Я влюблена
Шрифт:
– Здорово. Многое значит для тебя?
– Не то чтобы… Так, ерунда… Теперь уже не столь важно.
– Поэтому я больше не сделаю ни одной татуировки. Моя спустя несколько лет стала меня раздражать. И ходи теперь всю оставшуюся жизнь! Но твоя мне нравится, очень притягательно…
– Хм, спасибо.
У меня из головы не выходило его прикосновение. Опять знак свыше? Эй, я в вас не верю, помните? Кажется, именно тогда я окончательно призналась себе, что Пит мне жутко нравится.
– Покажешь мне свою? – спросила я.
Пит буквально просиял, а спустя мгновение
– Быть может, когда-нибудь. Но не здесь и не сейчас.
Проболтав ещё полвечера обо всём и ни о чём, мы не заметили, как большинство гостей ушли.
Я осознала, что, наконец, почувствовала себя счастливой, впервые за долгое время. Хотя, наверное, правильнее сказать, радостной. Тот период жизни казался мне сложным. Я ещё толком не оправилась от прежней истории любви. Мне был крайне необходим глоток свежего воздуха, и наша с Питом беседа смогла немного привести меня в чувство.
Спустя ещё пару фраз Пит выпалил:
– Апрель, выходи за меня! – взгляд его был вполне серьёзным, хотя и немного пьяным. Это не было похоже на глупую шутку.
Я ответила ему фразой на другом языке, которую сейчас уже и не воспроизведу по памяти. Пит вопросительно посмотрел на меня, ожидая пояснений.
– Это на шошони, – уточнила я, – «Обещать не значит жениться».
– Шошони? Ммм, откуда знаешь его?
– Я не знаю шошони, только пару фраз… – алкоголь уже целиком овладевал мной, хотелось говорить без остановки, – был один знакомый, который научил меня.
– И что за знакомый? – Пит беспричинно заулыбался. Возможно, ему нравилась моя откровенность.
– Я его почти не знаю… Но была влюблена в него всем сердцем… – мои пальцы нервно барабанили по стакану, а взгляд стремился в никуда. На секунду я задумалась, позабыв о собеседнике, и воспоминания меня поглотили.
Пит помолчал, а затем снова выпалил:
– Выходи за меня!
– Перестань, Пит! Перед тем, как делать подобные заявления, нужно хорошенько подумать. Девушка ведь может и согласиться!
– Я вполне серьёзно. Что мне сделать, чтобы ты поверила? – его взгляд начал рыскать по стойке в поисках чего-нибудь подходящего, и тут он вынул из пачки сигарет фольгу, скрутил её в колечко и протянул мне. – Теперь ты веришь?
– Пиииит! Ты меня смущаешь. Прекрати сейчас же это представление.
– Это не представление. Ты очень интересная и… именно такая, какой я увидел тебя. В нашу первую встречу, – произнося это, он надевал мне на палец кольцо из фольги, а я наблюдала за происходящим в полной растерянности.
– Так всегда бывает поначалу. Ты ведёшь себя, словно с тобой подобное приключилось в первый раз, – я старалась не смотреть ему в глаза, поэтому уставилась на свой бокал виски, в котором плавал почти растаявший лёд. Да-да, я уже пила виски.
– Вообще-то…
– Нет! Только не произноси вслух, умоляю! Начинает походить на плохо спродюсированный фильм с картонными персонажами и предсказуемым сюжетом.
– Может, мы и вправду в кино? Главные герои какой-нибудь замечательной истории любви со счастливым концом?! Мм? – Пит подставил свой бокал виски к моему так, чтобы
– Мне пора домой. Всё это здорово, конечно, но завтра ещё и на работу вообще-то.
– Улетаешь домой?
Я успела позабыть, что прикинулась стюардессой.
– Да. Нужно, чтобы перед рейсом всё выветрилось, и мне не было плохо.
– Где ты остановилась?
– Эээ… компания оплачивает нам гостиницу, – моё враньё зашло слишком далеко.
– Я тебя провожу, – настаивал уже основательно выпивший Пит. – Знаешь, теперь мне жаль, что у тебя такая работа… Нет, стюардесса – это безумно романтично и… сексуально, если позволишь. Но ты живёшь в другом городе, и хоть у тебя здесь полно друзей, мы не сможем видеться подолгу. Меня это огорчает.
– Кажется, твоё предложение руки и сердца было вежливо мною проигнорировано, – я уже вставала из-за стойки и набрасывала обратно на плечи тёмно-синий жакет.
– Кстати, так ты выйдешь за меня? – Пит тоже попытался встать, слегка пошатываясь.
– Пит! Я уже дала тебе шанс не совершить главную ошибку в жизни. Не испытывай моё терпение, прошу.
– Где находится твой отель?
– Тут недалеко, я пешком дойду, не переживай.
– Что значит «не переживай»? Пойдём, я хочу проводить тебя.
Я не знала, как отвязаться от Пита. Просто сознаться, что весь вечер лишь корчила из себя повелительницу неба? Ни за что. Я буду выглядеть до неприличия глупо.
– Что ж, ладно, давай попробуем…
Попрощавшись с Биллом и оставшимися гостями, мы вышли из бара и направились в сторону моего настоящего дома. Черт меня дёрнул про гостиницу сказать! Можно ведь было соврать, дескать, я часто сюда летаю, поэтому мы с коллегами снимаем тут квартиру, или что у меня осталось здесь своё жильё. Но слово – не воробей. Гостиница, так гостиница. Я представила, как Пит провожает меня в фойе дорогущего пятизвёздочного отеля, в котором всё из дерева и золота, швейцары в тёмно-красной форме катят тележку с багажом и попутно улыбаются мне, а на ресепшн улыбчивый администратор учтиво кивает в знак приветствия. Из мира грёз я вернулась благодаря мысли, что нужно срочно что-то придумывать, иначе Пит меня раскусит.
Мы почти подошли к моему дому, когда я вспомнила, что раньше видела неподалёку вывеску крохотного отельчика. «Должен быть где-то здесь».
– Всё, мы пришли, – резко затормозила я.
– И в самом деле, поблизости. Но почему вас не селят рядом с аэропортом?
– Договорённость о скидках с хозяином этой дыры.
Пит встал напротив меня, и я сама не заметила, как мои руки оказались в его руках.
– Можно я тебя поцелую?
В любой другой день вряд ли бы мне пришлась по душе идея целоваться с кем-то незнакомым на первом свидании, которое и свиданием-то не назовёшь. Но выпитый алкоголь, эпизод с татуировкой и разыгранный спектакль под названием «у меня очень ветреная профессия, поэтому и сама я вся такая неземная» снизили рейтинг первого поцелуя прямо сейчас от «исключено, это неприлично» до «почему бы и нет?». Тем не менее я подставила только щёку.