Юнга
Шрифт:
Потом они втроем пили крепкий чай, закусывая недогрызенными вчера каменно-твердыми пряниками. Вахрамеев-старший рассказывал им разные занимательные истории, которых знал множество. Судя по словам смотрителя маяка, жизнь, а главное – служба, успела помотать его по всем странам и континентам: от жаркой Африки до ледяной Антарктиды. Затем разговор плавно перешел на его гостей.
– Вы чем заниматься-то думаете? – без обиняков спросил отставник.
– Я с Мартом пойду! – сразу же ответил Витька. – Пока я рядом, с ним ничего не случится.
– Ишь как! – высоко поднял брови Игнат и обернулся к крестнику: –
– В небо меня тянет, – мечтательно улыбнулся Март. – И всегда тянуло. Каждую ночь снится: будто я либо сам лечу, либо на большом воздушном корабле. В лицо ветер дует, а высоко так, что дух захватывает.
– Стало быть, тебе прямая дорога в воздушный флот! Ну а что, дело хорошее. Одаренного, помяни мое слово, там с распростертыми объятиями примут. И разобраться помогут, куда с такими способностями лучше: в штурмана или артиллеристы. А там, глядишь, и в адмиралы выйдешь!
– Вот с этим проблема, – покачал головой крестник. – Не хочу я в военные.
– А что так? – прищурился Вахрамеев-старший.
– Воевать не люблю!
– Это я заметил, – усмехнулся в усы отставник. – Но я тебе так скажу. Кому быть суждено повешенным, тот не утонет. С военной службой точно так же. Не миновать тебе ее.
– Это почему же?
– Как тебе сказать, парень. Драка впереди большая. И никто в стороне не останется.
– Но почему?
– Ох, слышали бы меня господа офицеры…. В общем, если коротко, то слишком уж наша Россия большая. И всего в ней так много, что на три таких народа хватило бы, даром что нас больше трети миллиарда. А вокруг, сами поди знаете, что творится. Великая, мать ее, депрессия! И всем кажется, что если у соседа кусок отобрать, то и свой сразу слаще станет… А у кого самый большой кусок? Известно у кого – у нас!
– И что делать? – подался вперед Витька.
– А что тут сделаешь, – развел руками Игнат. – Только в готовности быть, как давеча. Строят британцы новые корабли, стало быть, и нам надо. Придумали радары, значит, и нам подавай! Так же и с пушками, и с танками, и прочим, что только на погибель роду человеческому напридумали.
– Но ведь у нас же самые сильные воздушные фрегаты! – снова воскликнул Ким.
– А вот это бой покажет, ребятки, – покачал головой ветеран. – Раньше так и было, не спорю. А теперь, кто знает, как оно повернется. И что хуже всего: все на нас в обиде. Вроде как мы у них прямо изо рта кусок увели. И немцы, и англичане, и конечно же японцы. А из союзников у нас только французы, да и те… лучше враги, чем такие друзья. В общем, рассчитывать придется только на себя. А потому всех, кто такой дар имеет, что к военному делу пригоден, сразу в строй поставят!
– Ты так говоришь, словно война – дело решенное.
– Как есть, так и говорю, крестник. Врать не приучен. Могу ошибаться. Скоро увидим.
– Когда? – проникнувшись логикой рассуждений старого воина, спросил напрямую Март.
– Кто ж его знает? Если ты в гражданские летчики и попадешь, то ненадолго. Одаренные, да еще и способные в драке не теряться – на вес золота. Я ж вам рассказывал про Петра Николаевича. А ты во вчерашнем деле себя крепко показал. Значит, и в небе сможешь с нервами совладать.
– Это понятно. Но вот, честное слово, в армию нет желания идти. Начальство редко бывает умным. Тебе, крестный,
– Хм, это верно. Лучшего и пожелать нельзя. Ну, если не хочешь их высокоблагородиям подчиняться, прямая дорога тебе в приватиры. Я бы и сам к частникам пошел после списания на берег. И тебе бы деньгами помог, и себе заработал на старость. Но ранение не дало.
– Что за приватиры-частники?
– Тут, брат, просто. Купил себе корабль, хоть фрегат, хоть поменьше чего. Получил патент. И работай. Можно на флот. Разные там задания выполняй. Можно на разные конторы коммерческие. Мир большой. Многим нужна защита. А кому и нападение. У многих больших компаний свои эскадры имеются. Там совсем другие деньги платят. А уж частники – те и вовсе богато живут. Премии там, оплаты по контрактам. Одним словом, не жалуются.
– Крестный, а зачем флоту нанимать частников? Неужели нашим кораблей не хватает? Или деньги лишние?
– Сколько фрегатов и транспортов ни строй, все одно не хватит. Очень уж велика наша империя. А сколько еще задач и интересов за ее границами? Да и не всегда удобно под военным флагом идти. Бывает проще частнику задание дать. А главное, не забывай: случись война, всех смогут припрячь. Выходит, частники – бесплатный резерв флота. Да еще и с опытом боевым у большинства. Со всех сторон выгода.
– Понятно… – протянул Март. То, что этот мир существенно отличается от прежнего, он уже понял. Здесь и первая, и вторая русско-японские войны закончились, едва начавшись, а Первой мировой пока и не произошло. Правда, дед утверждает, что скоро может и полыхнуть. Но пока тихо. Вот и наемники, частники и приватиры – это больше про век двадцать первый, а тут цветет пышным цветом… Есть о чем подумать…
– Что-то мы с вами засиделись. Ну-ка руки в ноги, и марш-бросок на рынок. А то все раскупят, и останемся ни с чем.
Парни как по команде подскочили и, ухватив трофейный ранец и корзинку для яиц, легкой рысью покатились под горочку.
Войдя в «сферу», Март в который раз убедился, что «в Багдаде все спокойно» и никаких опасностей поблизости не просматривается. На ходу он принялся мысленно рассуждать. Пока что из всего прочтенного в книге, написанной асом Нестеровым, наибольший интерес представляла часть, посвященная развитию личных боевых способностей. Ускорение, усиление, точность, наращивание выносливости и живучести. Мыслесвязь. Отвод глаз и скрытность перемещений. И самое, пожалуй, ценное – предвидение действий противника и нанесение удара «вразрез» его действиям.
Освоив такие навыки, Март мог, несмотря на подростковую худосочность, стать полноценной и весьма грозной боевой единицей. А с учетом очередных ожидаемых нападений киллеров, которые рано или поздно встанут на его след, отыщут и постараются убить, тем более. Значит, на этом и следовало сосредоточить усилия. Не забывая о ежечасной прокачке универсальной «сферы».
Несмотря на откровенно скромный размер рыбачьего поселка, рынок оказался совсем не мал. Видимо, сюда приходили жители соседних деревень, чтобы обменяться плодами своего труда. Одни предлагали рыбу и морепродукты, другие – рис, овощи и зелень, а в маленьком щиктане, как водится, варили лапшу, которую подавали вместе с острым соусом и различными закусками-панчанами.