Ярче звёзд
Шрифт:
Он тяжело дышал и не отводил взгляд. Затем приступил к мытью, причём меня. Спокойно и бесстрастно, словно и не он только что кончил, словно это нормально — вот так вот чужой рукой доставлять себе удовольствие.
Дракон намылил мне шею, затем, подцепив пальцем пену, насадил её мне на нос.
— Ну и чего ты такая обиженная? Это твоя плата за то, что я ночь не спал, представляя, как делаю тебя своей, как проникаю в тебя, как наполняю собой. Я не железный, Маруся.
— Каменный, — зачем-то ляпнула, устыдившись своей реакции. Он вообще-то парень молодой. Конечно, нервы у него не железные, но ведь не взял же меня
Я взглянула на уменьшившуюся мужскую плоть, обрамлённую чёрными кудряшками волос. Усмехнулась, поднимая глаза. Ответная улыбка заставила меня поперхнуться. Слишком откровенно и многообещающе.
— Ты на учёбу собираешься?
— Да, конечно, — вспомнила я о времени и стала мыть волосы. Яндор поливал меня тёплой водой, помогая мыться.
— Я футболку дам тебе чистую. Успеешь еще переодеться. Про конспекты Фентих не беспокойся, достану. Я, правда, к ней не хожу, но Хемер точно посещает её занятия.
Я замерла, стёрла рукой с лица воду, нахмурилась.
— Я ты откуда знаешь про Фентих?
— Ты мне сказала, — задорно улыбаясь, ответил Яндор. Я же впала в тихую панику.
— А что я ещё тебе сказала?
— Не скажу, — усмехнулся Ян и поцеловал, подкидывая на руках, от чего я оказалась сидящей на его талии и спиной прижата к стенке кабинки. — Но ты мне таких глупостей наговорила, что если бы я тебя уже тогда не любил, то влюбился вновь. Ты моя маленькая пьянчужка. Теперь я знаю, что нужно, чтобы ты мне все свои секреты выдала.
— Эй, эй, — попыталась остановить я парня, ведь мы всё ещё были обнажены, и я чувствовала, как мы интимно соприкасаемся. — Хватит с меня алкоголя. Найду Ленку, всю душу из неё вытрясу. Зачем она это сделала? Ума не приложу.
— Чтобы весело было, — сделал очевидное предположение манаукец, вынес меня из душевой кабинки и поставил перед зеркалом.
— Не верится, что теперь моя, — шепнул он, рассматривая меня в отражении.
Смотрелись мы премиленько: он черноволосый, высокий, красноглазый, возвышался на голову надо мной, а я бледная, с синими кругами под глазами, с мокрыми волосами, прям мертвец, не иначе.
— Смотри не пожалей, — шепнула ему и взялась за полотенце. Стоять обнажённой я пока стеснялась. Да и Яну кинула второе, нечего щеголять, демонстрируя свои причиндалы.
Я обернулась к нему, когда он обматывал бёдра полотенцем, стоя ко мне спиной. В ярком свете потолочной лампы шрамы на очень белой, но не прозрачной коже стали особенно чётко видны. Я, как в трансе, подошла, прикоснулась сначала пальцами, пробежалась по ним, жалея Яндора за то, что ему пришлось пережить. Затем прижалась губами, прикрыв глаза. Я хотела забрать эту боль воспоминаний.
Провела языком по линии одного рубца, увлеклась, перешла на другой. Яндор шумно дышал, от него исходил жар. Я обняла его за талию руками, не веря, что владею всем этим совершенством, этими безупречными линиями поджарого тела. Бугорки натянутых мышц на спине по диагонали спускались книзу. Вдоль всего позвоночника тянулись с двух сторон точечные шрамы, которые явно остались от медицинских аппаратов. Я, слегка прикасаясь губами, принялась пересчитывать его позвонки.
— Маруся, — хрипло позвал меня Ян, а мне нравилась эта игра, которую я затеяла. Я так давно представляла его себе обнажённым, что стоило ему только прикрыть постыдные места, как моя скромность замолчала, присоединяясь к любопытству
— Ты что творишь, маленькая? Я же возьму тебя прямо сейчас. Понимаешь?
Кивнула, затем осознала и замотала головой.
— Нам на учёбу надо, — тихо-тихо шепнула.
— Да, надо. Так что будь хорошей девочкой, не заводи меня. Ты же даже не представляешь, как действуешь на меня. Ты и понятия не имеешь о силе моей страсти. И этой страсти нужен лишь твой мимолётный взгляд, касание или слово, чтобы голову сорвало.
Ласково и угрожающе, и как он сумел вместить в своём голосе такие разные эмоции. Я рассматривала напряжённое лицо Яндора и чувствовала, что готова сказать ему да. Сказать, что хочу, чтобы он сделал меня своей, но он опередил:
— Беги от меня, Маруся, и до обеда не показывайся, увижу — зацелую, а может, и затащу в тёмный уголок, поняла?
Я кивнула, воображение очень досконально обрисовало и тёмный уголок, и нас с Яном в нём, почему-то обнажёнными.
— Беги, — шепнул Ян, скатываясь на бок, а я обернулась к нему и, обнаглев, оседлала.
— Не приказывай мне, — пригрозила ему, склоняясь за поцелуем.
Почему я должна бежать от него? Не на ту напал.
Яндор ответил на поцелуй, его руки щекотно пробежались по моему позвоночнику, дразнясь, а я, рассмеявшись, чмокнула Дракона на прощание и, особо не спеша, стала одеваться, прихватив одолженную чистую футболку. Затем, помахав уже практически облачившемуся в форму академии парню, вышла в коридор. Уже идя в свою комнату, с облегчением выдохнула, улыбаясь своим мыслям. Я влюбилась, а это не так и страшно, как казалось.
Глава 11
Яндор
Усмехнувшись своему отражению, Шалорт подмигнул ему, мысленно поздравляя. Это была победа, влекущая за собой ответственность, и теперь нужно было просчитать ходы всех соперников, и для начала устранить ректора, затем Бореско. Не сразу, последовательно, так, чтобы никто ничего не понял. Маруся слишком ценный приз, чтобы кто-то увёл его.
День начался с приготовлений к мести и отчёта отцу. Также Яндор нашёл Хемера, чтобы взять у него конспекты для Маруси. Они договорились пересечься после занятий в столовой, куда нагрянули и девчонки. Смотреть на весёлых подруг было одно удовольствие. Они пришли раньше манаукцев и совершенно не заметили их присутствия. Слишком уж увлекательная была тема для разговора.
— Лен, а какой противозачаточный чип лучше? — тихо шепнула Маруся.
Яндор заметил, как покраснели кончики ушей блондинки, и как поперхнулась Локоткова чаем, чуть не выплюнув его обратно в чашку.
— Вы что, уже перешли на такой уровень? — шепнул Хемер, толкнув Яндора локтем в бок.
Другие манаукцы заинтересованно смотрели на Шалорта, увлечённо подслушивая шёпот подружек.
— Нет ещё, — как можно более спокойно отозвался Дракон, а у самого внутри всё стало разгораться. Значит, Маруся не собиралась отступать.