Я все нашел...
Шрифт:
— Ты выглядишь просто восхитительно в этом платье, — сделал ей комплимент Филипп.
— Тебе незачем притворяться, когда мы одни.
— Я не притворяюсь.
— Нет, притворяешься. И сам это прекрасно знаешь… точно как тогда, когда сказал, что у меня поразительные глаза, — угрюмо напомнила она. — Можешь отложить исполнение своей роли до тех, пока мы не выйдем из машины.
Получив это пугающее своей прозаичностью заверение, Филипп почти вызывающе произнес:
— У тебя действительно прекрасные глаза.
Одри тяжело вздохнула.
— Чего
Филипп обнял ее за талию и привлек к себе, и у Одри даже не появилось мысли, что она не должна делать того, что в эту минуту ей больше всего хотелось сделать. С жадностью он приник губами к ее губам, и Одри не оказала ни малейшего сопротивления. Они стали медленно опускаться, пока не оказались лежащими на заднем сиденье.
Спустя показавшиеся им вечностью мгновения, после страстного обмена поцелуями, прерванными, когда обоим перестало хватать воздуха, Филипп поднял голову.
— Машина стоит, — слегка нахмурившись, заметил он. — И шофера нет.
Поднявшись, Филипп увлек Одри за собой, и ей показалось, будто она вынырнула на поверхность из пучины всепоглощающей страсти. Филипп снял с нее диадему, поправил растрепавшиеся волосы и водрузил украшение на место.
— Пожалуй, дорогая, нам лучше появиться перед гостями… Свадебные торжества не принято проводить без жениха и невесты.
Улыбка мелькнула на губах его чувственного рта. Сердце Одри затрепетало от этой улыбки, и потребовалось добрых пять минут, чтобы она пришла в себя. Помогая покинуть машину, Филипп подал ей руку и неторопливо поправил складки на платье. Затем наклонился и, прежде чем Одри успела что-либо сообразить, подхватил на руки.
— Такова традиция, милая. Расслабься, — язвительно посоветовал Филипп, заметив в ее глазах смятение. — Если ты когда-нибудь вздумаешь сесть на диету, я насильно стану кормить тебя каждый вечер шоколадными тортами.
Окончательно сбитая с толку, Одри позволила внести себя в дом, и со стороны это выглядело так, словно настоящая невеста появилась на своей свадьбе. Застыв на пороге, Максимилиан с нескрываемым удовольствием наблюдал, как приближаются «новобрачные».
Когда они поравнялись с ним, он улыбнулся и восторженно сообщил:
— Прилетел Джоуэл, Филипп. Он привез почту, поступившую в банк на твое имя, и гостя, которого, я уверен, вы будете очень рады видеть. Я еще не поделился с ними всеми вашими новостями. Обожаю сюрпризы!
Действительно, стоило Филиппу появиться в холле на руках с Одри, шлейф подвенечного платья которой тянулся за ними, словно огромное знамя, как Джоуэл Кемп застыл на месте с отвисшей челюстью.
— Закрой рот, Джоуэл, — Филипп улыбнулся, — ты похож на рыбу, выброшенную из воды.
Из-за спины Джоуэла выглянула роскошная блондинка в костюме, расцветкой напоминающим шкуру леопарда. Увидев жениха и невесту, она издала похожий на шипение звук, и лицо ее исказила недоуменная гримаса.
— Стелла?! — не веря своим глазам, радостно воскликнула Одри. — Филипп, познакомься,
Прищурившись, Филипп остановился и внимательно посмотрел на улыбающуюся блондинку.
— Здравствуйте, Стелла. Жаль, что вы не успели на церемонию бракосочетания.
— Стелла, это — Филипп. Филипп Мэлори, — объявила Одри, гордая тем, что может представить своей знаменитой сестре человека, достойного ее внимания.
— Кто же не знает Филиппа Мэлори?! — воскликнула Стелла, безуспешно строя глазки Филиппу, который и бровью не повел, а с каменным лицом продолжал смотреть на нее.
— Как ты меня нашла? — спросила Одри, все еще остававшаяся на руках у Филиппа, и смущенно заморгала, когда фотограф выступил вперед, чтобы сделать новый снимок.
— Ты оставила адрес Филиппа, дорогая. И когда я там появилась, то столкнулась с милашкой Джоуэлом и упросила его взять меня с собой.
«Милашка Джоуэл» растерянно покосился на босса и виновато улыбнулся. Филипп пронзил его гневным взглядом, и лицо Джоуэла стало напряженным.
— Поздравляю, Филипп, — все же удалось выдавить молодому человеку. — Одри, мои самые наилучшие пожелания. Должен признаться, не ожидал такого развития событий.
Филипп медленно опустил Одри на пол.
— Извини, дорогая. Мне надо срочно позвонить.
Стелла приблизилась к сводной сестре и обняла ее.
— Мне тебя очень не хватало все это время, — призналась она Одри под взглядом Максимилиана, с явным одобрением наблюдавшего за столь нежными проявлениями сестринской любви.
Удивленная необычным поведением Стеллы, Одри покраснела.
— Я тоже по тебе скучала. Как там Голливуд? Максимилиан удалился, в ту же секунду улыбка исчезла с лица Стеллы.
— У меня там ничего не вышло, — она раздраженно передернула плечами, — я вернулась в Лондон в надежде, что ты приютишь меня.
— О нет! — испуганно воскликнула Одри.
— А когда я выяснила, что ты во Франции с милым старичком Максимилианом, то начала молить Бога, чтобы в его доме оказалась свободная комната для гостей! — Зеленые глаза Стеллы внимательно наблюдали за виноватым и озабоченным выражением лица сестры. — Поскольку сейчас у меня ни пенни, выбора у меня не было.
— Да-да, конечно, — поддакнула Одри, надеясь, что Максимилиан и Филипп не станут возражать, если Стелла погостит здесь.
Рядом с сестрами вдруг вырос Филипп. Хотя Одри с радостью еще несколько минут поболтала бы со Стеллой, она понимала, что это невозможно, когда гости ожидают праздничного банкета.
За столом она сидела между Максимилианом и Филиппом. Стелла устроилась рядом с отцом Кристофом, который решил порассуждать о пользе ранних браков и о преимуществах больших семей. Стелла сделала несколько довольно неуместных замечаний, после чего не проронила ни слова, лишь время от времени зевала от скуки.
После ланча Одри отправилась в туалетную комнату, чтобы поправить прическу. Выйдя оттуда, она столкнулась с сестрой.