Я здесь остаюсь...

Форчунов Вик

Следующие десять минут трое, вернее двое путешественников, сначала аккуратно спустили бледную девушку в салон «Корта», затем подогнали вездеход к неподвижно стоящему флаеру и бережно уложили раненую в багажное отделение, не забыв об оторванной ноге. Здесь девушка снова потеряла сознание, случайно увидев рядом с собой свою бывшую часть тела — не став дальше затягивать, закрыли отсек, и Бейн забрался в кабину — уже через пару мгновений небольшая сервисная машинка резво поднялась и стартовала в направлении базы. Полный противоречивых чувств, Виктор снова перегнал «Корт» к месту бойни и занялся разделкой и упаковкой сырья — помочь чем-либо Доре с Фручо он не мог, а работа немного разгоняла плохое настроение и убивала время. Про пилота и челнок он вспомнил лишь тогда, когда все упаковал и забрался внутрь вездехода, чтобы принять душ и отдохнуть за стаканом вина.

А между тем указанный пилот все

это время наблюдал за происходящим из кабины — не напрямую, естественно — пузыря кокпита в челноке не имелось. Всю информацию о происходящем снаружи летчик получал через внешние камеры и датчики,… почти как подводники на субмаринах. Сначала его немного удивил запрет на выход из челнока, но военный посчитал, что здесь он не в теме, поэтому следует прислушаться к мнению людей, живущих в саванне постоянно. А затем мужчина увидел самую настоящую схватку за жизнь с дикими животными — картина противостояния трех людей, одной из которых оказалась женщина, совсем не подходила, по его мнению, под понятие охота. Скорее, охотились звери, а люди отбивались — пилот догадался даже включить запись на кристалл челнока — все-таки, то, что он сейчас видел, не прочитаешь ни в одной базе, да и полноценных видеороликов такого содержания в сети планеты не имелось. Да и откуда им взяться: когда на тебя прыгают такие звери, тебе явно не до фиксации этого события — тут бы уцелеть! Летчик приблизил изображение: группа состояла их двух представителей его мира — их узнал по характерному белому цвету кожи, и одного загорелого мужчины лет сорока, который, по всей видимости, был у них главным, так как показывал тем двоим какие-то знаки руками и что-то кричал. К сожалению, кричал не так громко, чтобы бортовые датчики могли записать и звук — но и событий, что происходили сейчас на крыше вездехода хватило пилоту для того, чтобы понять, что процесс явно неординарный и охота пошла не по сценарию.

— Да они тут не живут, а воюют! — воскликнул военный, когда увидел, как два охотника слитным залпом отбросили вниз какую-то кошку солидных размеров, почти доставшую до верха — кто тут на кого охотится, вот вопрос?!

Потом пилот подумал о том, что он не слышал, чтобы среди его соотечественников имелось много охотников, которые живут так далеко от Версолы-5, да и еще к тому же женщины! А события разворачивались в плохую, для встречавших его людей сторону: один их темно-зеленых высоких хищников сделал мощный прыжок и взлетел на крышу, где в один удар оторвал женщине половину ноги. Офицер даже расслышал громкий крик боли и ужаса, а потом наблюдал за тем, как двое оставшихся отбивались от зверей: представители кошачьих ему оказались незнакомы. Худые и поджарые, высоко поднятое тело на тонких, но очевидно, мощных ногах — как все, кто жил и работал на Версоле, он изучил все доступные базы по фауне и флоре планеты, но опознать те две кошки не мог. Особо отличился в этой обороне тот смуглый мужчина — его оружие било мощно, это пилот понял по результату стрельбы смуглого охотника — даже сам траппер с трудом удерживал равновесие, когда оно стреляло. Пока загорелый тип отбивался от тварей, второй мужчина пытался на крыше остановить кровотечение у раненой женщины. Летчик еще подумал, что женщину откровенно жаль: молодая, а теперь калека,… конечно, ей изготовят хороший протез, будет почти как своя нога,… но все это уже не то!

Затем два охотника быстро о чем-то переговорили и в темпе стали опускать раненую внутрь вездехода, и уже через пару минут машина объехала его челнок и скрылась из вида — камер сзади не имелось.

Глава 5

Казалось, что о нем забыли, но пилот не придавал этому большого значения — у тех двоих сейчас более серьезные проблемы, а он спокойно подождет сигнала здесь. После увиденных картин выходить на солнышко ему категорически не хотелось: опыта выживания и охоты у него нет, а даже, если б и был, все равно без толку — против ментально активных зверей шансов ноль. Выключил запись и стал деактивировать свое «гидрокресло», как по — простому называли это противоперегрузочное изделие все пилоты — на освобождение потратил минут десять — не так много за возможность летать при таких перегрузках и оставаться при этом живым и невредимым. В процессе этого занятия показалось, что внешние микрофоны донесли до его слуха звук, который удивительно напоминал шум флаера, который набирает ускорение — отбросил гипотезу, так как знал, что на Версоле летать можно только на одноместных машинках, а они летали над землей и очень тихо. Потом его снова удивили местные жители, вернее, как потом оказалось, это был один их тех троих — смуглый мужчина, так как женщину и второго охотника он больше не увидел.

Так вот

этот человек снова пригнал вездеход на то же самое место, так что снова попал в фокус камер челнока и стал заниматься трупами зверей, совершенно не обращая внимания на стоящий рядом бот и пилота, сидевшего там внутри. Вояка для развлечения снова приблизил изображение, когда охотник подцепил первую тушку на трос подъемника и приподнял над землей, кромсая тело секатором. Но когда этот тип полез двумя руками внутрь тела и вытащил оттуда большой кусок чего-то, а наружу вслед за этим вывалились кишки, летчик резко выключил камеры и шумно вздохнул — такие картины ему абсолютно не нравились и не поднимали тонус организма, хоть к крови он относился спокойно. Второе включение камер с целью проследить за действиями смуглого охотника тоже не сложилось: пилот включил оборудование в тот момент, когда траппер резал лазерным резаком голову следующего (или того же?) хищника. Военный снова приблизил изображение, пытаясь понять, что этот тип замыслил? Момент, когда тот стал вытягивать из вскрытой черепной коробки мозг животного, окончательно убил спортивный интерес пилота к происходящему, и он окончательно и надолго теперь уже выключил камеры, пытаясь отрешиться от увиденного и забыть то, что показали ему камеры челнока.

От затянувшегося безделья походил немного по грузовому отсеку — вернее, попытался, так сказать — все пространство отсека занимало какое-то оборудование, разложенное в несколько коробок разных размеров. Что это такое, он не знал и знать не хотел — его это не интересовало — его задание доставить груз на поверхность, потом изучить местность в районе ВПП, все зафиксировать. Половину дела он уже сделал, оставалась его меньшая часть — от раздумий и метаний по тесным помещениям курьера его отвлек звук стука по корпусу главного люка — сразу открывать не стал, мало ли кто там снаружи такой умный, может продвинутые звери! Протиснулся обратно в кабину и включил снова обзор — по левому борту, где располагался основной грузовой люк возле корабля стоял тот самый охотник, молотил прикладом своей мощной пушки и что-то кричал, время от времени озираясь по сторонам. Так как сидеть в тесной кабинке челнока мужчине конкретно надоело, да и что-то поесть он бы не отказался уже, то поспешил к люку, где активировал пандус и открыл вход.

— Не запарился тут еще? — охотник изучал пилота, щурясь от солнца, светившего ему слева — вылезай из своей коробки, закрывай, и идем ко мне. Скоро начнет темнеть, сегодня никуда не пойдем, ничего делать больше не будем — все остальное завтра,… ты голоден?

— Да, поел бы чего-то,… слушай, а где те двое и что там с женщиной? — летчик задраил за собой шлюз и спустился к охотнику — она жива?

— С Дорой все будет нормально — уклончиво ответил траппер, развернулся и зашагал к вездеходу — не отставай, как выяснилось, даже на побережье тоже можно отгрести проблем,… черт, мы даже не ожидали такого количества тварей здесь, возле океана!

Вояка шустро топал за траппером, а тот еще некоторое время негромко ругался и что-то бормотал о тварях, кошках и о каких-то гепардах-переростках — последние фразы пилот почти не понимал — толи это был охотничий жаргон, толи некие специфические названия местных животных, ему неведомые.

— Проходи — Виктор пропустил военного вперед, затем зашел следом и закрыл за собой дверь — нас сегодня двое,… иди вперед. Что застыл, никогда не был в охотничьих вездеходах?

— Нет — чистосердечно признался летчик, с интересом рассматривая оборудование фургона — даже теоретически о них не знаю, у меня своя работа, у вас своя. А где твои спутники, я не понял?

— Фручо будет завтра утром, а Дора нас покинула на месяц, как минимум, придется ей немного полежать в… — Виктор оборвал фразу, искоса глянув на военного — не бери в голову, завтра тебя разгрузим, и осмотришь местность. Я тут тоже впервые, кстати — здесь бывал мой техник, так что экскурсию проведем вместе. Сейчас поужинаем, потом можешь занять любую из коек: верхнюю или нижнюю, мне все равно,… можем потом немного на крыше посидеть, выпить по стаканчику и посмотреть на закат на фоне океана — очень красиво. Вот только перегоню фургон поближе к воде, чтобы океанским воздухом подышать перед сном.

— А мой челнок, как с ним?

— А что твой челнок? — удивился охотник — ты его закрыл и все! Звери не такие умные, чтобы забраться внутрь, да и не полезут они туда, где добычей не пахнет — а отсюда мы уедем на ночь, здесь лежит слишком много дармового мяса и сильно пахнет свежей кровью. За ночь местные жители подчистят тут все без нас, а спать рядом с ночным пиром не самое мудрое решение,… еще приползет что-то большое и голодное. Да и вообще: по условиям договора ты его бросаешь тут, тебя я обязался доставить в Версолу-5 — было бы о чем думать,… кусок металла.