За дверью
Шрифт:
Варинамин повернулся к Нарастое:
— Ты готова?
Та с сожалением покачала головой:
— Нет. Боюсь, у меня осталось не так много времени. Я не успею выносить и выкормить ребенка. Скоро я уйду в город.
Она произнесла это совершенно спокойно, словно говорила не о приближавшейся смерти, а о пригоревшей на плите каше. И никто из членов общины не выразил жалости или сочувствия. Это произвело на меня впечатление еще большее, чем предложение стать отцом. Стойкость и мужество обитателей Детского мира превышали все мыслимые пределы.
А
— И где мы… так сказать… будем продолжать род? — спросил я.
Я боялся, что члены общины устроят из этого процесса общий ритуал.
Но Нарастоя меня успокоила:
— Обычно мы уединяемся в своих комнатах. Партрана и Карабира живут в отдельных комнатах вместе со своими детьми. Детей я возьму к себе, чтобы они вам не мешали. Рамдана до сегодняшнего дня жила в общей спальне с младшими девочками. Теперь и ей пора переселяться в отдельную комнату.
Приктор, двухлетний сынишка Партраны, подергал меня за рукав, и пролепетал:
— Сделай мне б’атика или сест’енку!
— И мне братика! — закричал еще один мальчуган.
Но Гарана, его мать, ласково взъерошила ему волосы и сказала:
— Братика ты получишь очень скоро.
Ее округлившийся живот подтверждал правдивость этого обещания.
Никому даже не пришло в голову поинтересоваться, имею ли я опыт общения с женщинами. Должно быть, подобные вопросы просто не приходили на ум обитателям Детского мира. Для них отношения между полами являлись такими же естественными, как съедание пищи. К счастью, мы с Маришкой уже изучили азбуку любви, так что я не боялся показаться неграмотным или неумелым.
Карабира предложила мне:
— Давай, Калки, пойдем в мою комнату прямо сейчас. Моя Карная привыкла спать вместе со мной в одной кровати. Так что ночь я хотела бы провести с ней, а не с тобой.
Карная, годовалая дочь Карабиры, в это время сидела у нее на коленях и с любопытством меня рассматривала.
— Да, да, идите! — сразу подхватила Нарастоя. — До ужина еще есть время. Я пока подготовлю комнату для Рамданы. А на кухне Рамдану заменит Керамана.
Все произошло естественно и как-то буднично. Вначале мы с Карабирой совершили предварительные гигиенические процедуры (в доме имелись несколько туалетов и ванных комнат; воду вручную заливали в большой бак на крыше, где она нагревалась на солнце и потом самотеком поступала в водопровод). Потом по запутанным коридорам и межкомнатным переходам мы отправились в покои Карабиры. Старшие и младшие члены общины занимались своими хозяйственными делами и совершенно не обращали на нас внимания. Ну, разве только совсем чуть-чуть. Самые младшие с непринужденным любопытством разглядывали мою
Комнатка, куда привела меня Карабира, была маленькой и уютной. Из мебели в ней присутствовали только шкаф для одежды и широкая кровать. На этой-то кровати мы с Карабирой и выполнили все действия, необходимые для зачатия ребенка. Карабира была мягкой и податливой, но на мои попытки разнообразить процесс реагировала без особого энтузиазма. Я не стал настаивать, и постарался побыстрее закончить работу.
Затем мы вновь отправились в ванную, а потом вернулись в столовую, где Здария и Керамана поднесли нам большие стаканы свежевыжатого сока.
— Спасибо, Калки, я, пожалуй, пойду, уложу спать Карнаю, — сказала Карабира… и ушла.
Здария, девчушка лет одиннадцати-двенадцати, налила мне еще один стакан сока и, подсев на соседний стул, деловито спросила:
— Калки, ты придешь к нам еще раз?
— Еще раз?
— Ну, года через два. Мне бы тоже хотелось родить от тебя ребенка.
Я уже почти свыкся с местными нравами, так что допил сок, даже не поперхнувшись. Потом я сказал:
— Здария, милая, я даже не знаю, где буду находиться и что буду делать завтра вечером! Мне бы хотелось тебя… обнадежить, но, увы, я не могу тебе ничего обещать.
Девчушка с совершенно серьезным видом произнесла:
— Ты уж постарайся! Я буду тебя ждать ровно два с половиной года. Если ты не появишься, я пойму, что ждать больше нечего, и рожу ребенка от кого-нибудь другого.
Из кухни высунулся Сашрин:
— От меня!
— Ты не успеешь вырасти!
— Успею!
— Не успеешь!
— Успею!
Здария вскочила со стула и шутливо погналась за мальчиком:
— Сейчас я тебе покажу, как ты успеешь!
Они исчезли на кухне. Оттуда послышался звон посуды и заливистый детский смех. Из-за этих громких звуков я не услышал, как за моей спиной появились Нарастоя и Партрана.
— Карабира забрала у меня свою дочь, — сказала Нарастоя. — Она сказала, что ей с тобой было хорошо.
— Мне тоже, — я вопросительно посмотрел на Партрану: — Ты следующая?
— Наверное, да. Рамдана еще устраивается в своей новой комнате. Она хочет, чтобы все было красиво. Понимаешь, Калки, ты будешь у нее первым.
Мне еще не доводилось становиться «первооткрывателем». У Маришки я был не первым и, как подозревал, даже не вторым.
— Я буду осторожен с Рамданой, — пообещал я.
— Хорошо, — улыбнулась Нарастоя. — Иного ответа я и не ожидала.
Я посмотрел на свои часы (на самом деле это было бессмысленно, так как они показывали половину третьего, а за окнами дома уже сгущались сумерки) и спросил:
— Ну что, Партрана, успеем до ужина?
Та одарила меня многообещающим взглядом и ответила:
— Не будем торопиться. До ужина осталось слишком мало времени.
Действительно, работа на кухне была в самом разгаре. Выглянув из двери, Здария распорядилась: