Ярл
Шрифт:
– Кашей, портянками, сортиром, нагретым деревом, — перечислила химера. — Но это нормальные запахи. А вот гадость, которую они на землю вылили… феее! Словно мёд смешали со свежим мясным бульоном, и вылили на стог сена, которым куча тухлятины прикрыта!
А это запаховые “дорожки” – элементы масштабной приманки, подновляемой Рубежниками каждую весну. Сам участвовал в прошлом году в нанесении “разметки” — впечатлений хватило надолго. Остаётся только порадоваться, что алхимическая жидкость-маркер для человека с нормальным носом воняет не так противно, как описала волкоухая, иначе вообще свихнуться можно было бы.
Впрочем,
– - Эй!!! Вы там ещё долго пялиться на нас собираетесь?! – химера посмотрела наверх. Красавица с роскошным волчьими ушами действовала на солдат на дежурстве как магнит на железную стружку: голов, торчащих из-за парапета галереи в очередной раз прибавилось.
– За товарищем лейтенантом уже послали! – донеслось сверху.
Таня топнула ногой и в сердцах ещё раз сплюнула. Вода у неё кончилась, так что получилось не особо эффектно. Я покрутил в руках снятый с головы шлем-сферу: летнее солнце уже успело напечь голову, а в шедевре ренийских мастеров – амулетный микроклимат поддерживается…
– Сейчас лейт на стену поднимется, и ещё раз заново начнёт выяснять, кто мы такие и зачем припёрлись, и после этого пустит, – “утешил” мою напарницу добряк-Баюн. – Только ежли не решит, что это не его компетенция и не пойдёт за начзаставы…
“Пророчество” сержанта прервал сигнал горна. Стоило ему смолкнуть – и створки ворот пришли в движение. Ну наконец-то.
– …Неделю назад прибыл гонец из тылового штаба, – кабинет старшего офицера заставы был такой маленький, что мы вдвоём заняли всё свободное место, расположившись по разные стороны от рабочего стола. – Приказ: провести полную проверку всех единиц хранения спецсредств, выбраковать испортившиеся и подготовить остальные к транспортировке, ждать дальнейших распоряжений. И больше ничего – никаких подробностей. Так что спасибо за объяснения, неопределённость, честно говоря, напрягала невероятно.
– На за что, – я сдержанно улыбнулся коллеге. Неделя – это хорошо: как раз укладывается в сроки получения моей депеши тыловиками. Ромар меня неплохо знает, да и сам калач тёртый, среагировать на такие “замечательные” новости он должен был сразу и резко. Собственно, и среагировал.
– Зимней доставки зелий не было из-за тварей и того, что они учинили, – капитану, как мне кажется, банально хотелось поговорить с новым человеком. За месяцы, проведённые на заставе, знакомые рожи так надоедают – хоть волком вой. Так что пусть его, заодно новости узнаю… хоть какие-нибудь. – У меня половина новиков до сих пор слепые по ночам ходят, без глазной настройки. А тут ещё и мобилизация запаса спецсредств! Меня мои интенданты едва прямо на месте не заклевали!
– Эти пройдохи могут, – хмыкнул я. После симовских интендантов слово “пройдохи” было самым цензурным, что я мог сказать про представителей этой армейской профессии. – Но пусть успокоятся: всё точно не заберут. Фон дикой магии у вас достаточный, чтобы не допустить сверхсрочную
Если не идиоты – выслать должны: пока хоть что-то ещё не “скисло”, сдать под расписку любому согласившемуся принять интенданту – а дальше хоть трава не расти. Главное ведь, чтобы было что показать логистам Войска: обязательства деревни пусть только частично, но закрыты же! Одна проблема: своих светлых магов у отвальных нет, смогут донести груз в относительной целости, правильно заложив дугу через север, или нет – хрен знает. Но хоть что-то по-любому донесут. Кстати, скорее всего сюда и донесут – на Синистру. Как-никак крайняя западная застава, самая близкая к тем поселениям отвальных, что к западу от Горловины. И, как я уже сказал комзаставы, из-за близости Главного меридиана фон тут всё ещё высокий. Но уже недостаточно высокий, чтобы причинить Тане вред…
– Ох, надеюсь, – командующему укреппунктом вовсе не хотелось остаться на бобах. И вовсе не из-за нытья интендантов, разумеется: без спецпрепаратов хвалёная боевая мощь Рубежников упадёт на треть, если не вдвое. Просто потому, что возвращение в строй даже относительно легкораненых займёт не пару часов, а в лучшем случае пару недель. Про безвозвратные потери даже думать не хочется. – А ваши дальнейшие планы, если не секрет…
– До утра отдохнём, а там – в штаб, получать заслуженное взыскание за самовольное оставление поста, – вздохнул я.
Честно говоря, за неделю ускоренного марша через степь у меня поубавилось желания заглянуть в гости к полковнику Ромару. Белые, полгода назад затеявшие интенсивную возню вокруг руководства и тыловой инфраструктуры Войска, никуда не делись, и они наверняка уже в курсе, что со Шрамом происходит нечто. И что конкретно затеет Церковь в связи с вышеозначенным событием я, честно говоря, не особо мог спрогнозировать. Однако даже мне понятно: момент для давления на Войско удобен как никогда! Ведь вторая по счёту поставка зелий сорвана, и как это отразится на боеспособности Рубежников – я уже сказал. Влезать в разборки такого уровня… бррр! Но и не влезть – не могу.
Во-первых, благодарности за своевременную поддержку свойственно забываться, если эту благодарность ничем не подкреплять, а во-вторых, защищать интересы своей деревни из деревни я не смогу точно. А вот находясь в центре событий – вполне. Опять же, как ученик Вирна, я вполне могу представлять ещё и позицию Лида. Эффективно представлять – как-никак я не за красивые глаза выслужил офицерскую лычку на плечо и прозвище “Волчья Погибель”. А ещё у меня прекрасная наследственность, если вы понимаете, о чём я. И инициативу уже проявил, отправив декану то письмо неделю назад. Получается, дать заднюю сейчас – едва ли не худшее, что я могу сделать. И опять же: те апокалиптические картины, что я себе напредставлял сгоряча – они ведь менее реальными не стали. Нет, отступать от выбранного курса действий никак нельзя.