Яна
Шрифт:
Яна готовила себя к мысли, что в один день, мамы может не стать, но каждый раз эти мысли были чудовищно большими и не укладывались в ее сознании, вызывая лишь нестерпимую боль и дикое отчаяние, не заглушаемое слезами. Она знала, что когда это случится, ей будет в сотни тысяч раз больнее. И все же внутри она говорила "когда это случится", а не "если". Тем не менее, она всячески отрицала эту возможность как таковую. Ведь признать это, значит похоронить мать заживо, пока ее сердце еще бьется. А она этого не могла. И ни один ребенок
Меркури опоздала на десять минут. Яна уже была готова и ждала у подъезда. Меркури была без Фреда, на ее шее висел футляр от фотоаппарата.
– Любишь фотографироваться?
– спросила она.
Яна не знала что ответить, и поэтому спросила:
– Зачем?
– Тебе нужно портфолио. И для этого я сняла на сегодня студию. Пойдем, у нас меньше часа. Знаешь что такое "ню" фотосессия?..
Яна отрицательно покачала головой, и Меркури улыбнувшись, подхватила ее под руки и повела по улице.
Фотостудия находилась в двадцати минутах ходьбы и располагалась в большом офисе стеклянного бизнес центра на последнем этаже. Это было уютное помещение, обставленное со вкусом в стиле "Loft" в приятных ненавязчивых тонах. Перед входом в студию был небольшой шкаф в котором хранилась различная атрибутика.
Студия была занята. Они ждали в небольшой комнатке-гримерной с большим зеркалом по центру стены, по периметру деревянной резной рамы зеркала было усеяно много маленьких лампочек светящихся приятным желтым светом.
Яну посадила на стул, и Меркури принялась за работу. Сначала она расчесала ей волосы, затем достала из какого-то ящика завиватель кудрей, который смешно зажевывал и накручивал волосы, прогревая их и недовольно издавая писк по завершении. Когда легкие локоны были готовы, Меркури принялась красить лицо Яны. Примерно через час Яна уже не узнавала себя в зеркале. На нее смотрела очень красивая, нежная и юная девушка, с очень ненавязчивым make up-ом, без тени вульгарности и агрессивности.
Нежная и хрупкая девушка. Утонченное создание. Какое у нее могло быть будущее? Чем сейчас увлекаются ее бывшие подружки? Мальчиковые бойзбенды, свидания под ручку, обжимания в подъездах и парках. Клятвы в вечной любви, длящейся пару недель от силы. Пижамные вечеринки, нон-стопы в кино, ночевки у подружек, забеги в ночные клубы, полуночные дискотеки, опен эйры, фестивали, сотни песен у костра под гитару и сотни рассветов встреченных на набережной... Первый поцелуй, неловкие взгляды с провожающим у подъезда...
Чем еще запоминается молодость? Чем запомнится ее юность? Что у нее есть?
Ничего, кроме себя самой, сестры и матери. Они для нее - целый мир.
Наконец подошло их время. Меркури за руку завела девушку в комнату, достала из гардероба шелковый пеньюар с кружевной накидкой. Яне слегка было тесно, но выбирать не приходилось.
Меркури сняла крышку объектива, и Яне сразу хотелось зажаться, закрыться, одеться. В комнате было тепло, но по телу бежали мурашки. Меркури пришлось долго ее уговаривать, прежде чем она смогла принять непринужденные позы. Смотреть в объектив она не могла. Она искала трещинки на потолке, мошек на окне, пыталась забыть смысл происходящего.
Меркури ее изводила, заставляла принимать различные позы, требовала
Это был первый ценный урок для нее.
Спустя час Яна оделась. Посмотрев на себя в зеркало, Яна погрустнела окончательно. На нее смотрела в зеркало другая девушка. Красивая, стройная, с длинными ногами, с вьющимися темным волосами, ниспадавшими до груди, и красивой узкой талией и округлыми бедрами. У нее могло быть все. Но у нее нет ничего. Яна знала, что уже завтра утром, эта юная барышня исчезнет и станет воспоминанием.
Выйдя на улицу, ее встретил Фредди. Меркури сказала, что ей нужно срочно обработать фотографии и убежала. Фредди протянул прямоугольную сумку-портфель. Он пояснил, что внутри ноутбук и ключи от комнаты в подвале. Эту комнату он называл штаб-квартирой.
Провожая ее, он объяснял, что нужно делать. Сразу пояснил, что написал пошаговую инструкцию как и что делать. Проводив ее до дома, он передал ей сотовый телефон раскладушку.
В записной книжке телефона было два номера. Ее и Фредди. Проводив ее в штаб-квартиру, Фредди сбегал за блинчиками и большой полулитровой кружкой латте и велев ей осваиваться, убежал на помощь Меркури.
Яна выпила кофе. Есть не хотелось, а кофеин напрочь перебил аппетит.
Открыв ноутбук и загрузив систему, она поймала wi fi и вышла в сеть. На сайте анонимайзера вбила нужный сайт. Сайт был сильно похож на бесчисленное количество других сайтов знакомств. Вот только с одним отличием. Тут была международная площадка, где молодые юноши и девушки продавали себя. Нужно было заполнить анкету, выложить фотографии, написать краткое описание и выставить профиль на аукцион. Чтобы открыть дополнительные фотографии профиля, потенциальному покупателю приходилось платить. Для участия в аукционе также требовался входной взнос.
Не зная что дальше делать, Яна задремала и уснула.
Сон был развеян громким писком ноутбука и мигающим окошечком в правом нижнем углу, это Меркури прислала фотографии.
Яна протянула ноутбук со стола на коленки, его экран голубовато-синим свечением искусственно леденил щеки Яны. Шершавые стены ее подземелья с паровыми запахами кухни просачивались в каждую ниточку ее одежды и оседали там.
Она смотрела на сделанные фотографии, и, пролистывая их поочередно, записывала номера самых удавшихся на ее вкус.
Тяжело сглотнув, неведомый комок так и застрял в ее горле.
"Кукла" - пронеслось в ее голове.
И на эту куклу сейчас нужно было повесить ярлык, цветной ценник. Выставить себя на продажу.
На какой-то миг ее глаза обожгло, но сморгнув еще не проступившую влагу на ресницах, она поджала губы и разозлилась на собственную беспомощность.
Она заполнила анкету, загрузила фотографии и сейчас рассматривала вариант получившейся странички в черновом варианте с возможностью редактирования. Осталось нажать только кнопочку "Опубликовать".