За горизонтом
Шрифт:
Склонившись над Гемронтом, старик начал рыться в складках мантии чародея, отыскивая заговоренный кинжал… Нашел… Рука, сжимавшая клинок внезапно распрямилась — отброшенный ударом крошечный чародей с визгом отлетел. Лезвие вновь не смогло пробить кольчугу, но, скользнув по ней и вспоров ткань балахона, вскользь задело лицо Кворкриха. Старик схватился за щеку, и с трудом поднявшись на ноги отступил, прижимаясь к стене. Рану нестерпимо жгло, но он старательно концентрировался, пытаясь достичь нужной степени сосредоточенности, чтобы вновь нанести магический удар.
Его противник, все еще
— Сейчас, — прохрипел он, — сейчас, старший брат…
— Идиот, — отозвался старичок, — чего тебе не хватало, дубина? Зачем ты это устроил, подлец?
— Зачем… Сам не догадываешься, старая крыса?
— Догадываюсь, конечно… Сам собирался стать принцем?
— Ага… Принц-то — он должен быть молодым и прекрасным… А у тебя, небось уже и не получится — с бабой-то, а? Старый пердун…
— Гемронт, ты дурак, — уже почти спокойным тоном произнес Кворкрих, — у тебя бы ничего не вышло. Ты не смог бы справиться с нашей сворой.
— Смог бы… Начал бы с тебя… А потом и других… А может, кто-то из них и сам бы… согласился… служить мне… Все-таки я был бы принцем-консортом при прямой наследнице Гериана Великого, а? Гериана наши старички очень даже уважают. Гериана, а не его конюха… Так что и наследницу, глядишь, тоже…
— Ты и с ней бы не справился… Она бы тебя загрызла, — оба противника вели этот никчемный спор, тянули время, собираясь с силами. Кворкрих иногда легонько встряхивал рукой.
— Почем тебе знать, старая крыса? Может, она бы меня полюбила? Я ведь все же не дряхлый урод…
— Ты молодой урод. Осел. С самого начала ты наделал бы ошибок, ты не разбираешься… Если бы ты просто перебил братьев по Черному Кругу, то тем самым поставил бы под вопрос собственную неприкосновенность, которая для наших магиков являлась святыней. Сколько мы бились, сколько всего устроили — чудеса, ритуалы, Священная Тень… Город-призрак… Призрак города, город призраков — понимаешь, осел?..
— Показуха!
— Да! Но для наших магиков мы были, словно полубоги! Им и в голову не приходило поднять руку на мистика! А ты… Даже если бы у тебя вышло — вскоре среди твоих же подручных нашелся бы такой же молодой глупый смельчак, готовый попытать счастья! Знаешь, с чего он бы начал? Постарался бы прикончить тебя!!!
С этим воплем старик вытряхнул из потайного кармана рукава амулет и метнул молнию в сидящего Гемронта. Но тот уже успел вполне прийти в себя, чтобы нырнуть в сторону. Заряд магии ударил туда, где он только что сидел, раздался треск, повалил дым… Кворкрих на всякий случай отступил к двери. Когда клубы гари рассеялись, Гемронт уже стоял на ногах, с кинжалом наготове. Оба быстро глянули в сторону стола — вампиресса слегка пошевелилась, но все еще была без сознания. Кворкрих шагнул к двери, прижимаясь спиной к стене, сунул руку за спину, нащупывая ручку. Гемронт сделал шаг за ним.
— Знаешь, старик, в чем была моя ошибка? — Спросил он. — Я должен
— У меня было достаточно времени для этого, — заявил старик, — а ошибка твоя в том, что ты сам ничему не научился. Ну, счастливо оставаться, женишок. Смотри — не подходи слишком близко к невесте.
— Уже уходишь? А куда? Там, за дверью — моя стража. А у тебя, старший брат, даже людей своих нет. Так что — иди. А я уже к завтрашнему утру буду господином Могнака. Неважно, с этой девчонкой, или нет. С уходом армии мои магики стали самой значительной силой здесь!
— Это мы еще поглядим, — пообещал старик, пятясь и приоткрывая дверь.
Но в коридор он так и не вышел, поскольку оттуда донесся звон оружия, крики и характерные хлопки боевых заклятий. В коридоре шел бой.
— Раз! Два! Левой! Правой! — звонкий высокий голос Коклоса Полгнома разносился по двору.
Солдаты, собравшись толпой в углу под стеной, показывали друг другу пальцами на уморительное зрелище и хохотали. Группа дворян, остановившись поодаль, тоже с удовольствием наблюдала за очередной выходкой карлика, ухмыляясь в усы. Даже на втором этаже несколько девиц из свиты Санеланы, поочередно выглядывали в окна, хихикали и строили глазки — кто солдатам, а кто посмелее — и благородным рыцарям. Одно из соседних окошек было занавешено полупрозрачной кисеей — возможно, оттуда за происходящим наблюдала сама новоявленная императрица…
— Раз! Два! Левой! Правой!
Коклос оседлал тролля Дрымвенниля и гонял его теперь по двору, заставляя шагать в такт командам. Тролль старательно топал, поднимая при этом тучи пыли и оглушительно грохоча своими ножищами по булыжнику. Карлик горделиво восседал на некоем подобии трона, закрепленного ремешками на голове великана.
— Раз! Два! Левой! Правой! Стой!.. Отлично, Дрым. Из тебя получился великолепный боевой конь для такого славного героя, как я! Готовься — мы с тобой совершим великие подвиги!
Солдаты прыснули, хлопая друг друга по плечам.
— А вот тебе, — неторопливо прогудел тролль, старательно направляя вверх чудовищных размеров фигу.
Солдаты совершенно зашлись хохотом, хлопая себя по ляжкам — их привел в полный восторг ответ «великолепного боевого коня».
— Это почему? — Коклос был возмущен. — Почему это?
— А потому, прекрасный сэр, что едва враг заметит на поле боя тебя — как тут же обратится в бегство, не дав нам возможности прославиться. То есть это в том случае, конечно, ежели разглядят твою дурацкую милость на моей голове.
Тут же последовал новый взрыв хохота, не сдержавшись гыгыкнул один из рыцарей.
— Ну а ежели не разглядит — что тогда?
— Тогда, — со вздохом ответил тролль, — врагу придется довольствоваться мной. То есть, я хочу сказать, разбегаться при виде меня…
Слонявшиеся без дела либо издали наблюдавшие за муштрой тролля солдаты начали сходиться послушать, под окнами дворца образовалась порядочная толпа. Разноцветные одежды наемников перемешались с красно-желтыми плащами гвардейцев.