Шрифт:
Юлька
Юлька сломала каблук.
Не катастрофа и не конец света, конечно. Просто сапоги единственные. На покупку новых и даже на ремонт старых расходы совершенно не предусматривались. Еще и хозяйка, подлюка, за квартиру плату подняла! Юля упала на расчищенную от снега скамейку и мрачно уставилась на свои вытянутые ноги. Ноги, в отличие от сапог, пока еще радовали: длинные и не кривые. Такими бы ногами сцену мерить на конкурсе «Мисс Вселенная» да попирать мостовые Парижа. Вот только
Ну сиди не сиди, а на работу двигать надо. Тем более что найдена недавно, испытательный срок ползет.
Юлька — из «понаехавших». Сибирский город, в котором, как известно, сугробы выше крыш, медведи по улицам бродят да моржи в лужах купаются, неожиданно решил приобщиться к цивилизации — то есть к Мировому Крызысу — и фирма, в которой Морозова трудилась, схлопнулась, словно черная дыра. После полугодового стояния на бирже Юля поняла, что это знак, и соблазнила такую же безработную подружку на Москвы покорение. Как оно и бывает в жизни (ну помните поступление в театральное? подруга идет за компанию, и поступает, а вот ты — увы и ах) Ленка каждый день порхала по многочисленным собеседованиям, да еще параллельно по свиданиям, и маячило ей уже хорошее место…
Юлька же сетовала на горькую судьбину и настраивала себя на позитив. Частично настрой удавался — во всяком случае, работа нашлась, (хоть и не такая, как хотелось, но кушать-то хочется да и за квартиру платить надобно), и не далеко даже, в получасе езды на метро… А вот интересно, зачем москвичи вообще ездят на машинах, если метро имеется? Ради мазохистского удовольствия постоять в многочасовых пробках?
Видимо, чтобы скрасить ее отсутствующую ностальгию, зима в этом году в Москве приключилась снежной и морозной, никаких проблем с постройкой снежных городков не было. Проблемы были с расчисткой снежных завалов, авариями, гололедицей и каблуками.
Юлька энергично поспешала своей новой удивительной «однокаблучной» походкой — до заветной двери оставалось всего ничего, когда ей приспичило проверить, показалось ли, что в травмированный сапог теперь еще и снег попадает — и она застыла в виде цапли посередь пустой дороги.
…Удар был не то чтобы сильным, скорее — толчок, но когда медленно выехавший из-за угла автомобиль боднул ее тупой серебристой мордой, Юлька элементарно потеряла равновесие, взмахнула руками, лягнула воздух своими прекрасными ногами — и грохнулась навзничь на ледяную дорогу.
Странно, Юля всегда думала, что лишнего жирка на ней хватает — но асфальт она пересчитала исключительно костями — всеми, вплоть до самых маленьких плюсен пальцев.
Юлька не то чтобы потеряла сознание: просто лежала, смотрела в белесое зимнее небо и видела как летит над ней ее же увесистая сумка и приземляется в сугроб. И закрыла глаза: последняя рефлекторная защита от надвигающегося на нее хищного бампера. Ппц, поняла Юлька.
— Девушка! Девушка, вы как… Вы живы?! Девушка!
Юлька приоткрыла один зажмуренный глаз и поняла — она прямой наводкой угодила сразу в рай. Над ней склонялся ее любимый актер дорам. Восточноазиатский парень, если кто не понял. На непокрытой темноволосой голове блестели мелкие снежинки — казалось, парень весь посыпан блестками, словно подарок на рождество. Прощальный подарок от жизни…
— Девушка! — ее мягко встряхнули за плечи.
— Ну-ка, ну-ка, что тут у нас…
Кто-то завозился и затопал рядом с несчастной юлиной головой, в лицо ей полетел снег. Пришлось признать, что мимо рая она явно промахнулась, вряд ли в раю имеются снежные заносы.
После полупрофессионального осмотра водителем с помощью подоспевшего из здания охранника — переулок-то был практически безлюдным — выяснилось, что ничего ужасного кроме синяков и ушибов, а также нервного потрясения (при виде мужчины ее мечты, если кто не догадался), столкновение с машиной Юле не причинило. Постанывая, Юля поднялась на ноги — и тут же оступилась на проклятый, отсутствующий с утра каблук.
— Ох!
— Что такое? — спросил мужчина ее мечты встревожено. — Нога?
— Каблук! — Юлька впервые всхлипнула. — Каблук сломался!
Парень неожиданно перегнулся пополам и захохотал. Продолжая держаться, между прочим, за Юлину коленку. Та злобно дернула ею.
— Вам смехуечки да смехохулечки, а сапоги, между прочим, у меня единственные!
— Ой, девушка, пусть это будет самой большой потерей в вашей жизни!
Очень хотелось навернуть по кавайной физиономии извлеченной из сугроба сумкой. Ну и какой же он подарок? Сбил и насмехается еще!
Опираясь о машину, Юля решительно двинулась в направлении близкой работы. Услышала в спину изумленное:
— Вы куда?
— На службу! — рыкнула Юлька, не оборачиваясь. — Зарабатывать на новые сапоги!
— А как же травмопункт?
Юлька только отмахнулась. Сердобольный охранник придержал перед ней дверь, сказал негромко:
— Может, и правда, съездишь? Парень, похоже, раскошелиться готов…
— Да ладно! Я же тоже соображаю, на права сдавала! Сама виновата, йогу на проезжей части показывала…
Под конец дня Юлька решила, что зря, пожалуй, отказалась от посещения больницы. Болело все тело, все мышцы, даже те, о существовании которых она не подозревала. Постанывая и покряхтывая под сочувственные замечания и советы коллег, побрела она на выход, привычно уже перемещаясь на одном каблуке и на одном носке. Черт, сейчас же где-то еще срочный ремонт искать…
— Ну наконец-то!
— А? — Юля застыла, вцепившись в перила. В вестибюле ее ждал неудавшийся убивец.
— Вы как? Как вы себя чувствуете?