Я в любовь нашу верю...
Шрифт:
Микан была миловидной зеленоглазой шатенкой с красным обручем в виде банта на голове. Одета она была в стиле а-ля «Алиса в стране чудес» — пышное оранжевое платье до колен, с шелковым зеленым поясом и ворохом оборок и кружев.
Нефрит был разочарован, но одно «но», что заставило его мрачную натуру поставить мысленную галочку в пользу исполнительницы. Хоть пение Ширатори ничем не отличалось от других, у нее все же было одно большое преимущество: Микан любили зрители. Несмотря на то, что она пока не поднималась выше выступлений в клубах Токио, ее однозначно ждало светлое
Переглянувшись с Джедайтом, лорд-звездочет прочел в его глазах ту же самую мысль, и мужчины, не сговариваясь, поставили певичке высший балл из всех возможных. Остальное — дело техники. Главное, чтобы юма не подвела, а в этом демон иллюзий был уверен — Дерера была одной из сильнейших ведьм в его изрядно поредевшем арсенале.
Когда адреналиновый бум сошел на «нет», Минако обессиленно растянулась на диване в своей гримерке. Артемис лежал рядом, мелодично мурлыкая. Эйфория, испытанная на сцене, была такой же, как и в былые времена, когда подруги приходили поддержать ее. Они словно подпитывали ее своими силами, придавая уверенности, а она возмещала им эту энергию сторицей.
«Может, они были сегодня в зале?» — мелькнула шальная мысль, но Айно отмахнулась от нее, когда вновь вспомнила о ссоре. Это неприятное воспоминание скользнуло наждаком по сердцу и девушка почувствовала, как на глаза навернулись слезы.
Внезапно дверь в гримерку распахнулась, и Минако подскочила с места, одним движением пряча Артемиса за спину. Если Ямамото или кто-нибудь другой из администрации клуба увидит кота, ей не сдобровать. Но ее опасения оказались напрасными, ведь на пороге стояла девушка в оранжевом платьице и с зеленым поясом — судя по всему, одна из выступающих.
— Ой, извините, я ошиблась дверью, — смущенно пробормотала нарушительница спокойствия и собралась было закрыть дверь с той стороны, как была остановлена восторженным окликом Айно:
— Вы Микан Ширатори, верно? — от возбуждения зрачки Минако расширились, и она, затаив дыхание и прижав кулачки к груди, неотрывно смотрела на «ту самую Микан», что однажды снялась в рекламе яблочного сока. Ее имя гремело на весь ночной Токио — не было такого завсегдатая клубов, кто не слышал бы о певице.
— Да.
Ширатори уже привыкла к подобному вниманию к своей персоне, хоть это порой смущало ее. Вот как сейчас, например.
Айно была в восторге. Она увидела знаменитость! Не такую, например, как Кёко Фукада*, но все-таки. Возбуждение огнем пробежало по венам, когда она, сделав шаг навстречу «той-самой-Микан», поклонилась в приветствии и представилась:
— А я — Минако Айно. Очень приятно познакомиться с вами.
К восторгу блондинки, девушка тоже улыбнулась и поприветствовала ее, добавив:
— И мне тоже.
— Э-э-э… — Минако замялась, не зная, что делать дальше. Ей хотелось нервно подпрыгивать на месте, как незрелой девчонке, но она сдерживала себя. — Можно ваш автограф? — наконец, выпалила она, с надеждой глядя на Ширатори.
— Почему бы и нет, — пожала плечами Микан. — Один момент, я только зайду к себе в гримерную. Подходите туда, хорошо?
Айно замахала руками:
— Ничего-ничего! Я мигом!
По-доброму подмигнув, Ширатори все-таки ушла, а Минако заметалась по гримерной в поисках блокнота и ручки. У Артемиса, что едва успел нырнуть в сумку, вновь зарябило в глазах, и он покачал головой, словно взрослый, что смотрит на потехи своего неразумного ребенка.
— Не скучай, я скоро, — пообещала Айно и выскочила за дверь. Остановившись на полпути, она развернулась в обратную сторону и бегом спустилась по запасной лестнице, где, насколько она знала, в комнате для дежурного персонала стоял автомат с освежающими напитками. Ей хотелось сделать приятное новой знакомой.
В темном углу коридора что-то закопошилось, и сердце Минако ушло в пятки — уж больно это что-то напоминало скрежет когтей по полу. Богатое воображение тотчас нарисовало девушке страшную картинку. Не рискнув проверить, что же кроется во мраке, Айно припустила вниз по лестнице, и шаги ее отбивали по ступенькам тот же мотив, что и сердце.
А в это самое время Микан прихорашивалась перед зеркалом у себя в гримерной. Конфуз с проникновением в чужую комнату сошел на «нет», и она успокоилась. Впереди еще было объявление результатов конкурса, и девушка хотела выглядеть как можно лучше. Да и нервы ей еще пригодятся, когда ведущий начнет тянуть кота за хвост, создавая интригу.
В дверь постучали, и Ширатори отвернулась от зеркала:
— Входите!
То, что воспользовалось ее приглашением, совсем не было похоже на недавнюю знакомую, и Микан в ужасе закричала, судорожно прижав ладони ко рту. Глаза ее, казалось, были готовы вылезти из орбит, а саму девушку словно парализовало.
Существо с серо-зеленой кожей, гаденько ухмыляясь, заперло дверь изнутри и теперь надвигалось на парализованную страхом певицу, позволяя той невольно фиксировать внешность монстра: коротенькое розовое платье, больше похожее на банное полотенце… Лысый череп, с затылка которого, впрочем, росли засаленные белые пряди волос… Заостренные уши и черные глаза, похожие на перезрелые оливки… А еще когти и клыки, каких даже в кошмарном сне не увидишь.
Все это пронеслось перед девушкой отдельными кадрами. Внутри нее все переворачивалось от страха, травмированное сознание так и норовило отключиться, но нет — Ширатори по-прежнему держалась, хоть и сжалась вся под холодным взглядом порождения тьмы.
— Мика-а-а-а-н!.. — протянула юма Дерера, глядя на жертву, гипнотизируя, и тут же открыла пасть. Вместе с гнилостным дыханием вырвалась прозрачная желеобразная субстанция, залившая певицу с головы до ног. Девушка хотела бы вскрикнуть, но не смогла — субстанция попала к ней в рот и тут же застыла, и уже через пару секунд несчастная Микан оказалась заточенной в прозрачное стекло, словно муха в каплю янтаря.
Последнее, что увидела Ширатори, погрузившись во тьму — это чудовище, уменьшающееся в размерах и принимающее ее облик. Глаза Микан закатились, и она лишилась сознания от нехватки воздуха.