Я выбираю...
Шрифт:
Через час в дверях появилась Ксюша, потирая свой уже вполне выпирающий животик, и загнала всех в дом, в том числе и меня. Кажется, я в этом доме на правах третьего ребёнка. Пошла переодеваться к себе, да так и уснула, неожиданно для себя. Надела сухую одежду, упала на кровать в думах думных и вырубилась.
Проснулась от глухого звука удара и смачного мата в исполнение Державина. Это он запнулся об одну из моих коробок, которыми был уставлен весь пол.
— Ты эти баррикады когда-нибудь разберёшь?! — выругался он.
— Если я их разберу, то рискую остаться
— Ну, чего хотела? — плюхнулся рядом Влад. — Ксюшка сказала, что ты с утра нашу спальню чуть ли не приступам взять порываешься.
— Так сколько дрыхнуть то можно? День на дворе! — возмутилась я.
— Сама-то что сейчас делала?
— Это не то, у меня был дневной сон, а ты вот явно утро проспал, — заем-то тянула я время. Наконец-то Державин был в моём распоряжении, и я слегка заволновалась от того, что могу узнать от него.
— Дык, я в отличие от некоторых ещё и работаю. И не могу себе позволить, не прийти, — последней фразой он намекал на меня.
— Я исправлюсь, — пообещала с честным видом. — Вот послезавтра на смене и исправлюсь. Оба дня отработаю без единого нарекания.
Влад лишь покачал головой. В этот момент чувствовала себя ребёнком, который клянётся больше не подсовывать кнопки учителю на стул, все ему верят, но знают, что это до первой свободной минуты, когда ему скучно не станет.
— Это при условии, что ты ещё работаешь…
— А я работаю? — уточнила на всякий случай, хотя ответ был очевиден.
— Это надо у Семёныча спросить, — удачно перевёл все стрелки Державин.
Владимир Семёнович — был грозным управляющим в «Пеликане», который держал весь персонал железной хваткой. Мне даже казалось, что и Державин был под полным его контролем. И самое страшное, что мне ещё предстояло держать перед ним ответ за свой прогул.
— Договоримся? — невинно захлопала я ресницами.
— Должна будешь, — заверил меня Влад. Ничуть в этом не сомневаюсь. — Ладно, чего хотела-то?
Я замолчала, выбирая нужный вопрос. Почему-то казалось, что как в случае с золотой рыбкой у меня есть только один правильный ход. Я задумалась.
— Ты знаешь, почему Чемезов ушёл из академии?
Влад обречённо вздохнул.
— Может, я тебе всё-таки конверт весь всучу, и ты не будешь доводить меня своими вопросами?
— Неа, мне всё не надо.
Он не понимал, впрочем, я сама себя не до конца понимала. Но казалось неправильным, читать про них всех. Словно я вторгалась на какую-то запретную территорию. Но у меня были вопросы, на которые мне просто жизненно необходимо получить ответы.
— И как долго ты будешь из меня информацию крупицами выуживать? Знаешь, очень похоже на то, что ты пытаешься квест пройти, но при каждой трудности, подсказку просишь. Чего у Ивана своего не спросишь? — всё-таки Державин в отличие от меня здорово повзрослел.
— Он не мой, — буркнула я. — Поэтому и не могу спросить. Он не скажет. А мне надо знать, почему он из академии ушёл. Влад?
— Эх, Лизка, вечно у тебя какие-то драмы. Ладно, слушай. Не уходил он из академии. Вернее
Влад сказал, а я подумала, что сама уже знала об этом, вернее догадывалась. Ведь Ванька бы в жизни добровольно не свернул с намеченного пути. Но даже, несмотря на свои догадки, я удивилась. Всегда была уверена, что всё у него получится, закончит он свою школу милиции, получит заветные корочки и пойдёт доблестно и страстно служить в полицию. С его-то страстью всех спасать. Что же там случилось?
Державин с интересом разглядывал мою реакцию, видимо хотел съехидничать, но сдержался. И я решилась на следующий вопрос.
— Ты знаешь, за что его исключили?
— Это уже второй вопрос, — издевательски улыбнулся он.
— Ну, Владичек!
Он махнул на меня рукой.
— Не то чтобы точно знаю. Но от знакомых курсантов слышал, что Иван твой кому-то по роже съездил. Причём хорошо так съездил, аж нос сломал. Там целый скандал с разбирательствами был.
— Кому-то из офицеров?
— От чего же. Гражданскому, просто у чувака родители со связями были. Вот Чемезова твоего и взяли за яйца.
— И ты знаешь, кому он врезал?
— Знаю, — самодовольно кивнул Влад, даже погладил себя по животу. — Но не скажу! Сама попробуй догадайся. Три попытки даю.
Хотела возмутиться, но плюнула на это дело. Влад, явно со мной играл и считал правильным, чтобы я сама всё сопоставила.
Думай, Лиза. Ты уже знаешь ответ, только ещё не осознала его. Если Державин говорит, чтобы я сама догадалась, значит, я знаю этого человека. И этот человек скорее всего должен быть связан и со мной, и с Ванькой, и судя по Державину, с ним тоже. Таких знакомых раз, два и всё… Только вспомнить надо. Или не надо. Фотография, про которую вчера говорил Чемезов. Её мог сделать только один человек, про которого я вчера не подумала, но он совершенно точно был в ту ночь в кальянной.
— Игорь. Толмачёв?
— Умница, дочка! — похвалил меня друг и даже потрепал за ухо.
Глава 27
Моё море, прошу тебя, не выплюни меня на берег во время очередной бури твоих истерик.
Я так давно тебя искал по грязным пресным руслам, зубами сети рвал, напрягая каждый мускул.
(с) Noize MC
Следующие три дня я прожила без всяких нареканий с чьей-либо стороны. Навела порядок в комнате, убрав раскиданные вещи и расставив коробки с сумками вдоль стены, зачем-то съездила на СТО, проверила машину, после ночных приключений с Ваней. Затем два дня, как и обещала, честно проработала в ресторане под недовольные взгляды Семёныча. Не то чтобы я делала что-то запретное, просто я ему не нравилась. Можно было, конечно, найти подход и к управляющему, но мне не хотелось. Жаждала жизни без особого отношения? Вот и получай. В этот раз смены прошли не так мрачно. Наверное, я втянулась, ну или просто старалась гнать от себя все недовольные мысли. Выжимала из себя максимум, отчаянно улыбаясь каждому из посетителей.