Я Ведьма
Шрифт:
– Вам нужна помощь? – спросила я, поняв по взгляду незнакомца, что к нему пришло осознание того, где он находится. Парень молчал и смотрел на меня в упор. Мне стало неловко, и я улыбнулась. Я хотела сказать, что услышала крик, и поэтому вошла, что не хотела его беспокоить, но меня опередила старушка, которая быстрыми шагами вошла в палату и, подошла к парню и сунула ему в руку стакан с водой и дала какую-то таблетку. Он положил таблетку в рот и выпил воды и вернув стакан старушке. Она молча потрогала его лоб ладонью. Только сейчас я заметила, что парень весь покрыт потом.
– Всё нормально, – прошептал
Старушка подошла к противоположной от кровати стене к окну и открыла жалюзи. Комната мгновенно наполнилась светом заходящего солнца. Все прищурились на какое-то мгновение, пока глаза привыкали к новому освещению. Я вновь посмотрела на парня, когда в моих глазах возникла чёткая картинка. Он продолжал смотреть на меня в упор, а я уставилась на его огромный шрам на левой стороне лица, который начинался у лба проходил через висок вниз по щеке, шее и уходил под футболку на груди. Из-за шрама парень не выглядел уродливо, продолжал оставаться красавчиком. Меня поразил не шрам, его длинна, и в голове сразу начали появляться мысли, как парня так угораздило получить такое рассечение.
– Вы кто? – задала вопрос старушка, обращаясь ко мне.
– Ника, здравствуйте! – представилась я и улыбнулась.
– Здравствуй, Ника! Идёмте со мной, побеседуем в другом помещении, и ты мне расскажешь цель визита, – произнесла старушка и пошла в мою сторону, выставив правую руку вперёд, как бы пытаясь меня обнять за талию, но на самом деле, выпроваживая меня из палаты. Я не стала сопротивляться и повернулась к двери, но перед тем, как выйти, вновь взглянула на сидящего на кровати парня. Он продолжал смотреть на меня светло-голубыми глазами, практически не моргая. Я не удержалась и улыбнулась, потому что никогда не видела таких больших светлых глаз, как у незнакомца, а потом повернулась к двери и сделала шаг к выходу. Я услышала, что кто-то вошёл в центральный вход фирмы, и через две секунды чуть не столкнулась с Рамилем Ришадовичем. Его произнесённая фраза, так и повисла в воздухе.
– Я сейчас вам такое расскажу!.. – произнёс он и резко замолчал.
– Здравствуйте, – поздоровалась я с ним, он кивнул, но по его взгляду было видно, что он не ожидал меня здесь увидеть.
Тут вновь вмешалась старушка, выпроваживая меня и профессора из палаты. Мы вышли в коридор, она закрыла дверь и указала на соседнюю, приглашая меня туда войти. Старушка мельком переглянулась с профессором и сделала непроницательное выражение лица, открывая соседнюю дверь, и ожидая, когда я в неё войду. Профессор так и остался стоять в коридоре молча, пребывая в недоумении.
Это помещение уже было похоже на кабинет. Здесь стояли столы и стулья для начальника и подчинённых, как в переговорном офисе, где проходит планёрка. Здесь было тоже одно окно, но напротив двери. Рядом с ним красовался высокий фикус Бенджамина, у левой стены стоял шкаф с открытой дверцей. Было видно, что там стоят папки с бумагами, на столе стоял принтер и ноут бук. Больше ничего не было, только белые стены, большое окно и такие же жалюзи на нём, как у парня в палате.
– Присаживайтесь, – предложила старушка. Я молча села, но смотрела на неё с желанием задать вопрос о парне. Она это будто почувствовала и сказала:
–
– Извините, что я туда вошла, просто не смогла оставаться в коридоре, когда он закричал. Подумала, что человеку нужна помощь. Я не знала в какую дверь войти, когда зашла сюда, пока раздумывала, он закричал, – выдала я на одном дыхании до сих пор пребывая под впечатлением, которое произвёл на меня парень.
– Он здесь, потому что вы ему помогаете психологически? – не удержалась я от вопроса и задала его следом после своего объяснения, как попала в палату к парню. Я заметила, что старушка смутилась на пару секунд, а потом кивнула.
– Мне всегда было интересно, как так у людей получается помочь психологически другим, чтобы те справились морально с произошедшей ситуацией. А у него сложный случай? – стала я размышлять в слух и вновь не удержалась от вопроса.
– Это замечательно, когда один желает помочь другому, потому что ему так хочется. У него частичная потеря памяти, и уникальный способ её восстановить, – начала объяснять старушка, переведя свой взгляд с меня на стену и принимая задумчивый вид, а потом вновь посмотрела на меня и продолжила: – Память к нему возвращается после того, как ему вновь приснится кошмар. А вы к нам по какому вопросу пришли?
Я не ожидала, что она так резко сменит тему, поэтому мне потребовалось секунд десять, чтобы ответить, потому что мысли никак не хотели переключаться с голубоглазого парня со шрамом на что-то другое, и я ответила вопросом на вопрос:
– А вы психологом здесь работаете?
– Ой, простите я не представилась. Наталья Игнатьевна. Я всю жизнь работала психиатром, но выйдя на пенсию, так и не смогла оставить свою работу, потому что мне нравится помогать людям, поэтому пришла работать сюда не раздумывая, когда ребята меня пригласили, – с улыбкой проговорила она.
– А я Ника! Очень приятно! Я веду вашу группу в соцсети. Вот пришла поздороваться.
– Ах, Ника! Точно! Простите, что я не сразу догадалась, когда вы представились в палате. Рада знакомству. Мне нравится, как вы из статей вычленяете главное. Это делала я, но поняла, что мне проще написать диссертацию, чем короткий пост.
Мы рассмеялись, и я сказала:
– Я очень рада, что Рамиль Ришадович взял меня в помощь вам. Я давно мечтала о такой работе. Мне нравится печатать и размышлять над тем, что пишу.
Старушка вновь приняла озадаченный вид, когда я начала говорить. По её выражению лица было видно, что она принимает какое-то решение, но никак не может выбрать какое. Тогда она встала и направилась к двери повторяя имя отчество профессора. Она открыла дверь и выкрикнула строгим голосом в коридор:
– Рамиль Ришадович, зайдите, пожалуйста ко мне!
Она не стала закрывать дверь, вернулась и села за стол. На её лице блуждала загадочная улыбка. Моё непонятно откуда взявшееся внутреннее чутьё, говорило, что здесь всё происходит не так, как надо, но решила не высказывать это вслух, а посмотреть на дальнейшее развитие событий. В такой ситуации раньше бы запаниковала, не пытаясь выяснить истину происходящего, покинула бы это место, но сейчас меня одолевало любопытство, и решила остаться. Я поняла, что хочу психологической игры, в первую очередь с самой собой.