Я злая. Просто у меня глаза добрые...
Шрифт:
— А тебе не приходило в голову, что тебя воскресил Люцифер? — что? Серьезно? Ну ни фига же себе поворот судьбы перевернулся! Хотя… Рафаил прав — Люциферу сейчас нужны все ангелы-отступники.
После этого я точно уже не прислушивалась и ничего не видела. Я знаю, мои раны и ушиби очень скоро пройдут, но прежде придется терпеть боль. Кажется, я услышала у себя над ухом:
— Это еще вопрос, кто за кем присматривает.
— Иди ты в задницу, — еле шевеля губами, пробормотала я. Я почувствовала тепло рук под ногами и на талии. — Я пыталась вытащить тебя из ада, когда еще
Я пришла в себя от того, что подпрыгнула. Осмотревшись, я поняла, что лежу на заднем сидении Импалы. На переднем, возле Дина, сидит Кас. Слышала смутно, как Дин говорил о том, что без Сэма ему стало легче. И доля правды в его словах была — не о ком больше беспокоится, не о ком больше приглядывать. Но все же, что-то мне подсказывало, что без Сэма ему тоже хреново и…
— Чеееерт, — боль в висках заставила прервать мои размышления и обратить внимание на себя.
— Очнулась, — Дин зыркнул на меня в верхнее зеркало. — Как ты?
— Замечательно, — вяло отозвалась я. — Ну… буду, когда-то.
— Ты же говорила, что на тебе быстро все заживает, — Дин снова покосился на меня.
— Ага, — кивнула я, слегка привстав на локтях. — А еще я говорила, что очень чувствительная. И долго буду чувствовать боль, пока все не пройдет.
— Хреново, — подытожил Винчестер.
— Еще как, — согласилась я.
Остальную часть дороги, когда я была в сознании, мы ехали молча. Я не хотела тревожить душонку Дина своими разговорами, да и вообще — пусть на дорогу смотрит, а не отвлекается задушевными разговорами.
========== День Боксерской груши ==========
Мы с Дином остановились в Канзас-Сити. Кости все еще ломило, голова казалась большой колокольней. Толком вставать с кровати я еще не могла — мир тут же начинал вращаться вокруг моей оси. Я уже говорила, что ненавижу архангелов? Учитывая мое положение, моим временным лакеем был Дин. Конечно, я старалась быть не привередливой… Ну, старалась.
— Дин! Я же просила с персиком! — возмущенно крикнула я, когда тот кинул мне на кровать, где я валялась тушкой, батончик.
— Там было только с абрикосом, — устало ответил Дин. — Это почти одно и то же.
— Ключевое слово “почти”, — ворчливо сказала я.
И все же, как бы я не капризничала, я видела то, что Дин заметно устал. Осунувшиеся плечи, потухший взгляд. Я около двух суток находилась в этом номере, не в состоянии куда-либо ездить с Винчестером. Поэтому он оставлял меня здесь, а сам еще колесил по указаниям Каса или же сам искал себе какое-то дело.
— Кас, скорее всего, Кольт переправили, — со вздохом отвечал ангелу Дин в трубку. Я уже привыкла к тому, что наш пернатый обзавелся сотовым, поэтому перестала икать от смеха до боли в ушибленном теле, как только ангел звонит.
На том проводе еще что-то говорили, но я не слушала — слишком измотана. Но после минуты молчания, Дин назвал место, где мы сейчас находились. И мне это не понравилось. Сейчас опять заявиться этот пернатый, потом предложит какую-то бредовую идею, а потом снова кто-то кого-то побьет. При чем битым будет точно кто-то из нашей компании.
— Стой, стой, стой! — яростно запротестовал Винчестер,
Дин положил трубку и упал на свою кровать, глядя в потолок.
— Что на этот раз пришло в голову этой крылатой заднице? — спросила я, все еще обвиняя в душе (в переносном смысле, конечно) его в том, что случилось.
— До него дошли слухи, будто кольт у демонов цел и невредим, — ворчливо отозвался Дин. Похоже, он мало верил в эту чушь.
— Ох, доведут до могилы его бредовые идеи, — устало сказала я, натягивая на себя одеяло.
— Кого? Его? — насмешливо уточнил Дин.
— Всех нас!
– выпучив глаза, ответила я. — Иногда я сомневаюсь в адекватности этого посланника.
Мы замолчали. Дин откинул покрывало со своей койки, снял свои ботинки. Судя по тягостному сопению, он явно хотел что-то ляпнуть или спросить.
— Ладно, валяй давай, — закатив глаза, сказала я.
После секундной запинки, он спросил:
— Как ты? — окидывая меня внимательным взглядом.
Теперь была моя очередь молчать. Что-то в этих двух словах вызвало во мне бурю эмоций. Сначала я рассеяно смотрела на Дина, не в состоянии ответить.
— Я… — редкий случай, когда мне нечего сказать. — В норме. Да.
— Хорошо, — довольно кивнул тот. — Я не хотел… в общем, не хотел, чтобы кто-то из вас двоих пострадал. И…
— Тпррр, полегче парень, — прервала я его. — Хватит нести чехню, что тебе жаль. В этой жизни нельзя без жертв. Вчера жертвой стала я. Ни ты, ни кто-либо другой, не изменил бы этого.
Его взгляд внимательно рассматривал меня.
— Поэтому не вздумай посыпать голову пеплом и винить себя, — так же продолжала я. — Не шишка мира, чтобы все происходило по твоей вине.
После этих слов я с трудом повернулась на бок, уткнувшись носом в подушку. Послышался щелчок и свет в комнате погас. И только сейчас я поняла, что было не так в словах Дина - еще никто искренне не спрашивал, в порядке ли я. Нет, я не люблю всю эту лирическую фигню, но… Так приятно, когда кто-то действительно интересуется твоим самочувствием. Правда я тоже хороша — вместо спасибо, целую тираду устроила бедолаге. Но такова я — мне трудно быть вежливой, благодарной. Я никогда не признаюсь, что приятно слышать такие слова. Что мне нравится таскаться за этими идиотами, пусть даже они сейчас порознь. Сдохну, но сведу этих придурков снова, не с той связались, чтобы я так просто сдалась.
С такими несвязанными мыслями я уснула.
Я проснулась от какой-то гадкой вони. Ну несло прям так, что никакая прищепка не поможет! Не было сомнений, что это ангелы. Сначала я подумала на Каса. Но потом вспомнила, что Дин просил его оставить в покое на одну ночь. Значит не Кас… А значит это уже не хорошо.
Стараясь не обращать внимания на ноющую боль в ногах и голове, я встала с кровати. Буквально через миг я увидела, что возле столешницы стоит Дин, а напротив него — Захария…
— Придется преподать новый урок, — зло сказал Захария. — Ведь, ты теперь мой!