Яковлев А. Сумерки

Неизвестно

Выполняя задания по реализации лимитов, местные орга­ны создавали всевозможные «антисоветские центры» и «подпольные организации», причем не только в республи­ках, краях и областях, но и в районах, поселках и даже в де­ревнях. Например, бывший начальник НКВД в Донецкой области Чистов, получив очередную информацию о том, что в той или иной области вскрыт какой-то «центр», неважно какой, сам разрабатывал схему аналогичного центра, наме­чал его состав, руководителей, филиалы и давал задания производить аресты и получать от арестованных соответст­вующие признания. Таким путем были «вскрыты» украин­ский, польский, ровсовский (белогвардейский), немецкий, махновский, сионистский националистические

центры и не­сколько троцкистских. Большинство арестованных было расстреляно.

Для того чтобы выполнить лимиты по расстрелам, работ­ники НКВД в Вологодской области выехали в исправитель­ную колонию, сочинили там протоколы допросов 84 заклю­ченных с признаниями их антисоветской деятельности. Вы­давая себя за комиссию по отбору заключенных на работу в другие лагеря, каратели уговорили заключенных подписать эти протоколы. Все 84 заключенных были расстреляны. В Ле­нинграде в августе — ноябре 1937 года по одному делу арес­товали 53 человека, в том числе 51 глухонемого, обвинив их в подготовке террористических актов против Жданова, Мо­лотова и Сталина. По решению «тройки» все они были осуж­дены, причем 34 — к расстрелу. В декабре 1937 года охрана лагеря Беломорско-Балтийского комбината под видом устра­нения недочетов в конвоировании заключенных составила акты на тех из них, кто был официально расконвоирован. Их обвинили в побегах, сфальсифицировали соответствующие акты и расстреляли.

Преступное самодурство доходило до того, что некоторые начальники областного масштаба лично давали указания о расстрелах без суда и следствия. Так, начальник управления НКВД по Житомирской области Вяткин самолично распоря­дился расстрелять свыше четырех тысяч арестованных, сре­ди которых были беременные женщины и несовершеннолет­ние дети.В карательных органах существовала практика соревнова­ния по репрессиям. Вот что говорилось, например, в приказе наркома внутренних дел Киргизской ССР Лоцманова от

9 марта 1938 года «О результатах социалистического сорев­нования Третьего с Четвертым отделом за февраль месяц

1938 года».

«Четвертый отдел в полтора раза превысил по срав­нению с 3-м отделом число арестов за месяц и разоблачил шпионов, участников к.р. организаций на 13 человек боль­ше, чем 3-й отдел. На тройке рассмотрено дел по объек­там 3-го отдела (включая периферию) на 25 человек мень­ше, чем по объектам 4-го отдела, однако 3-й отдел передал 20 дел на Военколлегию и 11 дел на спецколлегию, чего не имеет 4-й отдел. Зато 4-й отдел превысил количество за­конченных его аппаратом дел (не считая периферию), рас­смотренных тройкой, почти на сто человек (95)... По ре­зультатам работы за февраль месяц впереди идет 4-й от­дел».

При поездке на Дальний Восток заместитель Ежова Фри- новский взял с собой несколько тысяч кратких справок на арестованных и поручил их рассматривать своим спутникам Листенгурту, Дулову и Ушакову. Рассмотрение справок про­исходило во время выпивок — с пением песен и под звуки патефона. Листенгурт, Аулов и Ушаков соревновались меж­ду собой, кто больше рассмотрит справок. Справки не чита­лись, просто ставилась буква «Р» — это значит расстрелять. Таким образом, по дороге были рассмотрены все справки и отправлены в Москву для приведения приговоров в испол­нение.

В НКВД Белорусской ССР арестованных затягивали в смирительные рубашки, обливали водой и выставляли на мо­роз, вливали в нос нашатырный спирт, издевательски на­званный «каплями искренности». В Экономическом отделе НКВД СССР арестованного заставляли брать на плечи чемо­дан и ходить с ним часами по комнате, произнося слова, что он «уезжает в Лондон со шпионскими материалами для анг­лийской разведки». В Особом отделе Белорусского военного округа

арестованным приказывали приседать сотни раз с Библией в вытянутых руках и лаять по-собачьи.

В эти годы были арестованы 1108 из 1966 делегатов XVII съезда партии, большинство расстреляли. Такая же участь постигла 98 из 139 членов и кандидатов в члены Цент­рального Комитета ВКП(б), избранного на съезде. Эта рас­права была организована лично Сталиным, поскольку имен­но на этом съезде вынашивалась идея замены Сталина Кировым (Костриков). Киров сообщил об этом Сталину, рас­сказав и о содержании той критики в адрес Сталина, которая ему, Кирову, известна из кулуарных разговоров на съезде. Сталин поблагодарил Кирова. Последнего вскоре убили, а вслед за этим уничтожили почти всех участников съезда. Остались в живых только самые близкие прихлебатели Ста­лина.

Под влиянием организованной травли и клеветы по­кончили жизнь самоубийством член Политбюро ЦК Серго Орджоникидзе, начальник Политического управления РККА Гамарник, председатель ЦИК Белорусской ССР Червяков, председатель СНК Украинской ССР Любченко и многие другие.

Советские спецслужбы широко применили заказные убийства по политическим мотивам. Они начались при Ле­нине, продолжались при Сталине, не прекратились при Хру­щеве и Брежневе. Назову лишь несколько имен из списка заказных убийств. В 1921 году в Китае застрелен атаман Оренбургского казачьего войска А. Дутов. В 1922 году в Бол­гарии убит царский генерал Л. Покровский. В 1926 году в Париже убит лидер украинских националистов В. Петлюра. В том же году тайно вывезены из Китая генералы Б. Анен- ков, Н. Денисов, расстреляны в Семипалатинске. В 1928 году в Брюсселе отравлен генерал П. Врангель. В 1930 году в Па­риже похищен генерал А. Кутепов, в пути в Новороссийск скончался. В 1937 году в Париже похищен генерал Е. Мил­лер и расстрелян. В 1939 году по заданию Берии и его замес­тителя Кобулова были тайно убиты Радек и Сокольников. Как видно из объяснений бывших работников НКВД Федо­това и Матусова, при разработке в НКВД операций по этим убийствам Кобулов, требуя безукоризненного их исполне­ния, подчеркивал, что они осуществляются с ведома Стали­на. В 1939 году на Кавказе сотрудники НКВД убили в желез­нодорожном вагоне посла СССР в Китае Бовкун-Луганца и его жену. Для сокрытия следов преступления была инсцени­рована автокатастрофа, затем организованы торжественные похороны. В 1940 году была похищена и расстреляна жена маршала Кулика Кулик-Симович, на которую потом, в целях маскировки, объявили всесоюзный розыск и в течение

10 лет разыскивали как «без вести пропавшую». В 1940 году подготавливалось тайное убийство бывшего наркома ино­странных дел СССР Литвинова. В 1940 году убит Л. Троц­кий. В 1959 году в Мюнхене убит С. Бандера. В 1946 году в

Москве расстрелян сотрудник шведской дипломатической миссии в Венгрии Рауль Валленберг. В 1979 году во дворце Тадж-Бек убит президент Афганистана Амин. В 2004 году убит чеченец Яндарбиев в Катаре.

В НКВД существовал специальный отдел по террору, воз­главляемый генералом Судоплатовым. Он выполнял указа­ния лично Сталина.

В конце 1938 года в том же ведомстве была организована токсикологическая лаборатория для исследования действий ядов и снотворно-наркотических веществ на человеческий организм. Яды испытывались на людях, осужденных к рас­стрелу. За период с 1939 до середины 1941 года умерщвлено около ста человек.

Как видно из показаний Берии и Меркулова, все упомя­нутые выше преступления совершались по указанию лично Сталина.

Примечательно одно свидетельство. Примечательно тем, что автор его член партии с 1908 года, — Полетаев М. И. При аресте в 1951 году у него нашли дневник, который начинает­ся следующими фразами: