Юнит
Шрифт:
– Чего?
– Сама в шоке, – сокрушенно изрекла Беликова. – А еще он ведет себя слишком… слишком уж по-человечески!
– Это как?
– Приходи, как освободишься. Все сам увидишь. – Она дала отбой и вернулась в спальню.
По ее настоянию Семь-два-семь перебрался на кровать. Он полулежал, морщил лоб и тер виски, как обычно делают люди, силясь что-то вспомнить.
Рита присела с краю, изумленно глядя на юнита. Если бы она не знала, что это кибернетический организм, могла бы спорить на сто рублей, что перед ней самый настоящий
Беликова сглотнула. Вымученно улыбнулась.
– Ну… как ты себя чувствуешь? – аккуратно поинтересовалась она.
Голубоглазый брюнет задумался, перед тем как ответить.
– Немного странно, – сказал он, видимо, прислушиваясь к своим ощущениям. – Слегка подташнивает и… – Желудок юнита громко заурчал, отчего Семь-два-семь явно смутился. – И есть хочется. Очень.
– Сейчас ужинать пойдем, – не своим голосом выцедила ошарашенная Рита, растягивая губы в синтетической улыбке. – Курица у нас сегодня. С рисом.
Юнит кивнул и снова нахмурился. Устремил взгляд куда-то в свои мысли.
– Я, наверное, сильно ударился головой, когда самолет разбился?
– Н-наверное.
– Мне… как-то не по себе немного.
Маргарита чувствовала, что вот-вот сама ухнется в обморок. Уж кому не по себе, так это ей! Вот же непрогнозируемые последствия! Киборг с искусственным разумом ведет с ней светскую беседу, словно у него есть…
– Память подводит, – вздохнул брюнет и снова принялся сосредоточенно тереть виски.
Мама дорогая!
– Это п-пройдет, – запинаясь, промямлила Маргарита. – Давай я тебе… вам… нам… я… курицу с рисом п-принесу.
Она вихрем умчалась на кухню. Написала Пашке. Казак тут же ответил: «Белка, вилы! Шеф негодует. Задерживаюсь». Вот же дерьмо! Проклятье!
Черт! И вот как это все понимать? Она что, занесла в программу семьсот двадцать седьмого какой-то жуткий вирус? Откуда у него такая манера говорить, будто он на светском рауте? Откуда взялись воспоминания про шлем и разбитый самолет? Откуда? Откуда? Так не должно быть! Так не бывает! Наверное, она где-то ошиблась. Скорее всего, это какая-то глупая ошибка. Неведомый глюк. Баг какой-то. Может, сбился основной установочный код или еще что-то в этом духе.
Погруженная в свои мысли, Рита жмякнула пальцем на кнопку заказа ужина в станционном микролифте. Три порции. Себе, Пашке и этому… чуду. На десерт выбрала кисель и запеканку. Откупорила новую бутылку красного из своих запасов и до середины наполнила пузатый бокал на длинной ножке. Понюхала, оценивая букет. Пригубила…
Если где-то в системе закралась ошибка, ее просто надо найти и исправить. Всего-то! Маргарита улыбнулась и стукнула себя по лбу ладошкой. Если уж она отыскала смещение алгоритмов, ошибку в коде наверняка увидит!
Недолго думая Беликова развернула голограмму последней сохраненной копии. Она внимательно просматривала строку за строкой, когда услышала позади себя шаги. Тихие. Осторожные.
Подумалось
Все. Это конец. Конец-расконец. Расконцовейший конец. Сейчас семьсот двадцать седьмой играючи свернет ей шею, а потом съест всю курицу и будет таков!
Внутри у Риты все сжалось, когда он приблизился. Такой большой. Сильный. Странный. С родинкой…
Она попятилась, ни на что уже особо не надеясь. Можно, конечно, попробовать пырнуть его ножом, но… скорее всего, это кончится тем, что киборг сломает ей руку. Или оторвет.
Может, хотя бы закричать? Вдруг испугается? Отличная идея!
Она приоткрыла рот, намереваясь осуществить задуманное.
– Я тут подумал… может, вам нужна помощь с ужином? – деликатно осведомился киборг. – Я мог бы порезать салат, если позволите…
Вместо крика с губ сорвался едва слышный мышиный писк. Кухонный отсек заплясал перед глазами. Стены закачались, а пол ушел из-под ног. Маргарита упала бы навзничь и наверняка разбила бы затылок, но семьсот двадцать седьмой ловко подхватил ее и отнес на кровать.
Глава 10
Подозрительное очеловечивание
В одном Рита не ошиблась: курицу киборг действительно съел. Всю. Все три порции. И кисель весь выпил, засранец. Все правильно: потребность в пище – одна из самых острых физиологических нужд. Интересно, какая возникнет следом? Если учесть, что он уже отоспался, то…
– Вот, выпей-ка. – Голос Павличенко вывел из ступора, и Маргарита приняла из рук товарища стопку. Понюхала.
Коньяк.
Молодец, Паша. Всегда умел ее подбодрить.
Беликова опрокинула стопку. Запить казак не предложил.
– Ну как тебе феномен? – Рита кивнула на расположившегося в кресле Семьсот двадцать седьмого. Закончив с рисом, он с азартом принялся за запеканку. – Познакомились уже?
– Можно и так сказать. – Паша посветил ей в глаза крошечным фонариком. Пощупал пульс. – Сначала он меня к тебе не подпускал. Рычал, как ротвейлер. Похоже, охранный инстинкт все еще срабатывает. Пришлось доказывать, что я врач и твой друг, только тогда оттаял и накинулся на курицу. Ты бы видела… Я уж думал, он кости грызть начнет.
– Ты… сказал ему, что он…
– Нет, ни в коем случае! – округлил глаза Паша. – И ты не говори. Такой феномен надо исследовать досконально. Ты только представь, какой это прорыв! Киберличность, наделенная самопродуцируемой мнимой памятью! Мы сможем создавать юнитов с биографией, характером, вкусами! Да они… Они же будут совершенно неотличимы от людей, Белка!
– Как репликанты у Филипа Дика? – уточнила она, имея в виду андроидов из книги американского фантаста.
– Что-то типа того, – кивнул Паша с сомнением в голосе. Эх! Не читал казак, похоже, культового киберпанка. – А теперь попробуй проверить, сохранилось ли на него твое влияние.