Я выбираю тебя
Шрифт:
– Ну, не все такие, как ты, Эш.
– Не осуждай его. У него есть семья, о которой нужно заботиться, как и у многих других аристократов. Но у меня семьи нет.
– Конечно, есть. А мы с тобой кто, а? Кроме того, если с тобой что-нибудь случится, Иззи никогда больше не простит мне этого.
Губы Эшби расплылись в улыбке.
– Знаешь, я просто сбегу с ней в Гретна-Грин, если она будет и дальше продолжать так улыбаться.
– Молю тебя, сделай это! Сбеги с ней вместе! Восстанови наше душевное равновесие! – Уилл
– О Господи! Только взгляните на себя! – Сдвинув брови, леди Гиацинта окинула взглядом покрытые пылью мундиры молодых людей. – Вы должны умыться и переодеться перед обедом. Уилл, любовь Моя, не проводишь ли ты Эшби в комнату для гостей?
Когда все домочадцы собрались за столом, Эшби заметил, что Изабель отсутствует.
– Ну и ну, Эшби! Глядите-ка! – Чарлз Обри, виконт Стилгоу, одобрительно оглядел гостя. – Ты теперь майор? Впечатляет. Весьма впечатляет, старина. Кто бы мог подумать в те старые добрые времена в Кембридже, что однажды ты станешь героем войны?
Эшби с улыбкой кивнул:
– Я и сам до сих пор не оправился от шока. – Наклонившись к Уиллу, он шепотом спросил: – А где Иззи? Она что, не будет ужинать с нами?
Уилл пожал плечами:
– Понятия не имею. Она никогда не пропускает ужин, когда ты приезжаешь. – Он посмотрел на девочек, сидящих на противоположной стороне стола. – Теодора, Фредерика, где ваша сестра?
– Она в недоговании! – провозгласила крошка Фредди, решительно тряхнув головой.
– В негодовании, – поправил сестренку Уилл. – Так где она?
– Очень высоко. В мансарде со своим щенком, – объявила присутствующим Тедди.
– Вовсе нет! – возразила Фредди. – Она в своей комнате. Иззи сказала, что не спустится к ужину до тех пор, пока мама не позволит оставить ей этого черного щенка. – Девочка умоляюще посмотрела на мать: – Мама, можно мы тоже заведем себе щенков?
Леди Гиацинта фыркнула:
– Нет, нельзя. И Иззи тоже нельзя. Если ее упрямство сильнее чувства голода, пусть остается в своей комнате, пока не проголодается.
– Возможно, мне удастся уговорить ее присоединиться к нам, – предложил Эшби и, встав из-за стола, отправился наверх. Он не знал, какая именно комната принадлежит Иззи, поэтому осторожно ступал по коридору, прислушиваясь к доносящимся из-за дверей звукам. И вскоре он услышал плач. Эшби сглотнул и тихонько постучал в дверь.
– Уходите! – всхлипывая, выкрикнула Изабель.
– Это Эшби, Изабель. Можно войти?
– Нельзя. Я одна.
Эшби с улыбкой покачал головой. Малышка беспокоится о приличиях. А почему нет, черт возьми? Он мужчина, а у нее есть все основания считать себя юной леди.
– В таком случае я оставлю дверь открытой.
– Хорошо, – всхлипнула Изабель.
Девочка сидела на полу и вертела в руках корзинку. Ее большие голубые глаза покраснели, а нос распух от слез. Оставив дверь приоткрытой,
– Ну и где же этот черный дьяволенок? – спросил он, оглядывая комнату. Он никогда еще не посещал спален юных девушек. В комнатах более взрослых леди да, бывал, но там не было розовых занавесок, отделанных рюшами, и кукол на кровати.
– Он спрятался под кроватью. – Изабель высморкалась, не поднимая глаз на Эшби. – За ним гонялись по всему дому, и он перепугался до смерти, бедняжка.
– Нет, он не испугался. – Эшби опустился на пол рядом с девочкой, поставив одну ногу на ковер и положив руку на колено. – Он слишком юн, чтобы понимать, что такое страх. Возможно, он считает, что все это просто веселая игра. Он скоро выйдет. Вот увидите.
– Я попыталась его выманить, но он не идет. Неудивительно, что он и меня теперь боится.
– А вы пытались предложить ему угощение?
Изабель указала на миску с молоком, стоящую у кровати:
– Он к нему не притронулся.
Когда-нибудь и у него будет такая же дочка, с удовольствием подумал Эшби.
– А вам не кажется, что вы принимаете все слишком близко к сердцу? Он всего лишь пес, Иззи.
– Но я несу за него ответственность.
– Вы сами так решили?
– Да. – Девочка подняла голову, и ее шевелюра вспыхнула сотней огненных кудряшек, похожих на солнечный закат. Ее глаза горели от переполнявших ее чувств, округлые щеки залил румянец, а губы подрагивали от гнева. – Нельзя завязать глаза и сделать вид, что не замечаешь чужих страданий. Или еще того хуже – переложить ответственность на плечи других. У этого щенка нет никого в целом мире, Эшби. Неужели вы не в состоянии этого понять?
Горло Эшби сдавило судорогой. Маленькая девочка? Зачем он себя обманывает? Рядом с ним сидела маленькая женщина, способная разбить сердце не одного мужчины и поработить его душу.
– Да, он всего лишь собака, но он также совсем малыш, да к тому же сирота. Ему необходима чья-то любовь, а иначе как выжить?
– Животные выживают и без любви, – мягко возразил он.
Изабель посмотрела на него с таким презрением, словно он был самым жестоким человеком на свете.
– Спасибо за то, что пришли, милорд, но мне кажется, ваш ужин остывает.
Ледяного взгляда Иззи Эшби вынести не мог.
– Если я пообещаю хорошо заботиться о щенке, вы позволите мне забрать его с собой?
В глазах девочки промелькнул ужас.
– На границу с Испанией?
– Многие военные держат собак. Он может оставаться в обозе, пока я...
– Пока вы рискуете собственной жизнью, – закончила Изабель, и слезы заструились по ее щекам цвета топленого молока. Ее глаза снова заблестели, Только на этот раз Эшби увидел в них что-то новое – а именно беспокойство за его жизнь. – Простите меня за грубость. Вы самый добрый, самый великодушный человек...