Юг

Чан Зи

Хоть от элитной роты Китайского Союза и осталось меньше половины, они все равно со всей отважностью и мужеством начали контратаку на остатки батальона, отправленного в погоню за беглецами. Благодаря их напору, боевой дух и мораль бойцов этого батальона были полностью уничтожены, поэтому вскоре уже они начали разбегаться в разные стороны, спасая свои жизни.

В конце концов, Общество Вань-Сюн также было небольшой военной силой. Почти все их солдаты в прошлом были обычными людьми — не проходя строгой подготовки, они были просто зачислены в войска, после чего им было

выдано оружие. Таким образом, они ничем не отличались от толпы мужиков с оружием в руках.

Чжу Сюнба, лидер Общества Вань-Сюн, осмелился атаковать сразу всех только из-за поддержки Райского Государства, приславшего десять вертолетов. Однако теперь, когда те были уничтожены, а остатки сбежали, боевой дух его солдат, только недавно побеждавших на всех фронтах, сейчас начал заметно снижаться, тем более после того как два чудовища почти полностью вырезали элитную роту, охранявшую артиллерию.

Поэтому нападение Юнь Цзыгэ и его остатков элитной роты стало последней каплей, уничтожившей мораль противника.

Видя менявшуюся ситуацию на поле боя, воительницы Ледяного Дворца, потерявшие уже очень многих своих подруг, также начали сумасшедшую контратаку в сторону наседавших на них солдат Общества Вань-Сюн. Хоть их осталось несколько сотен, все они были сильными женщинами-мастерами, поэтому их яростный порыв обычные люди не могли остановить.

В то же самое время таинственный снайпер даже после отступления вертолетов Райского Государства продолжал обстрел солдат общего противника — каждый выстрел забирал жизнь одного бойца или эксперта Общества Вань-Сюн.

С появлением Юэ Чжуна, нанесшего мощный удар по силам Чжу Сюнба, все отступавшие в беспорядке бойцы перегруппировались и начали свои контратаки, чем полностью деморализовали общего противника — солдаты Общества Вань-Сюн понесли большие потери, и вскоре полностью потеряв свой боевой дух, огромная побеждавшая армия стала разваливаться.

«Как такое могло произойти? Как все так изменилось?» — находясь в своем командном пункте, Чжу Сюнба с бледным лицом и сжатыми от ярости зубами наблюдал, как его доминировавшая еще недавно армия начала терпеть поражение.

— Черт бы их подрал! Где подкрепление Райского Государства? — в гневе кричал он. — Они же обещали военную поддержку! И где она? Блядские ублюдки!

На самом деле, Чжу Сюнба не знал, что обещанное подкрепление, которое он так ждал, было уже уничтожено Юэ Чжуном, когда тот захватывал подземное бомбоубежище.

— Командир, что делать? — подошел к нему один из штабных офицеров.

— Отступление! — глядя на безвыходное положение своих солдат, тяжелым голосом ответил Чжу Сюнба. — Мы потеряли преимущество, и уже начали терпеть поражение, поэтому мы должны отступить! Передай всем мой приказ: немедленное отступление!

После отдачи приказа он вместе с двумя сотнями сильных экспертов, а также с оставшимися элитными подразделениями сразу же покинул поле боя, отправившись на свою базу. Пока у него есть надежные подчиненные, а также опытные мастера с элитными солдатами, он всегда сможет завербовать новую армию.

Найти или подготовить элитных

солдат Обществу Вань-Сюн будет очень сложно, однако нанять хоть 10 000 простых бойцов не будет для Чжу Сюнба большой проблемой. Вербовка способных держать оружие людей — это основной метод формирования армии практически любой группировкой нынешнего мира апокалипсиса. Естественно, это будет лишь неорганизованная толпа вооруженных людей, которая может побеждать только над неупорным противником, испугавшимся числа врагов, но не против армейских подразделении.

Получив приказ об отступлении, а также узнав, что Чжу Сюнба уже покинул поле боя, все оставшиеся солдаты Общества Вань-Сюн, «сбросив шлем и сняв латы» стали либо убегать прочь, либо сдаваться бойцам Юэ Чжуна и Китайского Союза. Никто из них не осмелился сдаваться воительницам из Ледяного Дворца, сопротивляясь им до последнего, как-никак никто не хотел стать бесправным рабом и домашней скотиной. Это последствия политики гендерной дискриминации.

Оу Чанцзян, управлявший собравшимися войсками Великого Китайского Союза, занялся арестом сдавшихся в плен. Таким образом, битва за Янсянь, превратившаяся в трехстороннее сражение, закончилась победой защитников города.

Вместе с солдатами Оу Чанцзяна, принимавшими пленных, Юнь Цзыгэ с остатками своей роты атаковал убегавших солдат Общества Вань-Сюн, и в итоге захватил в плен еще около трехсот человек. Вместе с бойцами, захваченными Юэ Чжуном, общее число военнопленных достигло 5000 солдат. Среди них были как бойцы Общества Вань-Сюн, так и бывшие рабы Ледяного Дворца, кроме того, в плен были взяты и женщины-воительницы, хотя Шангуань Бинсюэ и смогла спасти около 500 своих послушниц, взяв в плен при этом 200 человек.

— Юнь Цзыгэ, — обратился к нему Юэ Чжун, после того как тот вернулся к городу, — присоединяйся ко мне, стань моей силой!

Он по достоинству оценил способности и таланты командира элитной роты, которая уверенно сражалась против превосходящих сил противника. Если Юэ Чжун сможет его завербовать, то получит весьма полезного боевого командира.

— Если я присоединюсь, что будет с моими братьями? — задумавшись, спросил Юнь Цзыгэ.

— Если станешь моим подчиненным, они также последуют за тобой, а ты останешься их непосредственным командиром, — с улыбкой ответил Юэ Чжун. — Впоследствии я намерен увеличить твою роту до полноценного батальона, так что ты станешь командиром батальона.

— Спасибо! Готов служить командующему Юэ! Готов стать вашей силой! — с удовлетворением в глазах по-военному отсалютовал Юнь Цзыгэ.

Юэ Чжун — тиран Гуйнина. Об этом слышали многие в Великом Китайском Союзе. Кто-то говорил, что он хороший, кто-то — что он плохой, но большинство из них сходились во мнении, что Юэ Чжун — сильный и смелый лидер.

Кроме того, в Гуйнине уже был установлен новый порядок, благодаря чему город постепенно развивался, и жизнь людей в нем налаживалась и нормализовывалась. Конечно, по сравнению с прежним миром, было намного хуже, но в отличие от того же Янсяня, в Гуйнине царил мир и можно было жить с достоинством.