Ястреб

Браст Стивен

"Лойош, если от тебя нет никакой иной пользы…"

Я замолчал. И хихикнул.

"Босс? Босс, что тут смешного? Что-то ты мне не нравишься."

Три часа спустя он повторял, что тут нет ничего смешного.

"Вперед", — велел я и открыл дверь. Лойош и Ротса влетели в "Черную розу". Я досчитал до десяти, потом вошел, держась поближе к стене. Внутри шипели и искрили заклинания, мельтешили люди — драгаэряне, — штук этак двадцать, если не тридцать. Волшебницам было очень трудно попасть в джарегов и не зацепить никого из клиентов. Когда я

подошел к кабинету, дверь открылась; я прижался к стене. Из кабинета вышла женщина; когда она миновала меня, я скользнул ей за спину, и вот я внутри.

Шкаф и три полки, точно как описано. И, предположительно, настроенная волшебницами сигнализация на этих полках. У меня был легкий путь обезвредить все эти заклинания — достать Леди Телдру, удар, и она позаботится обо всем остальном. Самым непосредственным образом, ведь ее рукоять обматывает та самая золотая цепочка, которая когда-то была Чароломом, понятно, да? Трудность в том, что как только клинок выйдет из ножен хотя бы на полдюйма, все вокруг, включая волшебниц за дверью, это сразу же почувствуют, и естественно им станет не до охоты на ехидных крылатых рептилий.

Так что я прижался к этому шкафу всем телом, дружески обнимая его. Если вдруг кто забыл, на мне ведь амулет из Камня Феникса.

Потом я осторожно убрал книги с нижней полки, переставив их на соседние — в задней стенке как раз имелось подходящее утолщение. Нашел тайник, откинул крышечку, заглянул. Надеясь, что все неприятности я отключил, сунул руку внутрь и нащупал колечко. Что ж, пальцев на руке осталось столько же, сколько и было — четыре; кольцо же спокойно лежало на ладони. Я закрыл тайничок и поставил книги на место.

А потом выскользнул из кабинета, снова пробираясь по стеночке.

"Все, Лойош, убирайтесь."

"Босс, мы с тобой больше не разговариваем."

"Ну как скажешь. Ты же сам знаешь, что тебе это нравится."

Я выбрался на улицу. Прошагал четверть мили, и Лойош с Ротсой приземлились мне на плечи. Лойош укусил меня за ухо — чувствительно, но и только. Я похлопал по кошельку.

"То есть кольцо у тебя," — заметил Лойош.

"Ага."

"И это все ради него?"

"Нет," — ответил я.

Лойош ничего не сказал. И не надо.

Джареги снова взлетели и закружились надо мной; я вернулся в контору Крейгара, осмотрел кольцо. Интересно, оно настоящее? На вид — простенькое платиновое колечко, и только. Ни пометок, ничего.

Я пожал плечами. Прояснится и это.

Потом спрятал кольцо обратно в кошелек. Если повезет, амулет, который мешает разыскать меня, прикроет и любые попытки разыскать это кольцо. А нет, так я все равно покойник.

Придвинул кресло, сел, вытянул ноги.

"Видишь ли, Лойош, есть кое-что, чего ты не понимаешь. Все…"

"О, это уже интересно."

"Заткнись. Все боссы Организации — все и каждый, и так было с самого начала существования Дома Джарега — по-настояшему обожают одно: строить свою систему, строить Организацию как таковую. Так они обретают власть

и положение, обретают безопасность, обретают богатство."

"И чего я тут не понимаю, босс?"

"Обретать — не значит иметь."

"О."

"Штука в чем: понимает ли это Демон? Вот что важно."

"Ты это имел в виду насчет заставлять джарега смотреть на мир, как ястреб?"

"А ты, оказывается, запомнил, — отозвался я. — Ага, мне нужно, чтобы Демон сосредоточился на подробностях и упустил весь расклад."

Достал девятый том имперского коммерческого законодательства и попытался перечитать нужный кусок, но буквы расплывались.

"Что такое, босс?"

"Крейгар."

"Да, понимаю."

"Это было близко. Я по лицу Алиеры видел, насколько близко."

"Тебе надо поесть, босс."

"Только что ел."

"Это было несколько часов назад и до веселья."

"Я не голоден, Лойош."

"Ладно."

Я боялся признаться сам себе, как же я перепугался, когда увидел, что Крейгар лежит в луже собственной крови; или когда увидел, как Алиера на него смотрит. Нет смысла снова и снова пережевывать эти воспоминания. Снова поднял массивный юридический фолиант, снова попытался сосредоточиться, снова отложил.

Слишком много крутится у меня в голове, решил я. Слишком многое и одновременно. Не только в Крейгаре дело, хотя та картина долго еще будет стоять у меня перед глазами; но на мне сейчас одновременно зависло два крупных проекта. Убить Териона — и заставить джарегов отвязаться от меня. В прошлом, когда я брался за подобные проекты — в смысле, крупные, наподобие убийства, — я отрабатывал их только по очереди. Теперь я, похоже, понял, почему именно так.

"Надо бы поесть, Лойош."

"Правильно, босс."

Вскоре Дерагар выложил на стол хлеб, сыр, вино и жареную речную селедку, на которые я с аппетитом набросился. Он присоединился к трапезе и выглядел польщенным, когда я одобрил его выбор сыра. О чем-то мы говорили за едой, но о чем именно — убейте, не припомню.

Зато я его внимательно изучал. Широкие плечи, квадратная голова с едва намеченной благородной челкой, удивительно мощные запястья. Вид такой, словно может голыми руками сломать клиенту любую кость на выбор. Чем-то он напоминал мне парня по прозвищу Палка, мы когда-то были знакомы. Не внешне, но у Дерагара был такой же, прекрасно мне известный, обманчиво-полусонный вид. И еще он был похож на кого-то другого, но я не мог понять, кого именно.

Я спросил:

— Дерагар, а ты в свое время — несколько лет назад — не работал на меня? Боюсь, я тебя не помню.

— Не напрямую, — отозвался он. — Я был сборщиком у Гасто, пока — ну, вы знаете.

— Да, знаю. А как ты вообще докатился до нынешней работы? Ну, в смысле, помогать мне.

Он посмотрел на меня.

— А, ну да.

— Работа — присматривать за вами.

— Ну конечно.

— Для вашей же безопасности, я имею в виду.

— Ага. А что случилось с Гасто?