Янки. Книга 2
Шрифт:
— У вас определенно талант, — сказал гном.
— Спасибо, сэр, — и катился бы ты к черту, добавил я про себя.
Слава богу, гном поставил мне «А» и отвалил без интимных предложений. Я перевел дух. Ну в любом случае теперь я знаю, где можно изготовить что-нибудь на продажу. А там посмотрим, нужно ли это будет мне. Завязываться еще на это я не собирался, и так дел своих хватало под завязку.
Я шел по коридору, насвистывая любимый «Янки Дудль». Следующий урок у нас был для меня лично довольно неприятен — основы некромантии. И идти для него предстояло
Спустившись в подвал, я нерешительно потоптался перед двустворчатой дверью, затем толкнул ее, и оказался в царстве мертвых.
— А, мистер Хоуп! Сегодня вы первый! — с притворной любезностью отозвался маг Смерти, мистер Баал.
Ну колоритной эту фигуру было назвать — ничего не сказать. Абосолютно лысый мужик неопределенных шестидесяти или семидесяти лет — точно сказать не представлялось возможным — огромный, с неприятно белыми мясистыми руками, водянистыми глазами и вечной словно приклеенной к бледной роже улыбкой. И постоянно одетый в когда-то белый халат, заляпанный пятнами всевозможных оттенков кроваво-коричневого. Типичный аналогопатаном из ужастиков.
Ну про него ходили разные слухи. Начиная с того, что он и есть сам Баал, верховное божество одного из культов — хотя нахрена богу кромсать трупы, из любви к мяску, что ли — до того, что он его потомок, измельчавший в процессе эволюции и превратившийся в этакого Франкенштейна. Хотя вполне возможно под столь ужасной внешностью скрывалась нежная и ранимая душа, такая вот загогулина. Кто их, маньяков, разберет! А то, что он один раз на спор под пивко съел кусок маринованного в формалине трупа, оторвав его как спинку воблы — это факт, наши предшественники при этом обблевали всю прозекторскую. Особенно, когда он причмокнул, облизнулся и запил пивком съеденное. Ибо нехрен спорить с магом смерти, себе дороже.
Втянув запах формалина и легкий душок, я чуть было не поделился завтраком с кафельным полом. А, нет. Если принюхаться, то дышать через раз было можно.
— Раньше освободился, сэр.
— Ну это хорошо. Не желаете, пока другие подойдут, посмотреть заспиртованную голову гуля? Только что привезли из Японии, — Баал взялся за двухгаллонную стеклянную емкость, стоящую на столе, в которых обычно старомодные хозяйки засаливают огурчики-помидорчики. Только в этот раз там что то-такое неаппетитное белелось в мутно-говнистого цвета жидкости.
Меня спасли от исполнения рыголетто запыхавшиеся одноклассники, прибежавшие с артефакторики — видимо вредный гном с них не слез, пока не сдали ему лабу.
— А, вот и остальные, — мистер Баал с сожалением отложил свою драгоценную банку, и накрыл ее тряпочкой. Ну не иначе делает настойку на гуле, «гулевку», с него станется. Напомните мне, чтобы ничего китайского иди японского я не пил, а то черт его знает, что там внутри. Папашина водка со змеей, злобно смотревшей поверх этикетки, у меня до сих пор стояла перед глазами.
— Ну проходите и садитесь, — тоном доброго доктора Айболита, только что расчленившего очередную зверушку на органы, сказал мистер Баал. — Сегодня мы с вами
— Да, сэр! Учились сохранять ее от разложения и придавать ей подобие жизни.
— На чучелах? — спросил Баал.
— Нет, на останках живой ткани.
— Упущение, явное упущение, — с укоризной сказал Баал. — Ну разве можно работать с частями, не придавая значения целой законченной системе? Тут важно именно магическое взаимодействие всех органов и частей. И именно так.
Какие там органы могут быть у трупа? С просроченным сроком годности-то? Особенно, если уже червячки завелись?
Мистер Баал открыл холодильник для трупов, стоящий у стены, и зашуршал какими-то обертками.
— Таак, где тут у нас объект? — пробурчал он себе под нос. — Это мой ланч, не то, а, вот он!
Он достал из ячейки маленький сверток и положил его на прозекторский стол.
— Вот, например, возьмем вот это вот создание, — мистер Баал аккуратно развернул сверток и поднял за хвост тушку дохлой крысы. — Мертвее мертвого, вчера мой некрокот поймал эту тварь.
При этом упоминании передернулся почти весь класс. Внешность подобной твари мы видели только в учебнике по некромагии, и что-то оптимизма и желания погладить кису он не внушал.
— А теперь попробуем ее оживить, — мистер Баал достал такую же двухгаллонную банку, только пустую, и аккуратно за хвост положил на дно крысу. — Открываем страницу тридцать четыре гримуара и смотрим на заклинание. И слушаем, как я его читаю, внимательно слушаем. Потому что от вибраций силы зависит то, что у вас получится в результате.
Низким голосом, нараспев, мистер Баал стал читать заклинание. От вибраций, действительно наполнявших обертонами его голос, аж задрожали стенки банки. Мы, обратившись в слух, косились на текст заклинания на арамейском.
Опа! Крыса вскочила на лапы и уставилась мутными трупными глазами на нас через стекло. Чем-то наши рожи ей не понравились, и зомби-крыса начала бросаться на стенки банки с такой силой, что банка рывками поехала на столе.
— Как видите, оживленный объект проявляет агрессию, — сказал мистер Баал, аккуратно придерживая банку так, чтобы не стать жертвой своего создания. — Почему? Хоуп?
— Мозг мертв, сэр. А останками управляет заклинание.
— Не совсем верно, но в общем так. Мертв не только мозг, но и органы. Сейчас она кукла, которую дергают за веревочки заклинание, связанное с астралом. А уж там, поверьте, до черта созданий, таких же безмозглых и агрессивных, как эта крыса. Вас же учили не выходить в астрал без соответствующей подготовки, чтобы пока вы там витаете по эфиру, в ваше тело не могла забраться подобная астральная тварь и сделать из вас одержимого. Точнее, забрать вашу телесную оболочку. Тем, кому этот материал более интересен, я могу посоветовать открыть мемуары лекаря Аламеды, впервые открывшего этот феномен. Так что сейчас в теле этой твари сидит другая астральная тварь, настолько же злобная и тупая.