За борт!
Шрифт:
— Джек Саттон! — выпалил Фосетт, как будто на него снизошло озарение.
— Кто это? — спросил Симмонс.
— Актер, играющий роль президента в рекламе и комедийных шоу.
Оутс выпрямился.
— Думаю, я вас понял. Сходство велико, но лицом к лицу он никого не обманет. Голос Саттона не вполне похож, и всякий, кто близко знаком с президентом, сразу раскроет обман.
— Да, но с тридцати футов разницу не заметит и его собственная жена.
— К чему вы ведете? —
Глава администрации Белого дома принял вызов.
— Пресс-секретарь Томпсон может выпустить пресс-релиз с сообщением, что президент проведет рабочий отпуск на своей ферме в Нью-Мексико, где будет изучать реакцию конгресса на его план помощи Востоку. Так мы ограничим пресс-корпус Белого дома: обычное дело, когда президент не хочет отвечать на вопросы.
Корреспонденты увидят из-за ограды только, как президент — актер Саттон, играющий роль президента, — садится в вертолет, чтобы лететь на военно-воздушную базу Эндрюс, а оттуда бортом номер один — в Нью-Мексико. Конечно, они могут прилететь туда, но на ферму их не допустят.
— Почему бы не отправить вместе с Саттоном поддельного вице-президента? — предложил Мерсье.
— Они не могут лететь одним самолетом, — напомнил Лукас.
— Хорошо, отправим вечерним рейсом, — настаивал Мерсье.
— Пресса не следит за перемещениями Марголина. Никто не заметит подмены.
— Было бы что замечать, — добавил Оутс, давая волю нелюбви к вице-президенту.
— Я смогу организовать подробности со стороны Белого дома, — предложил Фосетт.
— С двумя решили, — сказал Симмонс. — Что делать с Ларимером и Мораном?
— У нас нечетный год, — сказал Мерсье, вспоминая расписание. — Два дня назад конгресс разъехался на весь август. Хоть в этом повезло. Почему бы не изобрести совместную рыбалку или поездку на какой-нибудь отдаленный курорт?
Симмонс покачал головой.
— Рыбалку вычеркните.
— Почему?
Симмонс напряженно улыбнулся.
— Потому что на Капитолийском холме все знают: Лаример и Моран как кошка с собакой.
— Неважно. Рыбалка как предлог, чтобы обсудить внешнюю политику? Звучит логично, — сказал Оутс. — Напишу меморандум от имени государственного департамента.
— А что вы скажете их сотрудникам?
— Сегодня суббота: у нас два дня на подготовку.
Симмонс начал делать пометки в блокноте.
— С четырьмя разобрались. Остается экипаж „Орла“.
— Думаю, я смогу организовать правдоподобное прикрытие, — предложил Меткалф. — Буду действовать через командующего береговой охраной. Семьям сообщат, что есть приказ отправиться на совершенно секретное военное совещание. В подробности вдаваться не придется.
Оутс
— Есть вопросы?
— Кого еще оповестим о розыгрыше? — спросил Фосетт.
— Неудачный подбор слов, Дэн, — сказал Оутс. — Назовем это отвлечением внимания.
— Ясно, — сказал Меткалф, — что возглавить расследование внутри страны должен Эммет из ФБР. И, конечно, Броган из ЦРУ должен рассмотреть возможность международного заговора.
— Вы сейчас сказали страшное, генерал, — заметил Симмонс.
— А именно, сэр?
— Предположим, президент и все остальные уже за пределами страны…
На предположение Симмонса никто сразу не отозвался. Никто не смел и подумать о такой страшной возможности. Если президент отрезан от колоссальных внутренних ресурсов, эффективность расследования сократится на 80 процентов.
— Они могут быть уже мертвы, — тщательно следя за голосом, сказал Оутс. — Но мы будем действовать исходя из предположения, что они живы и находятся где-то в Соединенных Штатах.
— Вы с Лукасом введете в курс Эммета и Брогана, — предложил Фосетт.
В дверь постучали. Вошел агент секретной службы, приблизился к Лукасу и что-то сказал ему на ухо. Лукас вскинул брови и заметно побледнел. Агент вышел, закрыв за собой дверь.
Оутс вопросительно посмотрел на Лукаса.
— Что-то новое, Оскар?
— Бен Гринвальд, — безучастно ответил Лукас. — Погиб полчаса назад. Столкнулся с поливальной машиной.
Оутс не стал тратить слова на соболезнования.
— Властью, временно данной мне, назначаю вас новым директором секретной службы.
Лукас сильно вздрогнул.
— Нет, пожалуйста. Я не могу…
— Нет смысла искать кого-то другого, — перебил Оутс. — Нравится вам это или нет, вы единственный, кому можно сейчас поручить эту работу.
— Я считаю, что неправильно получать повышение после того, как не уберег человека, которого поклялся защищать, — уныло сказал Лукас.
— Вините меня, — сказал Фосетт. — Я навязал вам этот круиз раньше, чем вы сумели полностью подготовиться.
— У нас нет времени для упреков и оправданий, — резко сказал Оутс. — У каждого из нас есть неотложные дела. Предлагаю приняться за работу.
— Когда мы встретимся снова? — спросил Симмонс.
Оутс взглянул на часы.
— Через четыре часа, — ответил он. — В ситуационном кабинете Белого дома.
— Рискуем разоблачением, если кто-нибудь нас увидит, — сказал Фосетт.
— Есть служебный туннель, который ведет от здания министерства финансов через улицу в Белый дом, — объяснил Лукас. — Кое-кто из вас, господа, мог бы незаметно пройти оттуда.