You Give Me Hell
Шрифт:
А Эмма просто стояла над ним с сердитым взглядом.
— Ой, не делай вид, что не ожидал этого, — сказала она ему без малейшего сочувствия.
***
Эмма протянула ему пакет со льдом, который вытащила из общего холодильника. Он взял его, сев на стул, и положил пакет между ног.
— Это должно служить прекрасным напоминанием о твоей неприязни к комплиментам, — буркнул он.
— Даже не пытайся, — сказала Эмма, закатывая глаза и пододвинув к нему ещё один стул, села,
— Я разрисовала твоё лицо. Ты ответил на это серией различных краж, заставил меня свалиться с причала, сломал сушильную машину, украл мою одежду, разбросав её по всему городу — тебе повезло, что я не кастрировала тебя.
Он вздохнул с облегчением, так как пакет со льдом начал действовать.
— Хорошо, я признаю, что с одеждой, возможно, был перебор, но было уже поздно, никто ведь…
— Видимо, Реджина любит поздние ночные прогулки, — прервала его Эмма.
Он тут же уставился на неё.
— Она была достаточно любезна, чтобы вернуть мои колготки. Ещё звонила Снежка, а я думала, что это был ты, и пригрозила задушить её теми колготками.
Крюк молчал несколько секунд, а потом начал смеяться.
— Заткнись, это не смешно!
— Я так не думаю, лапочка, — выдавил он сквозь заливистый смех.
Она смотрела, как он смеется, пытаясь приложить все усилия, чтобы не засмеяться, но по какой-то причине она не смогла подавить желание немного улыбнуться, даже усмехнулась пару раз.
Крюк вздохнул, вытирая слезы, и протянул ей руку.
— Мир? — спросил он.
Она взглянула на его руку, а затем опять на него, ухмыляясь.
— Я не думаю, что мы способны на перемирие, — ответила она.
— Ой, да брось, Сми не вернется ещё какое-то время. Мы что, не сможем заключить перемирие даже в течение нескольких часов? — спросил он с искренней улыбкой.
Она сделала вид, что обдумывает это, внутренне улыбаясь тому, что с ним будет, когда позже вернется на свой корабль.
Эмма протянула руку и нерешительно пожала его ладонь.
— Ладно, мир.
Она заметила, что его взгляд опустился на её декольте, и он слегка удивился.
— Ты надела ожерелье, — сказал он, выглядя довольным.
Эмма посмотрела на серебряную плетеную цепочку и нахмурилась.
Да, она действительно надела его, толком не знала почему, но надела.
— Да, ну… — запнулась Эмма, — Оно подходит к платью, — выговорила она наконец.
Крюк посмотрел на неё с понимающей улыбкой. Именно тогда она поняла, что по-прежнему держит его за руку. Она попыталась её убрать, но он крепко держал её в своей.
— Я думаю, пришло время отдавать долги, лапочка, — нежно произнес он, когда песня сменилась на
Его глаза почти сияли, и он встал, осторожно утягивая её за собой.
— Я ничего тебе не должна, — настаивала Эмма, почти не сопротивляясь, пока он вел её к середине комнаты.
— Ты обещала, что станцуешь со мной, — напомнил он.
— Когда, черт возьми, я такое говорила? — спросила она.
И тогда она наконец вспомнила.
— Мы… танцуем, Свон?
— Может быть в другой раз, Киллиан.
— Ловлю тебя на слове.
— Ещё бы.
Ловлю на слове
— Серьезно, Крюк, — сказала она, качая головой, — это не было обещанием.
— Твоё слово — это и есть обещание, Свон, — сказал он, повернувшись так неожиданно, что она врезалась в его грудь.
Вторую «руку» он обернул вокруг её талии, и начинал медленно раскачивать их в ритме песни.
Сначала Эмма пыталась установить некоторую дистанцию между их телами, а он просто хихикал и только крепче прижимал её к своей груди.
— Это просто танец, — усмехнулся Крюк.
Она ещё раз нерешительно попыталась отодвинуться, чтобы выбраться из его объятий и вздохнула, когда он не отпустил её.
— Если ты ещё раз распустишь свою руку, это будет последнее, что она когда-либо хватала, — предупредила она с улыбкой.
— Понял, — улыбнулся он в ответ, мастерски её покружив и медленно возвратив обратно.
— Неплохо, Киллиан. Вас учат танцевать в пиратской школе? — спросила Эмма… почти игриво — что с ней происходит?
— О, смотрите — она шутит, это прогресс! Уроки были сразу после Грабежа 101, — ответил он.
— Окей, ты даже знаешь этот термин?
— Слышал в говорящей коробке под названием “TV”, когда был в больнице, — пожал он плечами, пока они продолжали покачиваться в такт музыке.
В целом, всё это было в каком-то роде… приятно.
— Значит, Грабеж 101, да? — улыбнулась она, смотря ему в глаза. — Скажи мне, Капитан Крюк, какое величайшее сокровище ты когда-либо украл?
— Эти мгновения с тобой.
Она хотела бы сказать, что не ожидала плана, но это было не так. Однако его слова застали её врасплох, потому что он на самом деле звучал искренне.
— Боже, у тебя для всего есть план, да? — вздохнула она, отнесшись к этому несерьезно.
Однако оказалось, что Крюк не собирался позволить ей уйти с этим.
— Это не план, дорогая. Иногда любовь просто заставляет нас говорить безумные вещи.
— Ты не любишь меня, — слова вылетели почти рефлекторно.
Он одарил её странным взглядом, почти саркастичным, но с ноткой боли в нем, и довольно неожиданно её наклонил.