Январежки

Фомальгаут Мария

– С шубами тем более.

Опускаю мост, смотрю, как в бездну летит автомобиль, распахивается, выплевывает из себя ворох разношерстных мехов.

Открываю врата.

Жду.

Немолодой мужчина гонит к вратам стайку ребятишек, гадаю, первоклашки или совсем маленькие, на ходу теряет шапку, даже не оборачивается.

Вглядываюсь в туман на горизонте, башня за башней рушится в бездну, из окон пылающего дома тянутся чьи-то руки, женщина в плюшевом халате протягивает мне

из окна ребенка, даже не успеваю показать, что никак не могу его взять, я слишком далеко – дом ухает в бездну.

Сжимается сердце.

А это еще что такое… смотрю, не понимаю, не верю своим глазам, ошибка какая-то, нет, никакой ошибки, люди волокут огромную люстру, которая когда-то украшала трехэтажный особняк…

Опускаю мост.

Молча.

Жду. От города осталось мало, слишком мало, поток людей редеет все больше. К вратам спешит семейная пара, всклокоченная женщина, мужчина в нелепом шарфе, тащат здоровенный чайный сервиз, бережно рассованный по коробкам, умоляют, пропустите, пропустите…

Морщусь.

Открываю врата.

Муж и жена бросаются ко мне, спасибо, спасибо, бережно расставляют чайники и чашки…

…падает последняя башня.

По мосту спешат три человека, волокут…

…мне кажется, я сошел с ума…

…нет, никакой ошибки, волокут здоровенный витраж, выломанный черт знает откуда.

Опускаю мост.

Смотрю на темную бездну, где была столица, ветер гонит по пустоте обрывки газет, листья, чей-то зонтик…

Мой корабль расправляет крылья.

Прислушиваюсь к обрывкам разговоров, ух, еле успели, он еще пускать не хотел… А вы Ханну не видели, а никто не видел, нет больше Ханны…

Прислушиваюсь.

Нет.

Никакой ошибки.

Чер-р-рт…

Чайник оживленно беседует с блюдцем, блюдце всхлипывает, Ханна, я так привыкла к её бою, никто не умел отбивать полночь так, как она…

Начинаю понимать.

Открываю врата, уже сам бегу по мосту, хватаю упавший со стены навесной фонарь, тяжелый, чер-р-рт, волоку по мосту, в ворота…

Корабль заявляет, что перегружен.

Киваю.

Закрываю врата вручную, потому что снаружи они закрываются только так.

Смотрю, как корабль машет крыльями, взмывает в небо, подернутое туманом.

Мост опускается.

Королева роз

– Я вам что сказала? Я вам что сказала сделать, а?

Вытягиваюсь в струнку. Королевскому садовнику не пристало не понимать. И переспрашивать тоже. Надо схватывать с полуслова, с полувздоха, с полувзгляда, чего изволит госпожа…

Но слишком уж… м-м-м…

– Я что, должна два раза повторять?

Королева гневается. Сжимаются

тонкие брови. Приподнимает подол платья.

– Выполняйте. Немедленно!

Понимаю, что должен переспросить. Иначе не сносить мне головы. Хотя мне в любом случае не сносить головы. Просто. Потому что…

– Прошу прощения, моя госпожа. Вы говорите, я должен…

– …выполоть в саду цветы!

– Э-э-э…

– Что тут непонятного?

– Со… со… сорняки вы имели в виду?

– Цветы!

– Розы?

– Ну, разумеется!

Не верю своим ушам. Розы, которые с такой трепетной любовью сажали король и королева в своем саду, они даже мне не доверили розовые кусты, это были только их розы, белые розы…

И вот теперь…

…если бы она приказала перекрасить белые розы в красный цвет, я бы и то удивился меньше. Кажется, так было в какой-то книжке. Или будет. Кажется, она еще не написана и даже не придумана, и автор еще не родился. А может, уже родился и придумал, не знаю…

– Выкорчевать! Немедленно выкорчевать! Все! Уничтожить! Сжечь!

Делать нечего, иду выполнять приказ. Вонзаю лопату в землю, божественное благоухание со всех сторон окружает меня.

…уничтожить….

…сжечь…

Нет.

Понимаю, что у меня не поднимется рука…

– …всё исполнено, Ваше Величество.

– Отлично… – королева приподнимает подол платья, бежит к окну, смотрит в опустевший сад, – отлично… трава… вот и сейте здесь траву… во веки веков! Под страхом смерти!

Чуть остывает, бросает мне золотой соверен.

Рассыпаюсь в благодарностях.

– Тут вишь, дело-то какое… – конюх лукаво прищуривается, – монарх-то наш задумал по хорошеньким барышням хаживать… цветочки им дарить… вот королеве и не по нраву пришлось….

Меня передергивает.

– Ну а цветы тут в чем виноваты?

Короткая усмешка:

– Да кто их там, женщин этих, разберет…

Вспоминаю побледневшего монарха, понимаю, что месть супруги удалась как нельзя лучше…

Черт…

– Скажите… друг мой…

Поднимаю глаза на монарха, понимаю, что на нем по-прежнему лица нет.

– Друг мой… вы… выкорчевали…

– …я выполнял приказ Её Величества, ваша светлость.

– …и сожгли…

Оглядываюсь, прислушиваюсь, не слышит ли она… она…

– …нет.

– Нет?

Он не верит, он сам видел обугленные остовы роз…

И все-таки я говорю:

– Нет.

– Она… она жива?

Не понимаю:

– К-кто она?

– Скажите… – король выдыхает, – куда… вы… дели… кусты?