Яблоневая долина
Шрифт:
И Приш выложил все. Плут бросал на него предостерегающие взгляды, но Приша будто кто за язык тянул. Поведал как на духу. А незнакомец лишь слушал, ни разу не перебил. А потом ухватился рукой за свой подбородок. Его длинные пальцы шевелились, точно лапки паука, и Приш никак не мог оторваться от этого зрелища.
– Так ведь, - незнакомец, наконец оторвал пальцы от лица, и широко развел руки в стороны, - можно же вернуться в долину. Есть один способ.
Приш, как зачарованный, спросил:
– Какой?
– Путь, -
В горле у Приша пересохло: то, о чем говорил неизвестный, не укладывалось в голове. Ведь это же не про него. Такую дорогу может одолеть лишь герой. А он, Приш, обыкновенный парень. Нет в нем ничего выдающегося. Он отрицательно замотал головой:
– Нет, это не для меня. Да и не верю я в эти сказки!
Выкрикнул и устыдился: подумают, что он испугался. А незнакомец откинулся на стуле и снисходительно улыбнулся:
– Сказки - так сказки. Как скажешь.
Он встал и ушел из зала.
Плут начал лихорадочно убирать со стола.
– Непонятный тип, неприятный какой-то. Явился вчера поздно вечером, когда я уже дверь запирал. И даже от ужина отказался, мол, неголоден. И на что мне такой постоялец? Никакого дохода от него.
Приш слушал вполуха, а мохноног не унимался:
– И ничего толкового тебе не сказал, только взбаламутить хотел. Нечего тебе про эти дороги думать, не для тебя. И в Темногорье проживешь прекрасно. Правда, ведь?
Приш угукнул. Почему-то говорить совсем не хотелось. Он произнес:
– Я прогуляюсь.
И ушел.
Листья медленно опадали. Один из них застрял в волосах, и Приш раздраженно смахнул: прямо как надоедливые мысли, которые никак не хотят вылезти из головы. Интересно, то, о чем говорил неизвестный, правда? Хотя... Плут раньше же рассказывал о дороге между мирами, темной. И о тех, кто ее прошел. Мол, это по-настоящему было. Родственник Плута сам этих путников видел. Так значит, Приш может вернуться домой? Ну, конечно, он не собирается пускаться в авантюру, просто так размышляет. Как бы поточнее узнать?
И тут впереди Приш заметил край плаща. Как у того незнакомца, хотя тот был в простой куртке... Не раздумывая, он бросился догонять. Но человек был неуловим. У Приша даже дыхание сбилось. Улица, поворот. Дом с геранью в окне. Снова перекресток. Плащ маячит справа. Серое здание. На окне красная герань. Опять! Тут выбоина - одного булыжника в мостовой не хватает. Плащ слева. Приш повернул и чуть не врезался в незнакомца.
– Не устал за мной бегать?
– съехидничал тот.
Приш замотал головой:
– Что вы про путь говорили? Тот, который между мирами?
Незнакомец сделал приглашающий жест:
– Ну, не на улице же об этом. Пойдем.
У дома с цветком оказался внутренний дворик, куда вела неприметная калитка. Приш толкнул ее и словно попал в другое измерение. Плакучая ива, уронившая
– Нравится?
– поинтересовался незнакомец, будто сад был его заслугой.
– Ага, - от волнения голос охрип.
– Присаживайся, - словно по мановению волшебной палочки возникла беседка, увитая девичьим виноградом.
Приш сел в мягкое кресло. Неизвестный пододвинул к нему кружку чая и шарлотку:
– Угощайся.
А потом замолчал, точно ушел в себя. И пока Приш не доел угощение, так и не произнес ни одного слова.
– Ты ведь знаешь, - начал незнакомец, когда Приш поел, - что Темногорье похоже на шишку. Я не про город, а про наш мир.
Приш пожал плечами: не помнит он этого. Но неизвестный продолжал:
– Стержень шишки, так называемая ось - башня тысячи вокзалов, которую ты видел. От нее расходятся дороги в тысячи миров. Каждый мир - чешуйка шишки. И попасть туда можно лишь через башню. Зашел в лифт, выбрал нужный этаж, а дальше на поезд. Или телепорт. Но тебе это не надо, - добавил он, заметив недоуменный взгляд Приша.
У того побежали мурашки: страшно и притягательно одновременно. Но жаль, что башня не для него - ведь там наверняка можно отыскать родной мир Приша.
– А есть дорога для избранных. Для ушедших из дома - темная, для изгнанных - светлая. И если пройти ее, то в конце окажешься у начала радуги. И вот там, - неизвестный поднял указательный палец, - можно загадать желание. Любое.
В груди похолодело от предчувствия. Точно дорога уже позвала Приша. И от этого стало сладостно и не по себе.
– И можно вернуться домой, - закончил собеседник.
– В тот, где тебя вырастили, или в тот, где ты родился. Ты уж определись, пожалуйста.
Незнакомец резко поднялся:
– Мне пора. В общем, если решишься, надо просто сказать: "Я выбираю путь". И подождать, пока появятся попутчики. Вас должно быть трое. Вот и все.
Он взмахнул плащом, которого то не было, то был, и исчез. Приш проморгался: вот же наваждение! Где это он? И как он забрался в чужой сад? Может, заснул и во сне начал бродить? Если хозяева увидят, шума не избежать. Приш толкнул калитку и вышел. Гулять расхотелось.
Глава восьмая. Вторая изгнанная
Мёнгере застыла, разглядывая соперницу. Длинные, до земли волосы. Пряди переливаются всеми оттенками желтого: от бежевого, как песок в пустыне, до янтарного. Глаза напоминают вечернее небо: глубокие, завораживающие. При взгляде на них кажется, что проваливаешься в лазурь. И есть риск, что не выкарабкаешься. Кожа чуть тронута солнцем. Очень красивая, но ничуть не лучше Мёнгере. Хотя какая разница? Девушка - дочь золотого дракона, и Мёнгере уже видит свое будущее, будто обладает способностями провидицы.