Югана
Шрифт:
Утром Югана не торопилась отдавать приказ своим молодым вождям «запрягать моторы», что означает – готовиться к отплытию. Она пришла на берег к палатке, где спали ребята, села на толстый еловый обрез от комля, закурила трубку. Ребята, видимо, проснулись давно уже, но ленились подыматься, нежились и вели меж собой «мужской» разговор. Хоть и великий грех подслушивать чужой разговор, но ведь Югана не станет затыкать уши пучком мха.
– Орлан, а Даша с тебя глаз не сводила, когда мы у них за столом ужинали.
– Точно, Таян; ах, сударь, вот жареная икра,
– Кончайте, вы! А то я вам, как старший, всыплю так, что ребра будут трещать!
– Люди добрые! Чего тут кончать? Таян тоже вчера на Машу уставился, и сладкие слюни вожжами потекли…
– Ургек, что ты мелешь? Маше всего только тринадцать лет…
– Югана говорит, что раньше у них в двенадцать лет девочки уже выходили замуж, в тринадцать или четырнадцать лет рожали за милую душу…
– Хо, молодые вожди пошто спорят? Выбирайте девушек – какую надо. Пусть двенадцать или четырнадцать лет им – пустяк. Все невесты наши будут! – сказала Югана, а потом, немного помолчав, добавила: – Купайтесь в реке. После этого приходите к дому. Там ваши будущие жены много вкусной еды приготовили.
Пока ребята купались в реке да хохотали над тем, как захватила их Югана врасплох и услышала разговор о девушках, эвенкийка с уверенностью и полным душевным равновесием заключила сделку с матерью Даши. А разговор этот происходил в стороне от избы, когда Полина Антоновна пошла к поленнице за берестой на растопку печи.
– Хочет Югана поговорить с Полей. Вождь Орлан берет в жены Дашу. Поля-мать согласна? – сказав это, Югана сняла с пояса замшевый кошелек с деньгами.
– Югана, я очень рада! Большое счастье для нас породниться с Таней Волнорезовой. Все ребята ее – молодец к молодцу! Из очень хорошего рода они… Я даже затрудняюсь – как тут нам с тобой быть? Ведь моей «козочке» только еще четырнадцать годиков… А если по-хорошему рассудить, так ведь я сама вышла в четырнадцать лет замуж, а через год уже родила… Я-то, Югана, с мужем ничего против не скажу, если Даша будет согласна. А это что… – спросила удивленно Полина Антоновна, когда взяла из рук Юганы замшевый кошелек.
– Четыре тысячи рублей русских денег. Такой закон племени Кедра: давать деньги, выкуп родителям невесты, – пояснила Югана и после этого набила трубку табаком, закурила.
– Югана, но зачем столько много? Мне стыдно взять все это… Отказаться – нанесешь тебе обиду.
Понимала Полина Антоновна, что по древнему обычаю, все эти деньги, выкуп невесты, даются родителям невесты в виде калыма, но все это до единой копейки отдается молодым. И мать Даши действительно была рада, что у ее дочери будет такой юный красавец муж.
– Югана возьмет у Поли еще три невесты. Ургек, Таян, Карыш – все они хотят жениться, – решительно заявила Югана, словно пришла она в магазин и покупает на выбор живых кукол.
– Родная ты моя, Югана! Ну, если Даша согласится, то пусть едет с вами. А вот с остальными невестами
Югана согласно кивнула головой. Был и такой обычай, когда несовершеннолетних невест брали родители женихов и растили сами будущих жен своим сыновьям.
Прощай, славная деревенька Айполово, спасибо тебе великое от вождя Орлана. Спасибо тебе от всего племени Кедра за Дашу!
А вот и сказочная грива, где издавна справляли эвенки праздник Чагил. Шумно нынче на берегу Березовой Речки. Ребята подремонтировали небольшую промысловую избушку: замазали глиной щели, чтобы не летели комары; на прохудившуюся местами крышу положили новые берестяные листы и защемили жомами, жердями. И все это теперь делалось в присутствии Даши, под ее шутки, смех.
Югана ушла к Кедру-Богу еще с утра. Ребята поджидали ее. Вот уже полдень. Юганы все еще нет, не пришла она с «поговора». Мешать Югане сегодня не нужно, она разговаривает нынче со всеми добрыми духами тайги. Духов-богов много в урманах, и времени надо немало, чтобы хоть несколькими словами обмолвиться с каждым. Но обычно Югана всегда находит выход из таких затруднительных положений. Она сразу сзывает всех духов, как на собрание, и начинает говорить о том, что ей нужно от каждого бога-духа в отдельности и от всех вместе. В свою очередь эвенкийка рассказывает духам о том, как сейчас живут люди на юганской земле, какие новости в Улангае, и, конечно, о своих молодых вождях не забудет Югана рассказать Кедру-Богу и Березе-Матери. Помянет Югана в разговоре с духами добрым словом тех, кого нет нынче на земле, – это Костя Волнорезов, Лена-доктор…
– Живи долго, великий Кедр-Бог! – говорила эвенкийка, как обычно со всеми богами, на родном языке. – Принесла тебе Югана немного винки – пей маленько. Вкусной еды тебе даст Югана: вот сарана, кандык с медом – все это твоя шибко любимая еда и еда всех духов урмана. Ты ешь пока, а Югана посидит рядом, на твоем корне, расскажет тебе обо всем.
Тихо шумела тайга. Легкий ветер заигрывал с листвой берез. Где-то рядом, на озере, кричали кулики. Попискивали, стонали поползни, обшаривая комлевое корье кедров.
– …Про Орлана ты все знаешь, Кедр-Бог. И про его невесту Дашу тоже рассказала Югана. Молодой вождь Орлан останется жить на юганской земле. А вот Ургек, Таян, Карыш через год поедут учиться на летчиков в большой город. Они будут летать на больших небесных стрелах, которые поднимаются в небо на огненных хвостах.
Неписаный закон эвенков племени Кедра гласил: дерево, на котором вьет гнездо орел, считается священным. Югана не помнит, да и не видела орлиного гнезда на Кедре-Боге, но из преданий знала, что лет двести назад было гнездо орла на этом кедре и не один год из этого гнезда вылетали птенцы-орлята и уходили в большой мир.