Юдоль
Шрифт:
— Ты хочешь сказать, что слуги Пустоты и есть сама Пустота? — рассмеялась Тупи.
— Я не знаю, — пожал плечами Кай. — Но я никогда не встречал просто Пустоту, а с ее слугами сталкиваться приходилось. Разве только Кету уничтожила сама Пустота, да и то я был в ней незадолго до того ужаса, в хранилищах под замком были видны трещины. Для того чтобы убивать, необязательно направлять в сердце клинок, иногда достаточно колдовства. Да, в Текане магия не в почете, но кто сказал, что ею не владеет кто-то из слуг Пустоты?
— А
— Нет, — покачал головой Кай. — Почти нет. Я не могу колдовать. Но я чувствую. Чувствую, когда колдует кто-то другой.
— И что же ты чувствуешь? — сузила взгляд Тупи.
— Хилан весь опутан магией. Я не могу ее объяснить, но он весь словно в паутине. Еще утром я не чувствовал этого, жажда меня мучила, но теперь чувствую явно. И еще какая-то магия здесь, близко… — Кай закрыл глаза. — Нет. Не могу разобрать. Сдается мне, что все, кто пришел поглазеть на меня, обвешаны оберегами.
— Если бы они еще кого-то оберегали, — горько произнесла Тупи. — Мелит будет говорить с тобой, охотник. Он снимет обереги, чтобы ты мог убедиться в его чистоте. Девчонку пока оставлю с тобой. Судя по рассказам одного гиенского торговца, который не так давно возвращался из Кеты через Хилан, она и в самом деле способна неплохо прикрыть тебе спину. Но это будет только в том случае, если ты скажешь мне правду. Я хочу проверить тебя.
— Какую правду ты хочешь узнать? — спросил Кай.
— Зачем ты пошел в смотрительную сегодня? — медленно произнесла Тупи.
— Чтобы убить смотрителя, — твердо сказал Кай.
Мелит вздрогнул, Этри расширила глаза, Арш на мгновение перестал корчить гримасы, только Тарп остался недвижим.
— Зачем? — спросила Тупи.
— Он попросил меня об этом, — громко ответил Кай. — Мне передали, что он зовет меня, чтобы попросить об этом.
— Почему? — повысила голос Тупи.
— Он не хотел быть смотрителем, — ответил Кай, выдержал паузу и выдохнул: — Но он был моим братом!
Все, кто был в зале гвардии, словно перестали дышать.
— По отцу, — добавил Кай. — И он попросил меня убить его. Это произошло, когда Тамаш в очередной раз вселился в него. Он почти разорвал путы. Кроме того, у Тамаша есть слуги. Черные тени со стальными когтями. Они приходят вместе с ним. Нам пришлось защищаться.
— Это я убила Хармахи! — вдруг громко заявила Каттими. — Вряд ли Кай смог бы убить своего брата. Проверьте. У него на мече зазубрины от когтей одного из слуг Тамаша. Если бы я не убила Хармахи, нас бы не было.
— Тебя бы не было, девочка, — неожиданно тихо произнесла Тупи.
— Хармахи… — пораженно прошептал Мелит.
Тарп снова не дрогнул, но неожиданно оскалил зубы Арш.
— Хармахи… — горько прошептала Тупи и спросила: — Ты можешь доказать, что
Кай медленно снял с плеча чехол, распустил завязки и осторожно, не поднимая ствол, достал ружье, после чего сорвал войлок с приклада.
Мелит шагнул вперед, со вздохом восхищения коснулся ложа и громко прочитал:
— «Дар Киру Харти, Луккаю, Луку, Каю, или как он сам себя называет, единственному брату моему под небом Салпы». Это ружье работы Хармахи. Без сомнения.
— Хорошо, оставляю тебя в распоряжении мужа моего — урая Хилана, — произнесла Тупи и ушла. Побледневший Мелит, негодующая Этри и раздраженный Арш тоже покинули зал.
— Идите за мной, — приказал Тарп спутникам и добавил чуть тише: — Да, я тот самый ловчий, который был в смотрительной дважды. Ты не соврал, парень. Хотя и был готов на ложь ради девчонки. Она не позволила тебе солгать. Благодари ее. Я осматривал тело. Смотритель был убит женской рукой. Твой удар был бы чуть выше.
— Я хочу есть, — прошептала на ухо Каю Каттими и добавила через секунду уже не с досадой, а с тоской: — Все-таки лучше бы мы уплыли.
Наверное, когда-то помещение, в котором ловчие оставили Кая и Каттими, служило оружейной. Об этом говорили деревянные козлы по стенам, куда можно было бы поставить секиры или ружья, стены без окон, тяжелая железная дверь, крепкие, но простые скамьи и пропитавшийся маслом дубовый стол. Вместе с Каем и Каттими в оружейную вошел Тарп. Он сел напротив и ждал, пока его невольные гости не опустошат по блюду тушеных овощей с мясом и не запьют угощение легким акским вином. Едва кубки были отставлены, в оружейную шмыгнул служка, мгновенно прибрал все и исчез, чтобы через несколько секунд вернуться и притащить два тяжелых стула.
— Мелит и Этри? — поинтересовался Кай.
— Ты хотел бы подобрать других собеседников? — спросил в ответ Тарп. — У Арша обнаружились срочные дела.
— Хотел бы узнать кое-что, — прищурился Кай. — Конечно, если это не нарушит хиланских тайн. Сегодня утром мимо северной башни проскакал дозор. Там было трое воинов в черных плащах и несколько человек в серых. Эпп сказал, что это твои люди.
— И что ты хочешь узнать? — нахмурился Тарп.
— Кто это был… — пожал плечами Кай.
— Тебе перечислить по именам? — поинтересовался Тарп. — Имена моих людей тебе ничего не дадут. В черном были люди Данкуя.
— Хап и Хаппар, — проговорил Кай. — А третий?
— Кто угодно, — отрезал Тарп. — Может быть, и сам Данкуй. Во всяком случае, его людей в городе не осталось. Разослал всех загодя. Пропал и сам. Хотя еще утром, приказывая осмотреть хиланскую стену снаружи, никому не сказал, что примет участие в походе.
— Утром Данкуй был в замке? — спросил Кай.
— Был, — сдвинул брови Тарп.