За горизонт. Дилогия

Димитрюк Д А

Проходя через ворота, Руди запросто поручкался с охранником и поинтересовался, где их величество - император местной медицины. Охранник лишь неопределённо качнул головой. Но парню этого оказалось достаточно, и он бодро рванул куда-то в глубину больницы.

Вот щегол, даже не дал осмотреть составленный во дворе больницы автопарк, а там было много приятных глазу понимающего человека машин. Особенно мне глянулся трёхосный аналог "буханки" от "Вольво" (главный герой никогда не видел "Вольво Лапландер").

Как-то слишком уж по-простому

все получается, пацан с улицы запросто входит к местному олигарху. Хотя это я с улицы, а судя по поведению Руди, он вполне право имеет.

Ага, пришли, похоже.

Что сказать, Док оправдывал легенды о себе.

На изящной скамеечке, закинув ногу за ногу, восседал седой, как лунь, еврей предпенсионного возраста.

Восседал не просто так, а демонстрируя всему миру свои сибаритские наклонности - макал зефирку в чашку какао, откусывал крохотный кусочек, и снова топил зефирку в какао. Аппетит доктору пыталась испортить пятерка молодых девушек в белых халатах. Док мучил девок каверзными вопросами, девки пытались что-то мычать то ли в ответ, то ли в оправдание.

Даже не понимая, о чем идет беседа, могу с уверенностью сказать, что за исключением крайней справа симпатичной девчушки получалось у девчонок откровенно плохо. Но Дока это скорее забавляло, чем напрягало.

Руди, по-свойски плюхнулся на скамейку рядом с Доком, подрезал с подноса зефирку и оценивающе уставился на девичьи коленки. Схарчить зефир Руди не успел, я тоже его люблю. К тому же я еще не пробовал местного зефира, так что моему организму зефир однозначно нужнее.

Док, к великому разочарованию Руди, свернул экзекуцию и отпустил девушек, благословив на дорогу, - С глаз моих курицы безмозглые. И на...(зачем)... мне все это нужно на старости лет?

Причем благословлял доктор на великом и могучем. А значит, неплохо было бы втереться в доверие к столь значимому человеку.

Имея дела с людьми подобными Вольфу, Доку, или той же фрау Ширмер, на тебя как бы распространяется маленькая толика их влияния. А совокупность этих толик позволяет намного увереннее чувствовать себя в этом мире. Случись что, я знаю Дока, Вольфа, фрау Ширмер и много других страшных слов.

– Док, отец велел заехать Урсулу забрать. Когда за ней заехать?
– забыв поздороваться, зачистил Руди.

– Недель через пять заезжай, - по всему, Док остался не удовлетворен экзекуцией младшего врачебного состава, и Руди оказался вполне подходящей кандидатурой для продолжения банкета.

– И что я отцу скажу?
– парень как-то сразу потерял напористость.

– Привет предавай, пламенный. Все..., иди, давай. Дай уже спокойно посидеть пенсионеру.

– А у вас, молодой человек, какой интерес к старому еврею? Болезни какие? Или мучит что?
– это уже в мой адрес.

– Совесть, доктор. Совесть. Даже не знаю, что и делать. Все средства перепробовал, не помогает, - говорю с Доком на великом и могучем.

–

Молодой человек, не занимайтесь самолечением. С таким диагнозом доктора вам не помогут. Вам в храм прямая дорога, совесть это по их части.

– А где тут храм ближайший?

– А хрен его знает. Я, знаете ли, атеист.

– Ну что же, если в этом храме медицины бессильны мне помочь, придется как-то с этим жить дальше. Зефир у вас очень вкусный, и приятно было познакомиться.......

– Аркадий Соломонович, - представился доктор, - Но официоз чужд этим забытым богом землям, так что можно просто - Док. Возьми еще кусочек в дорогу, не стесняйся.

– Если без официоза, то Дэн. За предложение, конечно, спасибо, но много сладкого вредно. Мне даже страшно подумать, сколько тут стоят услуги стоматолога. Так что, Аркадий Соломонович, всего вам наилучшего и долгих лет. А мне пора Руди догонять, а то, как бы он с расстройства без меня не укатил.

Что ж, по всему первый шажок к знакомству сделан, будем просчитывать дальнейшие ходы.

А теперь к жрицам любви, пришло время грешить.

Порто-Франко и окрестности.

08 число, 9 месяц, 16 год. Вечер.

В окружающее северный КПП пятно света, жалобно рыча подтраивающим мотором, въехал слегка покоцанный пикап.

– Итс май лайф, - стереосистема пикапа хрипло надрывалась единственным уцелевшим динамиком.

– Итс май лайф, - подвывал стереосистеме русский. Подвывал исключительно, чтобы стереосистеме не было скучно мешать уснуть обитателям Порто-Франко.

Руди, развалившись на пассажирском сиденье, пялился на дорогу с идиотской улыбкой на все лицо. Лишение девственности не прошло бесследно для неокрепшей детской психики.

Часовой у ворот засунул бритую бошку в открытое окно пикапа, неодобрительно посмотрел на пристроившийся между коленок подростка "ТОЗ". С пониманием глянул на пузатую глиняную бутылку, к которой периодически присасывался водитель. Одобрительно хмыкнул при виде пребывающего в нирване Руди. И кивнул - проезжайте.

– Борн ин Африка - завывали новый шаманский мотив русский и магнитола.

То, что русский пел о рождённом в Африке, поклонник причесок от товарища Котовского, списал на загадочную русскую душу.

В борделе мне откровенно понравилось. Выбранная мною (главным образом за то, что знала три десятка слов на русском) полька дело свое знало крепко. За пару часов мне и спинку под душем потерли, и массаж расслабляющий сделали (хороший, кстати), и еще много всякого интересного, в основном в устной форме. Уплаченных пятнадцати экю оказанные услуги однозначно стоили.

К лишению девственности Руди в "Розовой чайке" подошли со всей серьезностью. Судя по его виду, с ним работали минимум две мастерицы-ударницы своего нелегкого ремесла. Да и сам парень семью Вольфов не опозорил и выложился, как в финале чемпионата мира.