Ярослав Мудрый
Шрифт:
Тот и не верил, но когда варяги все же приблизились и прокричали, что они приплыли служить полоцкому князю, решил отправить к нежданным и незваным гостям человека на переговоры. Этим человеком стал его верный Велеслав.
– Ты ни от чего не отказывайся, но и ничего не обещай. Они будут тянуть время до подхода своего князя – и мы потянем. Наша дружина берегом окружит так, чтобы можно было из луков перебить, если не всех, то многих.
Велеслав кивал и наставлял, в свою очередь, молодого князя:
– Если что, меня не жалеть, я свое отжил. Бейте всех подряд.
Но того, что произошло потом, не ожидал
– Киевский князь скуп! Но без оплаты ему пусть служат Рёнгвальд со своими глупцами! Нам нужна достойная оплата, и мы будем стоять на страже вашей земли или добывать вам новые.
Велеслав скрыл, что понимает язык норвежцев, потому как ему пришлось два года жить там после бури, разметавшей ладьи, когда любопытный отрок отправился побывать в дальних странах. Теперь знание чужих языков очень пригодилось. Он всячески тянул время на разные лады, но по-русски расспрашивая варягов о Киеве и князе Ярославе, а сам все слушал и слушал, что будут говорить нежданные помощники между собой.
Когда Велеслав все же вернулся в город, его убеждение было твердым: не лгут! Норвежцы действительно поссорились с Ярославом и теперь не знают, куда приткнуться. Домой возвращаться почему-то нельзя, вот и готовы служить кому угодно.
С одной стороны, и князю, и боярам не нравились свалившиеся как снег на голову среди лета помощники – кто знает, чего от них ожидать дальше? Вдруг, бросив Ярослава, они так же поступят в трудную минуту и с Полоцком? Это вполне могло быть. Но все же, рассудив, было решено оставить варягов на службе и даже на их условиях. Победил совет Велеслава использовать знания Эймунда о положении дел и слабостях киевского князя.
Так Эймунд, Рагнар и их дружина на долгие годы осталась в Полоцке.
Еще когда на судне был Велеслав, между варягами разгорелся спор, какую оплату просить от полоцкого князя. Рагнар настаивал на том, чтобы она была много выше, чем давал Ярослав. Эймунд призывал друга уменьшить требования, лучше получить не слишком много, но наверняка, чем не получить ничего.
– А если они откажутся, что мы станем делать? Снизим требования или отправимся еще куда-нибудь?
Велеслав, удачно подслушавший этот разговор, посоветовал Брячиславу самому назвать цену. Полоцк готов был бы заплатить и больше Ярослава, но к чему это делать, полочане предложили Эймунду и его дружине оплату чуть повыше киевской, чему те были очень рады.
Но уже через пару недель стало ясно, что сидеть спокойно варяги не смогут. Эймунд и Рагнар стали уговаривать Брячислава использовать их силы, чтобы вернуть Витебск и Усвят. Эти уговоры были бальзамом на старые раны полочан. Кроме того, хотелось примерно наказать Новгород за потерянные волоки, и вообще, хотелось расширить границы княжества!
Вече Полоцка решило: идем на Новгород!
– А если Ярослав примчится в это время в сам Полоцк? Ну, пока мы будем в Новгороде?
Угроза нешуточная, два дня варяги придумывали, как уломать молодого князя, а потом в голову Рагнара пришла прекрасная идея: есть ведь еще и Мстислав в далекой Тмутаракани! Что, если ему напомнить о необходимости для Ярослава делиться отцовскими землями?
Рагнар предоставил Эймунду самому рассказывать об отношениях Ярослава
В большой гриднице за столом сидели всего четыре человека: молодой полоцкий князь Брячислав, его всегдашний советчик Велеслав и двое норвежцев – Эймунд и Рагнар.
– Если брать под себя Витебск или даже Новгород с его землями, то надо на это время отвлечь Ярослава на Степь.
Брячислав помотал головой:
– Никогда не позову печенегов! Лучше и Витебска с Усвятом не надо!
– Да не печенегов!
Глаза Рагнара загорелись, ему очень хотелось объяснить бестолковым полочанам очень простую вещь, но, вспомнив, о чем договорились, он сдержался, уступая Эймунду.
– Мстислав присылал киевскому князю просьбу и ему дать часть отцовских земель.
– И что Ярослав ответил? – чуть прищурил глаза Велеслав.
– Предложил Муром!
– Но Муромские земли далеки и малы.
– Вот то-то и оно, скуп киевский князь, все норовит под себя подмять. Мало ему было богатого Новгорода, взял Киев, а теперь и на всю остальную Русь зарится. Дойдет очередь и до Полоцка!
Брячиславу хотелось воскликнуть, что никогда, но его осадил взгляд Велеслава, негоже болтать попусту.
– И к чему нам Мстислав?
– Он и отвлечет князя от нас и Новгорода. Надо отправить верного человека к Мстиславу в Тмутаракань, чтобы с ним сговорился. Мстислав со своей стороны, а мы в это время в Новгород!.. Должен делиться князь Ярослав, должен…
Не один день размышляли полочане, варяги уже стали жалеть, что с ними связались, но других все равно не было. В конце концов и полочане решились, и варягам поверили. В Тмутаракань тайно в обход Киева отправился гонец с нужным письмом.
В одном просчитались полочане: нужно было отправить двух гонцов, мало ли что может случиться с человеком в лесу? Случилось, завяз в болоте, вытащить-то его добрые люди вытащили, а вот все, в чем был, утопло, остался гол и бос. Понимая, что загубил важное порученное дело, он не стал возвращаться обратно. Тем более что после купания в болотной жиже долго болел, а когда очухался, было попросту поздно. В далеких уже полоцких землях произошли нежданные события.
Вот уж чего никак не ожидали новгородцы, так это появления под своими стенами полоцких ратей, да еще и с варягами во главе! Полоцкий князь пришел под стены вольного города в конце червеня. Лето стояло жаркое, сухое, травы в подбрюшье коню – коси не хочу! Все, кто только мог, и были на покосах. Даже Коснятин уехал в Ладогу, оставив Новгород без защиты. Беды вроде ждать неоткуда, с моря Ладога охраняет, если что, пришлют весточку. В Киеве свой князь сидит, остальные никогда беспокойства не доставляли.
И вдруг точно снег на голову в том же червене – полочане! Конечно, потом ходили слухи, что на Людином конце, где всегда селились кривичи, что-то знали, но промолчали. Только так на любого сказать можно, язык без костей, а кто за напраслину ответит?
Но новгородцам было не до разборок с предателями, полочане налетели хуже мора тяжкого – город пограбили, окрестности опустошили, в полон увели столько, сколько и дальние вражины не уводят! Новгород, никогда не знавший таких нападений, не знал и как их отражать. Много лет спокойной жизни, когда неприятностей вроде и быть не может, сыграли с новгородцами злую шутку.