Янтарный свет: ...Имеет..

Вишневский Сергей Викторович

Руди удивленно взглянул на Снека.

— Я думал, это заклинание станет привычным, и сила будет распределяться по-другому.

— Руди, это так не работает, — хмыкнул клирик. — Тут дело в другом.

— В чём?

— Пока я сам не разобрался, но…

Снек задумчиво почесал лоб.

— Я наблюдал за рукой света. И вот, что я заметил…

Бывший член Янтарного ордена поднял руку и создал небольшой шарик света на ладони.

— В учебниках пишут о последовательности создания определенных частей заклинания. Ларс мне объяснял

и показывал мысленное построение, поэтому я выбрал его. Когда я ему показывал то, что пишут в учебниках, он жутко ругался. И суть в том, что заклинание мастера, по его мнению, строятся по-другому и в ином порядке.

— Тогда зачем в книгах пишут так?

— Потому что начинающему очень трудно воспроизвести заклинание в мастерском порядке. Чисто физически.

Ларс погасил сияющий шарик и, сосредоточившись, замер. Через десять секунд концентрации на его руке появилась крошечная точка, сияющая так, что у воришки заслезились глаза.

— Разница в уровнях эффекта колоссальна, но и времени на такой подход нужно на порядок больше, — выдохнул клирик, впитав шарик обратно. — Думаю, тебе стоит поговорить с Ларсом. Он в этом деле разбирается достаточно хорошо.

Руди задумчиво взглянул на птицу, а затем на дверь, за которой Гош в очередной раз переписывал таблицу.

— Эй! Деда! — крикнул воришка. — Спорим, ты не разберешься, почему заклинание не работает!

Снек покачал головой.

— Он достаточно стар, чтобы не вестись на такие простецкие уловки…

Руди с коварной улыбкой взглянул на клирика, а спустя несколько секунд дверь открылась и из неё показался, Ларс.

— Я тебе не деда, Рудольф, — произнёс он и хмуро взглянул на птицу в руках воришки. — Второй клюв пытаешься ей вырастить?

— Нет, кость срастить, — пояснил Руди и повторил заклинание, изученное на занятии по целительству.

Дождавшись окончания, Ларс с жалостью взглянул на воришку и пояснил:

— С таким подходом и этим заклинанием у неё не крыло срастется, а действительно вырастет второй клюв… Или третье крыло.

— С чего бы это? — фыркнул Руди. — Я все делаю правильно!

— С того, что база на основе роста живого, — вздохнул Ларс и, подойдя к Руди, прислонил ухо к его макушке.

Постучав пальцем ему по лбу, он с досадой произнёс:

— Я так и думал. Тут пусто.

— Хватит ёрничать, — недовольно буркнул тот и отмахнулся от старичка. — Объясни нормально!

— Основа роста для сращивания мягких тканей. В первую очередь растут мышцы, кожа и подкожная клетчатка. Если применять ее при отсутствии ран в таком виде много раз, то в итоге начнётся рост. Что может расти у птицы?

— Перья?

Снек нагнулся и заглянул в ухо воришки.

— По-моему тут сквозное отверстие, — авторитетно заявил он. — В первую очередь будет расти кожа, потом мышцы и уже потом кости. А у тебя даже крыло не зафиксировано. Для заклинания перелом ничего не значит. Кость не соприкасается — значит, это две разные косточки.

Что надо делать? Расти. Еще раз пятьдесят повтори заклинание в переломе появится сустав или хрящ.

Руди хмуро взглянул на птицу.

— И как тогда срастить этим заклинанием перелом?

— Переверни пару фигур и иди в последовательности от обратного.

— Чего?

— Начни с конца его составлять, — выдохнул Ларс. — Боги, с какими тупицами приходится работать!

— Эй! Ларс! — раздался крик паладина. — Я закончил!

— Иду-иду, — кивнул старичок, с довольной миной возвращаясь к паладину.

Руди с победоносным выражением взглянул на Снека.

— Это была хорошо поставленная ложь, — хмыкнул клирик.

— Но-но! — погрозил пальцем воришка. — Не ложь, а блеф! Это принципиально разные вещи!

Глава 20

— Когда мне передали новости о моем курсе стихийных занятий, я был… в недоумении, — произнёс Ларс, глядя на Главную руку оплота.

— Я этого и ожидал, — кивнул Хорт. — Но ваши уроки не призваны обучать вас.

Старичок вскинул брови и открыл было рот, чтобы спросить, но его перебил собеседник.

— Это для меня. Я хотел бы понять суть вашего пути.

Ларс закрыл рот и задумчиво оглядел помещение.

— Здесь защита получше, чем в зале медитации.

— Благодаря вашим усилиям… Мы начали разработку новой рунной защиты.

— Главное цель, — кивнул Ларс. — Но горячая головешка у задницы тоже неплохо.

— И не поспоришь, — хмыкнул Хорт. — Давно у наших рук не было такого проекта.

— Нет худа без добра, — кивнул отрекшийся маг.

— Итак, — вздохнул ректор и спросил: — Почему же вы отреклись от стихий?

— Порог, — вздохнул Ларс. — Я подошёл к порогу и…

— Не смогли его преодолеть?

— Нет. Свой порог я преодолел и разочаровался.

Хорт удивленно взглянул на собеседника.

— Все дело в том, что стихия… Любая стихия ограничена. Огонь не сможет гореть в воде. Да, греть и испарять, но гореть по-настоящему не может. Воздух не может разогнать потоки в камне и прочее…

— У любой стихии свои недостатки и преимущества.

— Да, но… после порога, когда ты уже не просто взаимодействуешь со стихией, а… Можешь ей повелевать. После этого всё становится ещё сложнее и в тоже время слишком примитивно.

— И вы решили уйти от стихии?

— Нет. Не так, — покачал головой Ларс.

Он поднял руки ладонями вверх и собрал в них силу, образовав пару прозрачных шаров.

— Дело было немного по-другому. После того, как я разобрался с проклятьем в гробнице одного рода, оказалось, что… — тут Ларс улыбнулся от воспоминаний. — Оказалось, что сокровищница в гробнице пуста.

— Обокрали?

— Нет. Вся охранная система была в рабочей системе, — покачал головой отрекшийся. — Просто предыдущий глава умудрился проиграть состояние в карты.