ЯССТ 6
Шрифт:
— Спасибо, Михаил, хорошо, что напомнили. Киана, принеси, пожалуйста, водку.
Я выпил грамм пятьдесят. Силы в руках и ногах прибавилось. Теперь мне и большая глубина была нипочем.
— Надо же, додумались на спирту. — Усмехнулся Михаил. — Наверняка алкаши придумали ваши модификации, которым уже встать было сложно, чтобы они их к дому тащили.
— Не исключено. — Согласился я, понимая, что все они произошли из незаконных организаций, в которых культивируются человеческие пороки.
— Я такое в фильмах
Он помог мне натянуть тугой костюм и подвесить кислородный баллон. Потренировал дыхание, чтобы я понимал, как надо дышать под водой. У меня все получалось с первого раза.
— Спускайся первым, я следом, буду за тобой присматривать. Держись за веревку, чтобы не потерять ориентацию. — Посоветовал он мне.
— Кто плавал в невесомости, тот имеет огромное представление об ориентации. — Похвалил я сам себя. — К тому же у меня теперь предохранительный браслет. — Я похвастался подарком людей из Системы.
— Как знаешь, но лучше держись.
Прежде, чем опуститься в воду я пожал руку Апанасию, и приобнял Киану.
— Будь осторожен. — Попросила она меня. — Не рискуй.
— Обещаю разобраться, остальное, как получится.
Я прыгнул в воду «солдатиком». Перевернулся и поплыл вниз головой. Услышал за собой шум погрузившегося в воду Михаила. По стенам колодца забегали тени. Мне на самом деле казалось, что я в невесомости. Никакого страха и паники. Только усиливающееся с каждым метром обжимающее давление на тело.
Время замерло. Я загребал руками, но будто не двигался с места. При этом становилось темнее. Фонарь на лбу отсвечивал только на стенах. Когда я направлял его вниз, свет словно растворялся в воде. Я ждал, что увижу границу воды и воздуха, но просчитался. В нем я очутился внезапно и сразу. Секунда свободного полета и я приземлился на ноги, больно ударившись ступнями о камни. Браслет, как и обещали, помогал только в случае смертельной опасности. Через пять секунд почти на голову мне свалился Михаил. Он упал менее удачно, ударился коленом. Снял с лица маску и, кряхтя, произнес:
— По лесенке спуститься не получилось.
Глава 4
Михаил подвигал ногой, морщась от боли.
— Ушиб? — С надеждой спросил я, понимая, какую неприятность может иметь повреждение коленной чашечки.
— Чепуха. Жить буду. — Михаил посмотрел вверх. — Надо дать знать им, что мы удачно добрались.
— Как?
— Дерни за веревочку, дитя мое, только один раз, как условились, иначе наш друг вытянет стремянку наружу. — Предупредил Михаил.
Стремянка стояла криво, а верёвка, которой она была привязана, валялась на земле с запасом. Я поставил лестницу к каменной стенке, чтобы она стояла надежно.
— Слезай. — Попросил Михаил.
— У меня есть лазер. Я нашел его в гараже Троя. Думаю, луч пробьет толщу воды. Апанасий знает, что он у меня есть, значит, будет уверен, что это мы его подаем, а не рыба какая-нибудь, задевшая веревку.
— Ну, давай свети. — Согласился Михаил.
Я расстегнул костюм и вынул фонарь, прижатый к телу. Нашел режим лазера и направил луч вверх. Зеленая точка заискрилась отражением от границы соприкосновения сред. Поводил ее по всему зеркалу с минуту, надеясь, что Апансий или Киана смотрят вниз. Переговорного устройства очень не хватало.
— Да-а-а, чудеса случаются. — Михаил осмотрел невозможную аномалию.
Я переключил фонарь на обычный свет и посветил им по стенкам. Место, в котором мы очутились, не было изолированным. В стене темнел проход чуть ниже моего роста. На самом деле не он меня сейчас удивлял, а то, как получилось, что воздух не поднимается вверх. Не могла земная физика такого сделать. Тут явно имелся какой-то механизм, обеспечивающий разделение воды и воздуха.
— Никакого искривления жерла, а воздух не выходит. — Обратил я внимание Михаила.
— Вижу. Чертовщина.
Вдруг сверху из воды вылетел камешек и упал нам под ноги. Наверное, Апанасий дал знать, что получил наш сигнал. Я снова посветил ему лазером, чтобы он понял, что его сигнал тоже дошел. Примитивный обмен информацией добавил спокойствия и подарил надежду, что пропавшие люди не погибли. У них была только одна возможность, идти в единственный тоннель, выводящий отсюда.
Я выключил налобный фонарь и перевел ручной в режим слабого света для экономии заряда.
— Я пойду первым. — Предупредил Михаила и направился в тоннель.
— Как скажешь. — Он не стал настаивать, зная, что в случае чего мои рефлексы и сила превосходят его.
В тоннеле было тихо, как в пещерах той жуткой планеты «Эль-два-шестнадцать», от воспоминаний о которой до сих пор становилось не по себе. Она была прекрасна, красива, разнообразна, но меня передергивало, как только живо представлялись ее ночные монстры. Но это была моя планета, и потому тишина пещер воспринималась, как что-то родное и правильное.
В свете фонаря я определил, что стены пещеры не просто обточены водой, когда-то создавшей этот проход, они обработаны механическим устройством, оставившим на них следы своей работы. Я провел рукой по концентрическим кругам. Либо мы столкнулись с чем-то неведомым, поселившимся на дне океана, либо люди настолько продвинулись в технологиях, что сумели построить подводную базу, используя технологии, не известные широкой публике.
— Гордей, если это шпионская база, то нас отсюда не выпустят живыми. — Произнес мне в спину Михаил.