Ядовитые цветы
Шрифт:
Усилием воли она заставила себя не думать об этом. В конце концов, у нее день рождения, Виктор пригласил ее отметить этот праздник в его доме. Значит, надо радоваться. Тем более что это совсем не трудно: сам этот дом располагает к радости.
Лиза развязала ленту на коробке и достала оттуда несколько вещей из коллекции Орлова. Потом раздвинула зеркальные дверцы шкафа и повесила туда свои наряды. Ей нравилась сама последовательность этих действий. Как все-таки прекрасно жить в таких условиях, в которых каждое движение невольно становится изящным, легким!
Она сбросила туфельки
Прежде чем спуститься вниз и отправиться на поиски Виктора, Лиза решила пройтись по той анфиладе, которую увидела с лестницы. Пять или шесть комнат следовали друг за другом и завершались вдалеке комнатой-фонарем с прозрачной стеной. Туда-то Лиза и направилась.
Видно было, что комнаты сохранили то назначение, которое они могли иметь когда-то. Лиза прошла через бильярдную, посреди которой стоял стол, крытый зеленым сукном, потом через библиотеку, отметив про себя, как она велика – полки с книгами высились до потолка. Неужели Виктор читал хотя бы половину, да еще на разных языках?
Потом она оказалась в небольшой гостиной с изразцовой голландской печью. Здесь, наверное, так уютно было сидеть вечерами за картами! Следующие комнаты могли предназначаться для чего угодно: в них можно было есть, спать, танцевать – в зависимости от фантазии обитателей.
«Но кто же, кроме Виктора, живет в этом доме? – изумленно размышляла Лиза. – Очарованное царство какое-то!»
Стены, обитые тонким шелком, портреты и батальные сцены на картинах, – и все это совсем рядом с огромным городом, в котором гремит метро и висят над асфальтом синие выхлопы машин…
Наконец Лиза оказалась в последней комнате и подошла прямо к стеклянной стене. Это была задняя стена дома, выходящая все в тот же парк, но с противоположной от ворот стороны. Лизе показалось, что она стоит на носу корабля и плывет над этим парком. Прямо под окнами был разбит большой водоем, в котором цвели лилии. Над водоемом стояла бело-голубая беседка-ротонда – скорее всего тоже старинная, как и весь особняк. Шелестели под легким утренним ветром деревья, сквозь чистое стекло Лиза видела, как трепещут листья. Вдалеке открывался чудесный вид – косогоры, перелески, ни заводских труб, без которых не обходится ни один современный пейзаж, ни даже полей, по которым снует трактор… Где находится этот удивительный дом, в какой потусторонней местности?
Постояв еще немного у стены-окна, Лиза огляделась. В этой комнате, наверное, было что-то вроде кабинета – судя по огромному письменному столу, уставленному старинными безделушками. Но едва ли Виктор работал здесь постоянно: не видно было ни бумаг, ни компьютеров, без которых он наверняка не обходится. Скорее всего это был кабинет для души.
«Он же любит все красивое», – подумала Лиза.
Вернувшись обратно через анфиладу комнат, она спустилась по лестнице на первый этаж.
«Где же искать Виктора?» – думала она, стоя
Она увидела несколько дверей и открыла одну из них. За дверью оказалась столовая. Женщина средних лет протирала белой салфеткой высокие хрустальные бокалы и расставляла их на большом овальном столе.
– Виктора Станиславовича ищете? – приветливо спросила она. – Вы пройдите сейчас прямо, потом направо – его кабинет и увидите. Он просил сказать, что там вас ждет.
Лиза последовала ее совету и вскоре остановилась перед высокой, темного дерева, дверью.
– Входите, Лиза, входите! – раздалось в ответ на ее осторожный стук. – Так быстро отдохнули?
Конечно, здесь и был его настоящий кабинет. На длинном столе, опоясывающем комнату почти по всему периметру, стояли два компьютера, бумаги были разложены и на столе, и даже на ковре. Но, как ни странно, в этом чувствовался не беспорядок, а особый, сосредоточенный ритм.
– Я вам помешала?
После того, что она увидела в этом доме, в голосе Лизы звучала робость. Наверное, Виктор почувствовал ее.
– Ну как вы можете помешать, раз вы гостья в моем доме! – успокоил он Лизу, вставая из-за стола. – Наоборот, мне как хвастливому хозяину не терпится показать вам свои владения. Давайте выпьем кофе и прогуляемся по парку, хотите?
– Спасибо за серьги, – сказала Лиза. – Посмотрите, какие они красивые! – И она повертела головой, чтобы бриллианты засияли в солнечных лучах.
Лиза заметила, что радость сверкнула при этом в его глазах.
Кофе они выпили на веранде, куда вела дверь прямо из кабинета. На круглом столике уже стояли фарфоровые чашечки, под кофейником на специальной подставке горела маленькая свеча.
– Чудесное голландское изобретение, – объяснил Виктор. – И кофе не остывает, и красиво.
Кофе был крепок и ароматен, из маленького блестящего тостера выскакивали румяные хлебцы, которые можно было намазывать медом и джемом – и во всем этом чувствовалась восхитительная неторопливость.
– Я очень люблю встречать утро в этом доме, – сказал Виктор. – Чувствуешь, что жизнь имеет смысл, вы замечаете? Впрочем, вы, наверное, не замечаете. Ваша жизнь сама по себе имеет смысл, вы сами его создаете своим существованием.
– Не знаю, – усомнилась Лиза. – Я просто не думала об этом, а если бы задумалась – неизвестно, что обнаружила бы.
– В этом все и дело – что вы можете не задумываться, – сказал Виктор.
С веранды они спустились в парк и пошли по такой же светлой песчаной дорожке, как та, что вела от ворот к дому. Парк был отлично ухожен, но вместе с тем производил естественное впечатление.
– Вы себе не представляете, как трудно было добиться, чтобы этот парк выглядел так, как он выглядит, – говорил Виктор, идя рядом с Лизой. – Настоящее парковое искусство почти совсем утрачено, и дело даже не в деньгах – мастеров просто нет. Будь у меня время, я бы сам почитал что следует, углубился в это дело – и, поверьте, с удовольствием. Но времени, конечно, нет. Я еле нашел людей, способных разбить хороший парк. Но результат, как видите, неплох. У меня здесь настроение улучшается просто от того, что я смотрю в окно.