Я в любовь нашу верю...
Шрифт:
Впрочем, первая проблема решалась на удивление просто: юных воительниц было поручено обучать Луне и Артемису — жрецам храма Серебряного Кристалла, и те взялись за дело с огромнейшим воодушевлением. Вместе с королевой, используя Кристалл, они создали четыре жезла — четыре могущественных артефакта, содержащих в себе силу планет принцесс-воительниц. Были созданы специальные формы — каждая в своей цветовой гамме — с учетом предпочтений принцесс. Коротенькие юбочки, матроски, белоснежные трико, обувь — все детали одежды были призваны обеспечить не только удобство при выполнении заданий, но и выполнять эстетическую функцию, не скрывая девичьих прелестей — а вдруг это
Одна только Серенити осталась не у дел. Она с тоской слушала, как подруги детства с жаром обсуждают подготовку к грядущему посвящению в воины, и мечтала разделить вместе с ними их воодушевление. Девушке тоже хотелось иметь свою форму и волшебный жезл, она мечтала обучаться военному мастерству вместе с Минорией, Рейаной, Амелией и Литаврой. Но перед ней открывались безрадостные перспективы — в то время как другие принцессы будут тренироваться и творить боевую магию, Серенити будет скучать у окна, листая очередной манускрипт или повторяя заученные до оскомины правила дворцового этикета. Мир тотчас стал для нее серым и унылым, и лунная принцесса вздыхала и печалилась, с завистью выслушивая восторги подруг.
Наконец, наступил знаковый для принцесс день — час посвящения в воины. Им предстояло получить из рук королевы свои магические жезлы и начать практиковаться в их использовании под руководством Луны и Артемиса. Девушки стояли на площадке у стен дворца, взволнованные до предела предстоящей церемонией. Вокруг собралась толпа из придворных и свиты принцесс, и все переговаривались, предчувствуя невиданное ранее зрелище. Переливались неверным мерцающим светом кварцевые кристаллы, сладко пахли эдельвейсы на клумбах, опьяняя и дурманя. Впоследствии для Минории их запах будет неразрывно ассоциироваться с тем волнением и нервной дрожью, что она испытала на церемонии посвящения.
Зашуршал гравий, и принцессы встрепенулись, устремив взгляды на Селену, что медленно двигалась к ним навстречу в сопровождении Луны и Артемиса. Жрецы выглядели на редкость торжественно и даже напыщенно. Выпятив грудь, жрец в белоснежных одеждах нес на вытянутых руках инкрустированный лунным камнем ларец, стараясь шагать в ногу с королевой.
Наконец, маленькая процессия остановилась, и Селена начала свою торжественную речь, обращаясь, прежде всего, к юным принцессам:
— Вот и наступил тот знаменательный для всего Серебряного Тысячелетия день, когда в ряды защитников нашего королевства вступают четыре прекрасные девушки. Вам предстоит доказать верность Луне и добру, защищая королевство ценой своей доблести. Ваша задача — нести возмездие во имя Луны и служить Серебряному Кристаллу, ведь зло не дремлет, оно совсем рядом, — королева при этих словах воздела глаза к небу, где в чернильном мраке голубовато-зеленым диском висела Терра. — Вы — достойные дочери своих планет. Каждая из вас является символом своей родины: Ум, Красота, Храбрость и Сила. Вместе вы непобедимы. Помните: ваш успех — в единстве, и…
— А как же я?
Последние слова замерли у Селены на губах. Остолбенела и толпа, разинув рты от удивления и немого восхищения — такое не каждый день увидишь. Серенити появилась словно из ниоткуда, и в ее облике не было ничего, что бы выдавало в ней
Серенити была облачена в ту же форму, что и ее подруги. Такое же белоснежное трико, как и у остальных, отличались только диадема с красным рубином, темно-синяя юбка и два алых банта — на груди и за спиной. Высокие красные сапожки с белой каймой и броши-фонарики на оданго завершали образ новоиспеченного воина.
— Серенити, что это за маскарад? — проговорила сквозь зубы Селена, чувствуя себя неловко из-за непредвиденной ситуации.
— Я — Сейлор Мун! — провозгласила принцесса, повернувшись к зрителям. В толпе пронеслись восторженные возгласы и перешептывания. — И я хочу стать одной из воинов в матросках, чтобы бороться со злом вместе с моими подругами!
Принцессы, услышав такое, отреагировали по-разному: Минория восторженно захлопала в ладоши, пораженная невиданной храбростью Серенити; Литавра застыла на месте, лишь хлопая ресницами — у нее не нашлось слов, чтобы выразить бурю эмоций, вызванную поступком тихони-принцессы; Рейана лишь хмыкнула, но в душе одобрила действие Серенити; ну, а Амелия задумчиво рассматривала Сейлор Мун с головы до ног, прикидывая вероятность вхождения новоиспеченного воина в их команду. Она от всего сердца хотела, чтобы лунная принцесса присоединилась к ним, но, увы, фортуна была не на ее стороне.
— Но это невозможно! — воскликнула королева, всплеснув руками.
— Почему? — недоумевала Серенити. — У нас ведь нет воина Луны.
— Твои подруги будут нести возмездие в честь ее имени. У тебя же, дочь моя, будет иная миссия.
Принцесса нервно повела плечиками:
— Какая же?
— Ты — будущая хранительница Серебряного Кристалла, — терпеливо напомнила ей Селена.
— Неужели я не могу быть воином и хранителем одновременно? — воскликнула девушка, и в ее глазах заблестели первые слезы.
— Нет, нет и еще раз нет! — властно провозгласила королева, взмахом руки отметая все возражения, готовые сорваться с уст Серенити. — Ты не будешь воином в матроске — и точка! Если будет угодно, это мой королевский приказ. А сейчас иди. А с вами, — Селена повернулась к замершим Луне и Артемису, — я поговорю позже.
Принцессы с неподдельным сочувствием посмотрели на лунную принцессу, что стояла, понурив плечи и закрыв лицо руками. Они могли представить, как же она чувствовала себя — униженной, растоптанной, ненужной. Девушки хотели бы возразить, попросить у непреклонной королевы-матери заступничества перед подругой, но их языки словно прилипли к небу. Каждая из них чувствовала себя неловко, словно это они в чем-то провинились, а не юная наследница престола.
До воинов в матросках донеслись приглушенные всхлипывания, и Серенити, сорвавшись с места, бросилась бежать ко дворцу. Толпа расступалась перед ней, словно волны перед носом челна, и вновь смыкалась. Все молча смотрели на Селену, которая, гордо держа голову, смотрела прямо перед собой, на посвящающихся. Под ее строгим взглядом все девушки, кроме Рейаны, сжались и опустили головы, не смея даже вздохнуть.
— Пришел ваш час, — вновь заговорила Селена, — выполнить свой долг перед планетой, которая некогда приютила вас. Так будьте же сильными, девочки мои! — тут ее голос дрогнул, в горле словно ком застрял. — Артемис! Подойди!