Язык тролля
Шрифт:
– Куда ж я денусь, - вздохнула Алла.
Вообще-то изначально она рассматривала банкет исключительно как источник бесплатной еды, но теперь… Такого с ней еще никогда не было. Было в этом господине Хансене нечто невероятно притягательное… и одновременно пугающее. Как будто она каталась на американских горках – и здорово, и страшно.
– Боброва, ты рехнулась? – спросила Алла свое отражение в зеркале гостиничного шкафа и тут же ответила: – А что я, собственно, теряю? Вот только надеть мне нечего. Буду как пугало.
Она как могла
Весь вечер Улаф ухаживал за ней, и хотя для норвежцев тема личной жизни табу, он рассказал ей о том, что не женат и никогда не был. И что в настоящий момент в отпуске, поэтому собирается немного попутешествовать.
– Я взял машину на прокат и утром еду в Одду, - сказал он, словно ненароком касаясь ее руки.
– А оттуда – к горе Скьеггедаль. Слышали про Язык тролля?
– Конечно, - уныло кивнула Алла. Как бы ей хотелось побывать на этом знаменитом каменном выступе, нависшим над горным озером на высоте 350 метров.
– А может, поедете со мной? Вы должны это увидеть. Поменяете билет на самолет.
Ага, поменяете. На какие шиши? И есть-пить на что-то надо, не садиться же на шею случайному знакомому.
Пробормотав что-то насчет неотложной работы, Алла записала телефон Улафа («на всякий случай»), скомканно распрощалась и ушла к себе в номер. Тронд дразнился из темного пыльного угла – обиталища уважающего себя тролля. Хотелось плакать.
Пискнул телефон – пришла смска. Банк сообщал, что на карточку упали деньги, и немаленькие. Алла растерянно моргала, пытаясь сообразить, кто же мог ее так осчастливить. Может, какой-то не выплаченный и забытый гонорар за журнальные статьи?
Минут пять она смотрела на Тронда и думала, потом написала своему начальнику, что задержится на несколько дней, вышла в коридор и постучала в номер Улафа.
Ей показалось, что она спала не больше часа – Улаф разбудил ее в половине пятого. Вспомнив, что произошло вечером, Алла смущенно зарылась носом в подушку. «Я как школьница, потерявшая невинность», - пронеслось в голове.
– Вставай, - Улаф потащил с нее одеяло. – Я перебронировал твой билет, полетишь послезавтра из Осло. Вещи бери с собой. Поторопись, надо побыстрее разобраться с чек-аутом и ехать, позавтракаем где-нибудь по дороге.
Было светло и тихо, мягко стелился туман. Синий «сааб» стремительно наматывал на колеса километры. В начале девятого они проехали городок Одда, и Улаф припарковался у подножья поросшей лесом горы.
– Готова? – спросил Улаф. – Дорога займет часов пять, но оно того стоит. Первый этап – самый сложный. Надо подняться метров на 400. Можно по тропе, но лучше по лестнице фуникулера. Раньше он возил туристов, но потом у хозяев кончилась лицензия.
Уже минут через десять Алле показалось, что она упадет и сдохнет прямо здесь. Лестница представляла собой деревянные поперечины, набитые на идущие параллельно ржавым рельсам доски. Но каждый раз, когда она думала, что больше идти не может, Улаф оборачивался, и его взгляд странным образом придавал ей силы.
Наконец показался серый каменный домик с черепичной крышей – станция управления фуникулером. Дальше они шли по плато. Алла удивлялась разбросанным по нему домикам – кому взбрело в голову жить в таком диком месте. А заодно – обилию цветов, мхов и прочей безумной растительности. Но скоро равнина кончилась, началась горная тропа. Их обгоняли такие же ненормальные туристы. Несколько раз они останавливались отдохнуть и перекусить. Наконец, когда Алла совсем потеряла счет времени, внизу показалось озеро, над которым нависал Язык. Последний рывок – и они у цели.
Как ни странно, у Языка никого не было – видимо, обогнавшие их уже спустились вниз другой дорогой.
– Не бойся! – Улаф подошел к краю скального выступа и повернулся к Алле. – Иди сюда.
Она с опаской шагнула на Язык – казалось, что под их весом он обвалится и рухнет вниз. Замутило, закружилась голова. Она зажмурилась и отшатнулась. Улаф подошел, взял ее за руку и подвел к краю.
– А теперь открой глаза и смотри.
От его руки разливалось странное, покалывающее тепло. Алла открыла глаза и посмотрела вниз. И вдруг ее охватил невероятный восторг. Горы, небо, озеро внизу – она словно летела над ним. Что-то происходило в ней, что-то стремительно менялось, она знала, что уже никогда не будет прежней. Даже если она вернется домой, снова будет преподавать. Все равно – это будет совсем другая Алла…
Она вздрогнула. Рядом никого не было. Она была в горах – одна на много километров.
– Улаф! – крикнула она, но ответило только эхо.
Он не мог сорваться вниз, не мог уйти. Его… словно вообще никогда и не было? Но как она очутилась здесь? Потом Алла пыталась вспомнить, как спускалась вниз, к станции фуникулера, но не смогла. Часы показывали восемь вечера, солнце и не думало садиться – белые ночи.
– Вы фру Боброва? – спросил мужчина в оранжевом жилете. – Это вам, - протянув ей ключи от машины и белый конверт, он кивнул на синюю вагонетку. – Садитесь, я отвезу вас вниз.
Тронд, высунув язык, сидел в водительском кресле «сааба». Алла пересадила его на пассажирское место и села за руль. И как ей только в голову пришло взять с собой права? Она распечатала конверт.
«Теперь у тебя всегда все будет хорошо. Я попросил Тронда за тобой присмотреть. Не грусти, я всегда с тобой».
Закусив губу, Алла включила зажигание.
– Ну что ж, Тронд, поехали. Покажешь мне Норвегию…