Я тут главный!

Боярин

– Умф… - выдавил я неопределенное.
– Хм. Давай представим, что я понятия не имею, что там и как. Что посоветуешь?

– Нуу… ты когда-нибудь видел цветение сакуры?

Я отрицательно покачал головой.

– Тогда сначала в парк пойдем!
– она нагнулась вперед, держась руками за спинки сидений, и обратилась к водителю.
– А тормознете где-нибудь у метро?

Тут еще и метро есть?!..

Минут через двадцать мы уже поднимались наверх на эскалаторе. Народу вокруг и

в самом деле было неожиданно много. Несмотря на все истории Бриареев я никак не ожидал, что это место будет… ну, таким.

Мы прошли через турникеты и вышли в город.

– Нам туда!
– радостно заявила девушка, указывая рукой в сторону железной ограды неподалеку. За ней и в самом деле виднелись деревья, покрытые розовато-белыми цветками.

Вот она какая… сакура…

– Послушай, - задал я вопрос, который все не давал мне покоя.
– А почему тут все… ну, такие обычные? Почему все на людей похожи?

Это было не совсем так - хватало тут и откровенно странно выглядящих индивидов. Но в целом - да. Во-первых, все встреченные были гуманоидами. То есть голова, руки, ноги. В правильном, привычном количестве. Прямоходящие. По росту тоже разброс был вполне приемлемым. Встречали дылды метра под два с половиной и низкорослые, где-то по метру. Дети тоже были.

Вот, пожалуй, и главные различия. Нет, еще цвет кожи бывал необычный. Типа бирюзового или матово-черного. Не так у негров каких, а прямо чернота. И глаза еще алые. Стиляги. Но даже, скажем, крыльев я ни у кого не видел. Или рогов.

Разве таким должно быть население Тартара?.. Это как-то даже слегка разочаровывало.

– А ты чего ожидал?
– развеселилась она.
– Что тут по улицам ползают гигантские черви? А со здания на здание скачут насекомоподобные химеры?

Ага, на самом деле что-то примерно такое и ожидал.

– Нет, но… в общем, объясни.

– Ой, да просто все. Закон такой.

– Какой еще закон?

– Да обычный - в конституции. Я точный текст не помню…

– Своими словами расскажи.

– В общем, запрещаться в общественных местах появляться в негуманоидных формах. Как же там было, я же учила… Ммм?.. Сейчас-сейчас… Значит, во избежание беспорядков, порчи общественного имущества и причинения вреда здоровью и благополучию окружающих. Во! Примерно так!

– Ага… - неуверенно протянул я, озираясь.

Маленькая девочка с воздушным шариком в ладошке поймала мой взгляд и весело замахала мне. Я улыбнулся. Она тоже улыбнулась. Полным ртом острейших на вид иглоподобных зубов…

– Хм… - я поспешил отвести взгляд от ребенка.
– И что это значит? Можно просто запретить выглядеть не так и… и что?

– Да ничего. Просто впаяют штраф, если будешь нарушать. Продолжишь - еще больше платить придется. Ну а в какой-то момент, если до тебя так и не дойдет, в тюрьму посадят.

Так, ладно. У меня сейчас мозг сломается. Они в Тартаре отдельные тюрьмы организовали? Для злостных неплательщиков?..

– И что тут все умеют по желанию менять внешний вид?

– Не, не все. Только те, кому нужно, чтобы закон соблюдать.

И не по желанию, так только одна форма конкретная получается. В мэрии бесплатные трехмесячные курсы проводят для всех желающих. Там и способность дадут, и пользоваться научат.

– А нафига?

– Как нафига? Среди нас есть настоящие великаны и колоссы! А есть и совсем странные… Если бы Бездну-сити пытались спроектировать с учетом потребностей всех, то… я даже не могу представить, как бы это выглядело. А так - удобно. Ты точно знаешь, что никто не задавит тебя ненароком. Или что во время поездки в метро ни под кем не начнет плавиться пол.

Сдается мне, что примеры-то из жизни. Не на ровном месте, получается, такое придумали.

– И прямо все это правило соблюдают?

– Не совсем, - осторожно ответила она. Мы как раз проходили по аккуратной дорожке вдоль небольшого прудика. Красиво. Несколько синеватого оттенка птиц, похожих на цапель, провожали нас взглядами.
– Некоторые наотрез отказываются менять облик. В основном из стариков…

– И что с ними?
– заинтересовался я.

– А ничего. Сидят себе в своих имениях. В город их не пускают.

– Насколько я знаю, среди ваших… “стариков” довольно много жутких тварюг ведь, правильно?
– она согласно закивала.
– И что? Им запретили, и они послушно в город ни ногой?

– Так и тех, кто за правила немало! И среди них тоже полно сильных! Еще большой вопрос, кто кого, если до этого дойдет.

Вот оно что… Так-так. Как это сочетается с тем, что мне Бриарей рассказывал? Вряд ли Тартар стал бы поднимать бучу, или что он там делает, из-за всякой мелочи типа той же Иолотли. Ну, лазит себе время от времени наверх. И что с того? Но если наружу станут выбираться скучающие и едущие кукухой от одиночества древние чудища, способные натворить реальных дел… это не к добру.

Вроде тут все понятно.

– Ясно. А ты тоже?

– Что я тоже?

– Ну, это не твой настоящий вид?

– А! Не, мне повезло - и ничего такого мне не нужно. Я и так хорошо выгляжу!
– она повела руками вдоль тела, очерчивая фигуру.

Не буду скрывать, я испытал некоторое облегчение от этого факта. Поглядел на нее. В принципе, не такая уж и страшила. Да, грудь поменьше, чем мне нравилось. Но и не доска же. Да и попочка… Или это ей так джинсы эти идут? Хммм…

Так, о чем это я? Отвлекся.

– Но и я кое-что могу. Гляди, - она вытянула руку, и та покрылась знакомой уже серой дымкой. Всего на секунду, а потом та рассеялась. А руку покрывал слой все того же серого нечто в форме доспеха. Не как привычные мне, а скорее в таком слегка фантастическом стиле. В сериалах видел.

– Можно?

– Что?

– Посмотреть, говорю, можно?
– я взглядом указал на руку.

– А, да, смотри, конечно!

Я осторожно взял за руку. Пощупал. На ощупь твердое. И прочное. А еще легкое. Я постучал пальцем. Напоминало это не столько металл, сколько какой-нибудь хитин или кость. Ближе к локтю покрытие это истончалось, пока не сливалось с кожей.