Я в любовь нашу верю...
Шрифт:
— Я поняла. Его, фигурально выражаясь, надо гладить по шерсти, как кота, — задумчиво выдала Мако, внимательно посмотрев на Мицуно. — Что ж, остается только уповать на твои врожденные способности к дипломатии, — добавила она спустя некоторое время.
Ами кивнула и направилась в сторону гостиной, где Эйс сидел на том же месте, сжимая в руках чашку с остывшим чаем. Не моргая, он уставился в одну точку — очевидно, о чем-то размышляя. Кейто вздрогнул, когда Мицуно присела рядом с ним и несмело улыбнулась.
— Как она? — тихо осведомился он. — Мне ведь
Ами кивнула. Воцарилось неловкое, напряженное молчание, которое девушка все же рискнула нарушить своей небольшой, но продуманной речью:
— Послушайте, мистер Эйс, вам лучше вернуться к себе домой. Вы устали и неважно выглядите. Я все понимаю, — Мицуно подняла руку, выставив ладонь вперед, предваряя возражения, готовые сорваться с языка парня, — Минако дорога вам несказанно больше, чем вы показываете окружающим. Вы любите ее, Кейто.
Парень опустил голову. Ами попала в самую точку, и ему не осталось ничего иного, кроме как глухо ответить:
— Люблю.
— Тогда, — мягко продолжила Мицуно, — вы должны желать ей только счастья.
«А вот тут можно поспорить, — подумал Эйс. — Адонис готов всем пожертвовать ради этого, даже собой; но Данбурит… Действия его тяжело назвать благими».
А девушка тем временем продолжила:
— Неужели вы не верите, что мы тоже желаем Минако всего самого лучшего? Как ее подруги, мы любим Айно, несмотря на все возникшие между нами разногласия… Какие бы причины ни двигали вами, Кейто — отступитесь, — Мицуно твердо взглянула в глаза Эйсу. — Этим вы докажете, что действительно любите Минако.
Он кивнул, соглашаясь. Впрочем, Данбурит уже давно понял, что все потеряно. Еще до этого проникновенного разговора с реинкарнированной Амелией он перебрал в голове множество идей, касающихся проникновения в святая святых — комнату, где держали Минако. Идея с телепортацией была отвергнута темным Адонисом сразу же: воительницы не отходили от комнаты ни на шаг и, к тому же, частенько заглядывали к Айно, поверяя ее состояние. Если бы Данбурит рискнул объявиться там, то его неминуемо обнаружили бы: Минако вряд ли бы стала держать язык за зубами и выдала бы своего спасителя с головой каким-нибудь восторженным возгласом. И, даже если бы она не успела сказать и слова, все равно кто-нибудь из сенши мог войти в комнату, и тогда бы его темная демонская сущность была бы раскрыта.
Подумывал он всерьез и об убийстве воительниц. Данбурит мог напасть внезапно и умертвить девушек; но кто бы дал гарантию того, что он сам остался бы в живых после своей отчаянной атаки? Убил одну — тогда остались бы еще трое, и тогда главе Темного Агентства точно не пришлось бы наслаждаться обществом Темной Венеры. В общем, с какой стороны ни подходил офицер к делу, все заканчивалось провалом.
Наконец, Эйс принял решение. Он поднялся с места и произнес, скрепя сердце:
— Хорошо, мисс Мицуно. Вы, несомненно, правы — все мы устали и нуждаемся в отдыхе. Я, пожалуй, навещу Минако завтра, — он накинул на плечи пиджак и направился к двери.
Пройдя мимо девушек, он кивнул им в знак прощания. Усаги отошла от подруг и тоже последовала за Эйсом — на правах хозяйки дома. Кейто поклонился Цукино, сухо поблагодарив ее за гостеприимство, и ушел, унося в сердце великую досаду.
Едва дверь за Эйсом захлопнулась, девушки вздохнули свободнее.
— Ну, пошли дела кое-как, — с облегчением произнесла Мако. — Зря ты, Ами, пошла учиться на доктора. Политика или юриспруденция выиграли бы несказанно, заполучив тебя в их славные ряды.
Мицуно лишь потупилась и скромно улыбнулась.
— Так, девочки, теперь шутки в сторону, — произнесла Рей. — Самое время войти всем вместе в комнату к Айно и провернуть то, что пора было бы сделать уже давно — очистить Минако от похоти. Мы не знаем, что она преподнесет нам на этот раз, поэтому прошу: не позволяйте себя смутить. Если понадобится, действуйте грубо, ибо это уже не наша Мина… — Хино судорожно вздохнула и передернула плечами.
— И, Сейлор Мун… Ты наша последняя надежда. Забудь обо всем и просто помоги ей. Пожалуйста, — тихо закончила Мако.
— Я готова, — с несвойственной ей твердостью заявила Усаги. В тот момент всем показалось, что глуповатую девчонку словно подменили — так сильно преобразилась Цукино в тот момент. На лицо ее легла печать спокойствия и уверенности — как и в тот раз, когда она раз и навсегда уничтожила Похоть. Девушка отдавала себе полный отчет в том, что ей предстоит применить Очищение в третий раз за сегодня — если считать исцеление Юшико и мистера Ямамото двойным. А уж то, как это потом скажется на ее физическом самочувствии, Цукино уже не беспокоило.
Усаги сняла с платья брошь и, сжав в ее руке, начала:
— Лунная призма…
— Меркурий… — подхватила Ами.
— Марс…
— Юпитер…
— ДАЙТЕ НАМ СИЛУ! — закончили все вместе, и холл дома Цукино озарился цветными всполохами, над которыми главенствовал чистый белый. Еще миг — и все четверо, облаченные в Сейлор фуку, подошли к двери.
— Что-то там подозрительно тихо, — заметила Марс. — Ну что? По уже сложившейся традиции, я пойду первой.
Она решительно открыла дверь и вошла. Не успели остальные и шага за порог сделать, как услышали гневные возгласы Рей и поняли, что по ту сторону их явно не ожидает ничего хорошего:
— Это что еще за …?! — ввернула крепкое словечко повелительница огня. — Ты! Держи руки так, чтобы я их видела! И поднимайся! Живо, позорница! Фу, позор какой! Омерзение! — продолжала она распыляться, и девушки за дверью со страхом переглянулись.
— Ну Ре-е-ей! — с развратными нотками простонала Минако.
— Так, а вы чего стоите? Входите, мне помощь требуется! — полный раздражения голос Марс словно снял со всех оцепенение, и сенши, толкаясь, ввалились в комнату.
Рей, не разводя излишних церемоний, рывком подняла с кровати Айно, которая лежала на разобранной постели в одном нижнем белье, и поставила девушку на ноги.