Юнга
Шрифт:
– Быстро вы, – удивился старший, протягивая руку. – Когда только успели?
– Если честно, то еще в Москве.
– Вы знали, в чем дело?!
– Скажем так, догадывался.
– Почему же просто не прислали эти документы с пояснениями?
– И кто бы вам их показал?
– Ладно, разберемся, – пообещал начальник, выразительно взглянув в сторону менеджера.
– Я могу возвращаться?
– Не задерживаю!
«Вот и славно», – успел подумать про себя Март, но тут к нему подошел один из местных, тот, у которого в кобуре был «макаров».
–
– В чем дело? – вопросом на вопрос отвечал насторожившийся Вениамин.
– Я вижу, вы крутой специалист по беспилотникам? Может, поможете и нашему горю?
– Боюсь, у меня нет времени, – попытался отказаться Март, но не тут-то было.
– Меня Олегом зовут, – с ходу представился новый знакомый и, не теряя времени даром, вывалил на приезжего москвича свои проблемы.
Как оказалось, Олег отвечал в ополчении как раз за это направление, и в последнее время его подчиненные несли большие потери в матчасти.
– Это нормально, – попытался возразить Вениамин. – В современных условиях дроны – расходный материал.
– Ага, – хмыкнул местный. – Ни фига себе расходничек по три тыщи бакинских!
– Война – вообще дорогое удовольствие.
– Скажи еще, нечего было в сепаратизм играть! – опасно сузил глаза Олег.
– Простите, мне некогда, – сухо откланялся Март и поспешил выйти.
Он вообще не любил конфликтовать по политическим вопросам. Выгоды от этого никакой, а вот энергии можно потратить много. А если учесть, что люди тут вооруженные и нервные, то и вовсе. Сам Вениамин давно про себя решил, что он не турбопатриот, а обычный человек. Чем они отличаются? Да тем, что, когда у страны возникает беда, обычные люди получают повестку и, оторвавшись от своих дел, отправляются решать эту проблему. А турбо выступают на митингах, посвященных их отправке, и кричат, что все пропало.
Март уже добрался до гостиницы и планировал немедленно начать собирать вещи, когда к нему подбежала девушка. Впрочем, определить ее гендерную принадлежность было непросто. Худенькая, в мешковатом «комке» и с короткой стрижкой, она больше напоминала даже не мальчика, а взъерошенного воробья.
– Вениамин Александрович, – закричала она издали, чтобы привлечь к себе внимание. – Вениамин Александрович, подождите!
– Слушаю вас, – обернулся он.
– Вы… – сбивчиво начала девушка. – Здравствуйте. Вы меня не узнаете?
– Простите, нет!
– Мы встречались три года назад во время соревнований на Воробьевых горах. Вы тогда свой новый беспилотник показывали… Помните?
– Да, – кивнул обладавший почти фотографической памятью Март. – Простите, не узнал сразу Вы тогда рыжая были.
– Точно, – улыбнулась девица.
На самом деле, она была не просто рыжей, а с ядовито-красным чубом, и, по всей видимости, поэтому и запомнилась. Вдобавок к экстравагантной прическе на левой щиколотке и правом бедре красовались разноцветные татуировки – плюс мальчишеская одежда. В общем, он решил, что
– Слушаю.
– Меня зовут Таня.
– Рад за вас!
– Э-э, – промямлила растерявшая весь свой запал девица, – брат сказал, что вы можете, но не хотите нам помочь…
– Брат, это Олег? – уточнил Март.
– Да.
– И вы решили, что сможете меня уговорить?
– Ну… я хотела попробовать…
«Нет ничего более нелепого, – подумал Вениамин, – чем феминистка, пытающаяся включить „яжедевочку“». Но вслух сказал совсем иное.
– Вы попробовали, и у вас не получилось.
– Жаль, – вздохнула Татьяна, и в глазах ее предательски блеснула слеза.
– А в чем проблема-то? – сам не зная почему, спросил Март.
– Просто время от времени наши дроны падают в расположении противника, и мы ничего с этим не можем сделать.
– В одном и том же месте?
– Нет, всегда в разных. Хуже того, потом эти квадрики начинают работать на них. Мы недавно сбили один и проверили по номеру.
– Глушилка.
– Что?
– Кто-то с той стороны изготовил компактную глушилку и сначала лишает дроны связи, а потом перехватывает управление.
– А так можно?
– Вы точно специалист и принимали участие в соревнованиях?..
– Нет, – смутилась Таня. – То есть да. Я знаю, что это в принципе возможно, но нужна довольно громоздкая аппаратура. Там ее просто негде разместить.
– Значит, нашелся умелец.
– Понятно, – задумалась девушка.
В этот момент появился водитель Валера и, увидев Марта, поспешил к нему.
– Вениамин Александрович, тут такое дело…
– Что еще?
– Да прокладка потекла на нашем «змейгорыныче».
– На чем?!
– Ну на «уазике». Я его так про себя прозвал. Да вы не волнуйтесь, это плевое дело. За пару часов управлюсь. Мы ведь еще не уезжаем?
– А раньше вы о чем думали?..
– Так ведь только заметил!
– Тьфу ты, пропасть! Точно за два часа почините?
– Ну, может быть, за три…
– Завтра с утра выехать сможем?
– По-любому!
– Действуйте!
– Это мы запросто, – улыбнулся во весь рот водила и бросился лечить своего железного коня.
– Так где, говорите, это происходит? – поинтересовался Март у Тани, все еще торчавшей рядом с ним.
– Тут – почти рядом, – широко распахнула изумрудно-зеленые глаза девушка, мгновенно высушив слезы.
– Пойдем, посмотрим, – буркнул инженер, пытаясь не слушать завопившую во весь голос чуйку.
Дело в том, что он и сам давно работал над прибором, позволяющим брать управление чужим дроном на себя, но пока что не преуспел, и рассказ Татьяны разбудил в нем любопытство.
– А вы сможете помочь?
– На всякую хитрую гайку найдется свой болт, – пожал плечами Март, доставая из машины большой никелированный кейс.