мироведа и добиться его похвалы. Желательно в денежном эквиваленте. Сам же старик наблюдал за этим со снисходительной ухмылкой, так как старания Гэба были напрасны по всем фронтам: линза в морщинистом веке была в десятки раз мощнее артефакта авантюриста, а высшей похвалы – вступления в академию фаркера, он не сможет даровать юному заинтересованному уму в силу полного отсутствия магических умений.
– О! – вдруг воскликнул Беренгарий, наконец заметив что-то вдали (хоть один глаз и изучал поведение Гэбриэла, второй все это время неустанно направлялся вперед). В миг все его спутники вновь были схвачены руками из воздуха и тут же оказались в еще более густой темноте.
Замеченный Мироведом объект находился в нескольких километрах от их первоначальной токи, а то есть и от парящего все там же синего солнца, чьи лучи вовсе перестали достигать приключенцев, оставив борьбу с тьмой целиком и полностью на украшенную артефактами мантию старика.
Гэб не растерялся, ибо все еще прекрасно
– Это… Невероятно… – завороженный Гэбриэл приблизил руки к стоящему посреди пещеры каменному выступу.
– И больше!.. – еще задорней поддержал Беренгарий, что смог прочитать некоторые символы по периметру обелиска. Древние текста так поразили его, что он даже вспомнил про прилипшую к плечу бутылку с выпивкой, отлепил ее и отхлебнул, после чего тара испарилась в воздухе.
– Видеть бы еще, что вы там нашли. – настороженно хмыкнула Алеанора, что стояла на краю освещенной мантией Мироведа области, однако не видела ни самого ректора, ни Гэба – тьма прямо у каменного цилиндра была столь непроглядной, что буквально поглощала все и всех в паре шагов от себя.
– Это можно. – Беренгарий заставил себя оторвать взгляд от находки и быстро нашел глазами все еще медленно парящее по направлению к ним синее солнце.
– Кажется мне это не лучшая идея… – протянул Гэб, быстро поняв намерения фаркера, однако останавливать его не решился, да и не успел бы.
Подняв руку ладонью к верху, Беренгарий легко согнул пальцы, будто подзывая к себе питомца. Солнце исчезло.
И тут же вспыхнуло прямо над головами приключенцев. Резко нахлынувшая волна жара заставила тела покрыться каплями пота, а протуберанцы впились в скальную породу начав раскалывать гигантский шпиль изнутри. И хоть выбитые из сводов пещеры монструозные обломки все еще не долетали до ее пола, поглощаемые хищной темнотой, судороги и вибрации сверху все же сумели добраться до стоп исследователей и заставить их дрожать еще сильнее, в придачу к трясущимся поджилкам. И хотя перемещение целого солнца вовсе не решило проблему с тьмой, ибо его лучи успешно ею поглощались, ее разрешил сам источник.
Как только синее светило оказалось над загадочным каменным цилиндром, рунические символы на нем слабо засияли. На их фоне Алеанора наконец сумела выцепить из сферической тени очертания Беренгария с Гэбом и вздохнула с некоторым облегчением.
– Вот-так-вот! – воскликнул Мировед, одним глазом следя за начавшим мигать светилом, а второй не отрывая от переливающегося оттенками синего обелиска – Так это вот не просто какой-то религиозный алтарь, а…
– Механизм! – воскликнул Гэбриэл, закончив беглый анализ потоков энергии вокруг и внутри камня и оббежав его с другой стороны. Он тут же упал на колени и начал скользить пальцами по гладкой поверхности.
Будто опомнившись после резкой телепортации, Солнце продолжило плавное движение вглубь мировой скалы.
Авантюрист тем временем нащупал некое углубление и приложил к нему импульсную марку арбалета на запястье.
– А вот это вот уже точно не лучшая идея. – предостерег его Беренгарий, но останавливать не стал из-за чистейшего интереса.
Вспышка. Марка выстрелила прямо в монолит. Тот вспыхнул пурпурным пламенем еще ярче прежнего и испустил луч чистейшей энергии прямо в уплывающее Солнце. Поток впился в светило и пригвоздил его к одному месту, начав расползаться внутри, словно яд под кожей.