Яд из бездны
Шрифт:
– Проклятые зомби, - прошептал он. – Как же я вас ненавижу.
3
Усталость свалила и, несмотря на холод, он проспал до утра. Ему ничего не снилось, сознание провалилось в пустоту, из которой вырвал, звук, напоминавший перезвон жестянок.
Он разлепил веки и потянулся. Сон вернул силы, но рука по-прежнему кровоточила. Он с трудом размотал ссохшийся кокон бинта и посмотрел на сквозное отверстие. Ладонь распухла и ныла.
– Только бы не заражение, - прошептал он. –
Некрасов попнулся к чемодану, отбросил крышку и достал одеколон. Брызнул на рану и тут же сморщился от нестерпимой боли. Застонал и до скрипа стиснул зубы.
«Сейчас бы юркиного самогона, - Некрасов посмотрел на этикетку, бережно завинтил колпачок и засунул бутылочку в карман. – И не беда, что от его пойла блевотиной несёт».
Он снова услышал тот же звук, который его разбудил и насторожился. Только сейчас он сообразил, что к завыванию ветра примешивается однообразный почти монотонный рокот. Некрасов разорвал сорочку на полосы, перебинтовал руку. Вынул из-за пояса нож и подполз к краю крыши.
– Ах, ты мать вашу!
– вырвалось у него. – Где такое ещё увидишь?
Впереди, отгороженное бетонным забор, раскинулось огромное взлетно-посадочное поле городского аэропорта. Вросшие в землю самолёты, сгоревшие топливозаправщики. На другой стороне посеревшее от копоти здание аэровокзала с выбитыми стёклами витражей. И повсюду, куда хватало взгляда, жмуры. Тысячи голодных мычащих тварей, которые медленно и бессмысленно бродили по бесхозной бетонке. А в нескольких метрах от забора здоровенный долговязый упырь, тупо таскал за собой помятый алюминиевый чемодан и молотил по нему свободной рукой.
От увиденного по спине пробежал холодок. Всё это время Некрасов даже не догадывался, в какой змеюшник чуть не угодил, а ведь он собирался перелезть через забор. Он судорожно сглотнул, полез в карман, достал бутылочку с одеколоном. Колебался секунду, затем жадно прильнул к горлышку и, морщась, хлебнул.
– О, чёрт! – протянул он. – Эта штуковина задирает похлеще Юркиного коловорота!
Ползком Некрасов вернулся к чемодану, достал пистолет, который накануне туда бросил. Дрожащими руками разобрал, выдул из механизма пыль, почистил, как мог пружины.
«Хреново, - подумал он. – Это тебе не ПМ».
Собрав оружие, Некрасов загнал магазин, взвёл курок и нажал на спуск.
Боёк гулко щёлкнул, и всё…
– Дерьмо! Надо валить отсюда пока ветер не поменялся.
Но бросать Берету не хотелось. Некрасов засунул пистолет за пояс. Осторожно подобрался к тому месту, где накануне залезал и осмотрелся по сторонам. Из заваленного мусором оврага, доносились странные звуки, напоминавшие возню. Значит, жмуры сюда приходили постоянно, и ему просто вчера повезло.
Некрасов спрыгнул на землю, вынул нож и медленно подошёл к оврагу. Внизу, в ворохе старья барахтался серый вымазанный грязью тип. Жмур запутался в проволоке и безуспешно пытался освободиться. Он не мог понять, что его держало, яростно рвался всем телом, но упругий металл
Некрасов брезгливо сплюнул и зашагал прочь.
4
Он не знал, какую дорогу выбрала Мейер. Надежда где-нибудь перехватить БТРыучёных становилась всё призрачнее. И ни единого шанса наткнуться на них случайно.
Некрасов только теперь осознал, весь ужас своего положения. Выжить в одиночку практически невозможно. Продовольствие, чистая вода, элементарная медицинская помощь - всё это осталось в «Треугольнике». По роду своей деятельности его мало заботила информация об оставшихся в городах людях. Он выполнял задания связанные с доставкой продовольствия и топлива для дизельных электростанций, но ни разу за пять лет не побывал ни в одном населенном пункте.
Теперь же перспектива оказаться в безвыходной ситуации вызывала в его душе панику. Где искать живых, и выжил ли кто за пределами немногочисленных убежищ? Но даже если кто-то и выжил, захотят ли ему помочь?
– Соберись и что-нибудь придумай, - прошептал он. – Должен же быть какой-то выход.
Сквозь тёмную рванину туч пробилось солнце. На поверхности луж заиграли золотистые блики, на асфальте заплясали тени от деревьев. Радуясь солнцу, Некрасов выжал улыбку, выбрался на асфальтовое шоссе. В лёгкой желтоватой дымке, впереди возвышался город.
«Километра три, - подумал Некрасов. – Но лучше туда не соваться».
На дороге стояли сотни брошенных автомобилей. Ближе к городу, тысячи или десятки тысяч. Сплошной автомобильный затор. Некрасов прошёл метров сто и увидел пропускной пункт - стену из бетонных блоков, проход в которой перекрывали бульдозер и танк. На шлагбауме висела табличка со словом: «Карантин».
Он подошёл к танку и огляделся. На земле валялась пробитая пулями каска, тысячи гильз от пулемёта и множество личных вещей: одежда, книги, деньги, документы. Не трудно было догадаться какая драма разыгралась здесь несколько лет назад - следы этой драмы сохранились на асфальте. Тёмные багровые потёки и кости: множество отбеленных ветром и солнцем костей.
– Проклятье! – процедил Некрасов. – Сколько же тут полегло?
Он подошёл к танку и заглянул под крышку люка. Конечно, никого там не было, по крайней мере сейчас. Но Некрасов хорошо, знал повадки упырей, иногда, этих тварей находили в самых неожиданных местах.
Он постоял немного у танка, отошёл в сторону и неожиданно заметил на асфальте следы от шин. Наклонившись, он потрогал комки свежей вязкой грязи и пренебрежительно сплюнул.
– Легковушка, - прошептал он. – Не больше часа прошло.
За спиной зашуршал гравий. Некрасов напрягся, резко повернул голову и тут же сокрушительный удар сшиб его с ног.
5
Он отлетел к танку, ударился плечом о траки. Чтобы отреагировать не было ни секунды, но он схватился за нож и…