Ядожал
Шрифт:
– Мм! Мм! – возмущался хозяин коморки, зафиксированный так надежно, что мог свободно шевелить только бровями.
Власта зубами надорвала последний кусок клейкой ленты, отступила на шаг, любуясь своей работой, и столкнулась с моим осуждающим взглядом.
– Что? – Она искренне не поняла, в чем дело.
Я заискивающе улыбнулась пострадавшему, сжала руку подруги и торопливо попятилась к выходу.
– Еще раз извините.
Судя по грозному мычанию, нас снова послали. И куда дальше, чем к демоновой бабке.
– Второй
Мы снова помчались вперед, едва не врезались в другую пару, выскочившую из бокового прохода, и практически сразу нашли приметную желтую дверь. Вскрыли пломбы, открыли и заглянули внутрь контейнера УНЗ-54. Власта зажгла фонарик, а я еще раз сверилась с заданием.
– Ищем деревянный ящик под номером 525-34.
Подруга уже шагнула внутрь контейнера и присела на корточки, водя фонариком по нижним рядам. Выбеленные волосы идеального каре скользнули вперед, открывая шею и…
– Власта! – ахнула я, глядя на подругу. – Это что… Это засос?!
Подгорная резко выпрямилась, и даже в полумраке неосвещенного пространства я заметила, как она покраснела до кондиции сочного томата.
– Демоны! – выругалась она, накрыла шею ладонью и жалобно скривилась. – Сильно видно?
– Если волосы не убирать, то нет, – сказала я и тряхнула головой, в которой никак не укладывалось увиденное. – Власта… Засос?! Это Эрик его поставил?
– Давай закроем эту тему! – смущенно пискнула подруга, схватила нужный ящик и позорно сбежала из металлического нутра контейнера.
Я постояла немного и помчалась следом, на ходу думая, что надо бы уточнить у Кристена, что он имел в виду под «когда я уходил из корпуса, они все еще мирились».
Уже представляя, как сильно вытянется от удивления лицо преподавателя, осознавшего, что наша двойка уложилась меньше чем в десять минут, мы выбежали в проход и… встретились с Кристеном и Хезенхау.
Парни сидели на ящиках и беззаботно над чем-то смеялись.
– Так нечестно, – расстроилась Власта. – Как они смогли опередить нас?
Я уставились на Кристена, ожидая, нет, требуя подробностей.
– Мы искали статуэтку квезалов. И, согласно традициям Лесного, груз должен быть упакован и обложен веточками аконита, которые будут отгонять злых духов и непутевых воров. А аконит…
– Ядовит, – закончила за него Власта.
– То есть вы просто попросили Дурмана побыть служебной ищейкой и найти для вас контейнер по запаху? – уточнила я и тотчас поймала на себе взгляды всех присутствующих.
– Когда вы уже запомните, Нэш, – раздалось за моей спиной предельно язвительное. – Ядожалов не просят. Им приказывают.
И вот даже поворачиваться не нужно, чтобы понять: Максимус Медный, наш грозный декан, тоже сегодня на складе. И он бдит. Но я все-таки обернулась и не прогадала.
Декан факультета ядожалов грациозно спрыгнул с крыши контейнера, на которой стоял. При этом Власта восторженно
Впрочем, господин Медный проигнорировал и ее восторг, и сердитое сопение северянина, подошел, протянул руку, потребовал:
– Задание и груз.
Власта передала ему деревянный ящичек, а я – конверт. Декан быстро сверился с нашим заданием, отодрал крышку ящика, заглянул внутрь и… остался недоволен!
– Подгорная свободна. Нэш, на два слова.
Переглянувшись с Властой, я пожала плечами, отошла вслед за ним в сторону и приготовилась к нагоняю.
– Нэш, как вы поняли, где искать информацию?
Медный спросил это тем самым тоном, по которому сразу ясно: ты где-то накосячил. Понять бы, где и в чем.
– А как вы поняли, что это я? – удивилась искренне.
– Нэш, вы же не думали, что адептам позволят самостоятельно разгуливать по складу контрабандистов?
Ну да… Чего это я глупости спрашиваю?
– Понимаете, мой отец законник, – начала я несколько издалека. – Несколько лет назад он работал с коллективным иском против банды «Бараний рог». Я тогда кое-что подсмотрела в его бумагах и очень удивилась тому факту, что бандит и вор нанял ринейца в качестве бухгалтера, а папа сказал, что это как раз нормально. Что бандиты и контрабандисты любят порядок в документации даже больше, чем государственные служащие. Ну я и подумала: кто-то ведь постоянно приезжает и уезжает с этого склада, привозит и увозит грузы, а значит, все сведения должны храниться на посту охраны.
На последней фразе декан факультета ядожалов уставился на меня как на северного оленя в южной полосе, заставив разнервничаться еще сильнее.
– Это же глупо – носиться по всему складу, осматривать контейнеры и надеяться на удачу. Вот я и побежала сразу на пост. А уже там…
Скептический взгляд декана срезал под корень все мое красноречие, а кривая усмешка окончательно добила, поэтому я завершила рассказ исчерпывающим:
– Вот.
И непроизвольно сжалась.
Нечто в позе собеседника подсказывало… Нет, оно вопило на всех языках этого мира, что декан очень, вот прям очень-очень недоволен, если не сказать зол, из-за того, что я только что сказала. Знать бы еще почему…
– Постойте, адептка. – Внезапно на лбу господина Медного мелькнуло выражение задумчивости, он резко подался вперед и спросил: – Но если я все верно понял и ваш отец тот самый Хейнер Нэш, то мама…
– Ага, – окончательно приуныла я, вспомнив дорогую и любимую родительницу, от которой прятались даже самые отважные демоны Даркшторна. И Максимус Медный тоже, видать, вспомнил, потому что ответом мне стал потрясенный выдох:
– О… – И следом: – Ого!
Максимус Медный прикрыл на миг глаза, гулко сглотнул. Физиономия при этом у него была «бери кисти и рисуй портрет великомученика».