Я вернусь...
Шрифт:
Дальше пошел обычный бред про заносы на дорогах и гололед, про новомодные химические смеси, которые на поверку оказались хуже обыкновенного песка пополам с поваренной солью, и Юрий уже собрался было переключиться на другой канал, как вдруг застыл, не донеся до открытого рта вилку с наколотым на нее куском колбасы.
– Сегодня утром в своей квартире был обнаружен труп Зинаиды Штерн, секретаря небезызвестного адвоката Лузгина, – деловитым бесцветным тоном произнесла дикторша – судя по голосу, молодая и привлекательная. – По заключению экспертов, смерть наступила
Юрий осторожно положил вилку. Вот так... Паралич сердечной мышцы? Ну конечно, а что же еще?.. И ведь она тогда вовсе не продать себя пыталась! Помощи она у него просила, обыкновенной помощи и защиты, а он, осел надутый, этого не понял. Ничего он тогда не понял и гордо послал ее подальше, ограничившись грозным предупреждением Лузгину: не тронь, мол, секретаршу, голову оторву! Лузгин-то его послушался, не тронул, сбежал, но ведь был еще и Зимин! Умный, хитрый Зимин, скользкий и опасный, научившийся по собственному желанию вызывать у людей внезапный паралич сердечной мышцы...
И тут Юрия прорвало. Опрокинув табурет, он метнулся в комнату, схватил телефонную трубку и трясущимся от ярости пальцем накрутил на диске номер Зимина.
– Слушай меня, сволочь, – сдавленным голосом произнес он, когда абонент ответил. – Не думай, что это сойдет тебе с рук. Я тебя уничтожу, подонок.
Странно, но Зимин сразу понял, кто ему звонит.
– А, Юрий Алексеевич, – спокойно ответил он. – Что же нам с вами делать? Как поступить? Похоже, что вдвоем нам на этом свете тесновато.
– Приходи в Клуб, мразь, – сказал Юрий. – Я покажу, что делают с такими, как ты. Один на один, идет? Без оружия, один на один и до конца. Попробуй хоть раз в жизни быть мужчиной. Даю слово, что буду молчать обо всем, если ты согласишься со мной драться.
– О чем это вы намерены молчать? – насмешливо спросил Зимин.
Это была плохо замаскированная попытка прощупать противника, и Юрий, как ни был взбешен, понял это сразу и сразу же сообразил, что нужно сказать. Ведь он был для Зимина динозавром, тупицей, неспособным даже распорядиться собственными деньгами. Где уж такому разгадать тонкую игру уважаемого Семена Михайловича! Господи, неужели он и впрямь настолько туп и самоуверен?
Но попытаться, пожалуй, стоило.
– О ваших с Лузгиным проделках, вот о чем! – медвежьим басом проревел Юрий в трубку. – Обчистить меня захотели? Не вышло, голубчики! За такие штучки отвечать надо, понял? Ты понял или нет, я тебя спрашиваю! Адвокатишка твой сбежал, но ты мне ответишь
Зимин, казалось, был удивлен. Еще бы ему не удивиться!
– И это все? – осторожно спросил он.
– Ты что, козья морда, издеваться вздумал? – вскипел Юрий. – Что значит – все? Этого, что ли, мало? Ты что, гнида, лоха себе нашел? Да я таких, как ты, в Грозном пачками клал!
– Ах, в Грозном, – словно уяснив для себя что-то важное, протянул Зимин. – Ну, тогда понятно...
– Что тебе понятно, урод? Что? – поддал жару Юрий.
– Понятно, почему Лузгин считал вас... гм... не вполне обычным человеком. Вернее, понятно, откуда у вас эти странности. Последствия контузии сказываются?
– Посмейся, козел, – сказал Юрий. – Я, значит, дурак контуженый, а ты умный, да? Погоди, я еще разберусь, от какого такого паралича Мирон помер. Здоровый, молодой мужик, и вдруг – паралич сердца... Он мне, между прочим, намекал, что вы с Адреналином чего-то крутите... Погоди, сволочь, дай только срок, я тебя выведу на чистую воду!
– Мы с... Ах, вот как! Любопытно.
– Любопытно ему! Ты в Клуб придешь или нет?
– А какой мне с этого навар? – лениво поинтересовался Зимин. – Ты учти, военный, что номер твой у меня на определителе засветился. А что если я к тебе домой пару человек со стволами зашлю?
– Определитель?.. Вот, сука... – Юрий сделал вид, что растерялся, но его притворная растерянность длилась недолго. – Да плевал я на твой определитель, и на бойцов твоих плевал! Ты денег моих хотел, сволочь? Хрен ты их получишь с покойника! Хочешь деньги – приходи в Клуб и выйди против меня, как мужик. Номер счета и генератор паролей я принесу с собой. Нет, погоди, так не пойдет... Ага, вот как! Я их спрячу в надежном месте, а в кругу, как сойдемся, скажу тебе, где они лежат. И все будет по-честному. Одного понесут вперед ногами, а другому достанутся бабки.
– Так уж и достанутся?
– Слово офицера! Ты знаешь, что это такое – слово офицера? Это алмаз!
– Алмаз, блин... – Зимин вдруг коротко, как-то неуверенно засмеялся. – Черт, заманчиво! Бред собачий, но заманчиво! Это Адреналин, шизик чокнутый, меня заразил... Что ж, для разнообразия можно попробовать. Так, говоришь, слово офицера? Нет, не верю. Ну, не верю, не бывает так. Приноси генератор с собой, покажешь мне его, и будем драться. Не бойся, засады не будет. Некого мне в засаду сажать, если честно. Не будет засады, слово бизнесмена.
– Пф, – презрительно фыркнул Юрий.
– Ошибаешься, дружок. Тот, кто за свои слова не отвечает, в бизнесе долго не живет. Это закон джунглей... Ну, чего испугался? Ты же сам позвонил, сам драться хотел – по-честному, по-мужски... А? А теперь на попятную? Жизни тебе не жаль, а за денежки дрожишь? Не дрожи, военный. Ты меня достал, понял? Не ты один яйца в штанах носишь, приятель. Встретимся в Клубе. Генератор не забудь. Что я, дурак – даром об тебя мараться?
И бросил трубку. Поговорили, в общем.