Ядовитые шипы
Шрифт:
— Как скажите, господин.
— Если будет желание, Артемий сможет научить тебе покорности и преданности, — не церемонясь, я схватил Леду за длинные волосы и угрожающе предупредил. — Если закричишь, и кто-то услышит твои мольбы о помощи, сброшу с балкона.
Девчонка молчала, и я заметил, что из губы пошла кровь. По удобнее натянул волосы на кулак и отправился на балкон. Девчонка пыталась угнаться за моим шагом, неловко ползла следом, видимо боялась остаться без волос. Беззвучно плакала, но даже не всхлипывала. Я вдруг понял, что получать наказание Леде приходится не в первый раз, уж слишком спокойно она принимает происходящее. Я толкнул её на мраморную лавку, находившуюся посредине балкона, и
— Как думаешь, дорогой друг, — я удерживал орудие наказания, на которое плотно были намотаны стебли крапивы. — Сколько она заслуживает ударов?
— За каждый проступок по удару, господин, — Артемий сложил руки на животе, безучастно глядя на провинившуюся девчонку. — Учитывая то, что ваш удар можно считать за три, этого будет достаточно.
— Верно, — не мешкая, я замахнулся и с силой ударил Источник по спине. Она дёрнулась, но не издала ни звука. — Тебя ждёт ещё три удара, причем весьма заслуженных. И возможно ты станешь такой же покорной, как в доме бывшего хозяина.
Я наказывал девчонку, с удовольствием наблюдая, как из сильных ран на белую плитку стекают большие капли крови. К моему сожалению, девчонка не умоляла о пощаде и не скулила, приняла удары молча и смиренно. Тишину рассекали лишь розги и глухие удары, я даже не слышал звука собственного сердца. С чувством выполненного долга я вернул окровавленное орудие Артемию.
— Останешься здесь до тех пор, пока модистка не закончит с гардеробом, — я скучающе смотрел в сторону Леды. — Затем выберешь красивое платье, оденешься без помощи служанки, и на ужине будешь улыбаться, говоря, как у тебя всё замечательно.
— Как прикажите, — девчонка сползла на колени и уперлась ладонями в грязный пол. — Мне стоит здесь прибрать, господин?
— Стоит, — я щёлкнул пальцами. — Артемий принесёт воду и тряпку, а ещё перебинтует тебя. Не хочу, чтобы ты умерла от потери крови.
Раздав указания, я вернулся в покои. В этот момент постучали, служанка принесла с кухни обед, который я велел подать ещё два часа назад. Из-за того что уснул, она не рискнула подать еду, иначе всё бы давно остыло. Я велел забрать одну порцию, решив, что девчонка останется без обеда. Молча наблюдал, как помощник в несколько слоёв накладывает плотные бинты, пытаясь остановить кровотечение. Взболтал в кубке малиновый морс, и довольный собой, ждал вечера, чтобы направиться к ведунье, а заодно продемонстрировать свой покорный Источник.
Глава 5
— Леда, как твои дела?
— Всё хорошо, Император, — я присела в глубоком реверансе, ощущая, как спину прострелило острой болью. — Спасибо за ваше участие.
— Я рад, что Ассандр смог успокоиться, — заметив на моём лице улыбку, Раян кивнул. — Присаживайся, а то всё остынет.
Я села достаточно медленно, стараясь не потревожить четыре безумно ноющих рубца. Покосилась на спокойно сидящего советника и мысленно обозвала его гадким уродом. Держала лицо и не показала ни единой плохой эмоции, боялась, что Император узнает правду и тогда Унсури точно меня скинет с балкона. Пока служанка наполняла мою тарелку едой, я думала о том, какой же Ассандр бессовестный и безумно жестокий, не способный сострадать и сдерживать обещания. Обещал не трогать меня, а в итоге собственноручно наказал прямо посреди балкона, едва ли не на всеобщем обозрении. На какое-то время мне показалось, что мужчина не так уж и плох, но сейчас я на собственной шкуре убедилась, что этот человек действительно самый опасный зверь во всей Империи.
Мне хотелось плакать и кричать, когда он жестоко
Да, я действительно считала себя виновной, в том, что вышла за стену и принесла котёнка, но не считала, что заслужила такого сурового наказания. Артемий нашёл меня, когда я пыталась найти дорогу обратно во дворец, и сразу же отвёл к лекарю. Я бы не отказалась сейчас снова посетить этого добродушного старика, но понимала, что Ассандр мне подобного точно не простит. Вновь захотелось вернуться к Гектору Фабие, от которого я сбежала. Князь хоть и насиловал меня, но практически не был груб, и его поведение вполне можно было терпеть. Единственное, чем он меня бил, это мокрым полотенцем, но это было по-настоящему заслуженно. Я уже успела пожалеть о своем побеге и готова была вновь оказаться в его поместье, на широкой дубовой кровати. Он тихо искал меня, я это знала и сейчас хотела выйти в город, чтобы его люди меня обнаружили и забрали.
Очнувшись от своих мыслей, я обнаружила в своей тарелке жареную рыбу с отварным картофелем, овощной салат и тосты с мёдом. Вяло ковыряла вилкой аппетитный кусок рыбы, но аппетит пропал. Поймав холодный взгляд советника, я на несколько секунд прикрыла глаза и начала есть, не забывая про манеры. За столом витала тяжёлая мрачная атмосфера, я находилась, словно не в своей тарелке и безумно хотела вернуться в покои и уснуть хотя бы на полу.
— Леда, твоего котенка слуги пристроили в вольер к овцам, выделили ему небольшой закуток, — от услышанного я чуть не подавилась, но всё-таки с трудом умудрилась проглотить кусок огурца, чудом не вставший в горле. Император продолжал улыбаться, не подозревая, в каком ужасе я нахожусь. — Раз уж Ассандр категорично настроен к нахождению животного в покоях, ты можешь играть с ним на улице.
— Спасибо, Император, — мой голос практически не дрогнул, я с силой расцарапала ладонь, чтобы перестать ощущать ужасную боль от ударов. Заметила довольный взгляд Унсури и безукоризненно вежливо улыбнулась. — Вы невероятно щедры.
— А ты невероятно смелая девочка, Леда, — Раян поднял кубок с морсом, вынуждая меня контролировать свои руки, чтобы они не дрожали, и поднять кубок в ответ. — Уверен, стража быстро найдет и схватит этих браконьеров. В тюрьме им самое место за незаконную ловлю и перевозку животных.
Мне хотелось плакать от собственных ощущений, но ни один мускул на лице не дрогнул. Раян начал рассказывать о завтрашней охоте, а я мечтала оказаться на месте дичи и быть убитой. Жить с монстром в одних покоях стало невозможно, я стала его бояться также сильно, как и в первую встречу, а ещё начала чувствовать ненависть. Понимала, что теперь, после наказания, Ассандр считает меня рабыней и выделит место где-нибудь в углу, может, позволит взять одеяло, если мне повезёт. Нужно было держать себя в руках, не позволить ни одной эмоции, ни одному ненужному слову отразиться или сорваться с моего языка.