Я в любовь нашу верю...
Шрифт:
— Всенепременно, — последовал ответ, и посланница, вновь отвесив поклон, скрылась за дверью.
Темный офицер поднялся с места и потянулся, разминая затекшие мышцы. Не спеша пройдясь по кабинету, словно оттягивая момент королевской аудиенции, он невесело усмехнулся, предвидя суть беседы с Берилл. Да, она наверняка будет гневаться и обвинять его в некомпетентности. Помнится, он обещал переманить Венеру на сторону зла, но никак не удосужился сделать это. Королева начнет перечислять все его промахи и недочеты, отчитывая, словно нерадивого ученика, а затем пригрозит смертной карой, если ситуация в ближайшее время
«Все-таки особы королевской крови довольно нетерпеливы», — подумал Данбурит, нехотя щелкая пальцами и растворяясь в воздухе. Момент — и вот он стоит в тронном зале Темного Королевства. На офицера тут же пахнуло холодной сыростью и прелью, и он невольно поёжился. В старом заброшенном бункере с вечными сквозняками, где располагалось Темное Агентство, было гораздо уютнее.
Темный Адонис оглянулся. Все были в сборе: Кунсайт и Зойсайт с довольными лицами; Джедайт, что с видом победителя взирал на всех свысока; и даже Нефрит со своей новообращенной женой — надменного вида девушкой с густой копной рыжевато-каштановых волос.
— Заставляете ждать себя, офицер! — высокомерно произнесла Берилл, холодно взглянув в сторону Данбурита. Тот, опустившись перед каменным троном на одно колено, спокойно произнес:
— Прошу простить, моя королева, но я прибыл, едва получив приказ.
Владычице тьмы не особо понравился самонадеянный тон Темного Адониса, и она нахмурилась, гордо вскинув голову:
— Я не довольна тобой, Данбурит. Уже больше месяца назад ты обещал, что Сейлор Венера станет одной из нас, разрушив навек пентаграмму Планет Внутреннего Круга. Я дала тебе полную свободу действий. И что же взамен? Девчонка по-прежнему жива-здорова, и с завидной методичностью уничтожает наших лучших демонов.
— Позвольте возразить, моя госпожа, — заметил глава Агентства, подняв глаза на королеву, — но все это часть одного большого, грандиозного плана. Признаться, порой я отступал от него, пытаясь в порыве ненависти убить Сейлор Ви, но неизменно терпел неудачу. Каюсь, — Данбурит картинно понурил голову, все же продолжая говорить. — Однако, я поступал не многим лучше Темных Генералов, применяя их стратегию.
— Вот как? — скучающе произнесла Берилл, но все же вздернула в немом удивлении бровь, утверждая обратное.
Игнорируя злобный шепот за своей спиной, больше похожий на змеиное шипение, Темный Адонис продолжил:
— Я наглядно продемонстрировал, что идти против воинов в матросках, когда они вместе и во всеоружии, смерти подобно…
— Даже слишком наглядно, — внезапно отозвался Металия. — Ты погубил демонов и юм, созданных тобой же. И все ради того, чтобы что-то доказать? Не слишком ли глупо и самонадеянно вышло?
— Позвольте продолжить, мой король, — игнорируя холод, пробежавший вдоль позвоночника, ответил Данбурит. Безликий голос короля тьмы всегда вызывал в нем благоговейный ужас.
Берилл равнодушно махнула рукой. Несмотря на весь напускной скептицизм, она не без интереса слушала речь Адониса. Он умел говорить, и королева давным-давно признала это.
Тем временем Данбурит продолжал:
— И вот тогда я решил перейти к следующей части своего плана. Почему бы не попробовать подойти к Сейлор Венере с другой стороны? Сыграть на ее человеческих слабостях и желаниях? Внедриться в ее окружение и выведать самые потаенные секреты?
— Звучит слишком хорошо, чтобы быть правдой, — вновь изрек Металия, и Берилл, что совсем было увлеклась повествованием Темного Адониса, встрепенулась и вновь нахмурила брови.
— Почему я должна верить тебе после столь очевидного провала? — грозно произнесла королева, чуть приподнимаясь с места. — Ты один не показал достойного результата, в то время как во всех остальных направлениях нам сопутствует удача. В наших руках один из трех радужных кристаллов, — Берилл бросила благосклонный взгляд в сторону двух лордов, стоящих чуть поодаль, — да и сбор энергии в последнее время на высоте, и в этом большая заслуга нашей новообращенной Аквамарин.
Темная Нару почтительно склонила голову и торжествующе улыбнулась, бросив взгляд на своего мужа. Нефрит ответил ей тем же. Он был чрезвычайно горд успехами своей жены, и теперь нисколько не жалел о своем решении обратить настырную простушку во зло.
— Но, так уж и быть — я дам тебе еще один шанс, — продолжила королева, сменив гнев на милость. — Не стоит меня разочаровывать, Данбурит. Действуй! Иначе ты в полной мере испытаешь силу моей ярости.
— Я не подведу, — пообещал Темный Адонис, поднимаясь. Все прошло так, как он и предполагал — Берилл согласилась дать ему немного времени на реализацию поставленной цели, перед этим малость поворчав. Однако не стоило недооценивать королеву — она и впрямь не знала пощады, когда что-то шло вразрез с ее планами.
Откланявшись, Данбурит развернулся на каблуках и двинулся прочь. Проходя мимо Кунсайта, он бросил на него короткий насмешливый взгляд и, словно издеваясь, щелкнул в тот же момент пальцами, растворяясь в воздухе.
Генерал недовольно нахмурился. Он уже давно заметил, что этот наглец насмехается над ним. Это вызывало у ледяного лорда бурю недовольства, а в животе точно узел стягивался от предчувствия, что Данбурит знал что-то, чего не знал он. Над Кунсайтом словно завис Дамоклов меч незнания, и лорд не понимал, что же кроется за этими насмешками и поддразниваниями. Но это ощущение длилось всего несколько мгновений, после чего непонятный инцидент полностью стирался из памяти генерала. У него и без того проблем хватало, чтобы обращать внимания на чьи-то косые взгляды.
Наступил сентябрь — первый месяц осени. Пока еще ничего не напоминало о том, что лето передало почетный караул своей смене, отправившись на покой. Деревья по-прежнему щеголяли в зеленых одеждах, хоть в некоторых кронах нет-нет да проскакивали желтые листочки, точно седина в пышной шевелюре стареющего щеголя. Солнце еще радовало своим теплом, и всем хотелось верить, что прогнозы ошибочны, что осень повременит с приходом или вовсе не придет в их края. Однако златовласая красавица уже взяла в руки бразды правления, сделав ночи более прохладными, рассветы — туманными и промозглыми. Она заставила птиц готовиться к отлету в дальние страны, завесила небосвод грядой кучевых облаков, скрывая линию горизонта за сероватыми барашками косматой пены; и даже выпустила на волю холодный северный ветер. Он, словно пастух, гонял по небосводу отары облаков, то и дело закрывая солнце, которое, впрочем, еще не растеряло силу лета.