Я тебя подожду...

Уилбрик Салли

Посмотрев снизу вверх в холодные серые глаза, Джессика вдруг лишилась дара речи. Но, собравшись с силами, начала бормотать:

— Это не так. Это… ну, я не хотела бы быть с вами невежливой, но огорчать мадам Саккар мне тоже не хочется… — Она поспешно отвела глаза и посмотрела на часы. — А сейчас ровно восемь, — оповестила Джессика.

Секунду-другую мужчина не шевелился, только смотрел на девушку сверху вниз. А затем глаза Шарля неожиданно потеплели.

— Вы очень милая… — Он слегка наклонил голову, и Джесс

испытала совершенно неведомое чувство. Она почему-то решила, что Каран хочет поцеловать ее, и быстро отпрянула, но Шарль, очевидно, чтобы показать, как сильно она ошиблась, спокойно согласился: — Мы не должны заставлять Рене ждать. — И провел Джессику к столу.

Столовая была обставлена так же роскошно, как и остальные комнаты. Сервированной оказалась только часть длинного обеденного стола.

Шарль отодвинул ей стул, занял свое место, и тут экономка, раскрасневшаяся от подвигов на кухне, подала изысканную закуску — грибы, маринованные в вине со специями.

— Замечательно! — не удержалась от комментария Джессика, у которой внезапно проснулся, казалось, бесследно исчезнувший аппетит.

— Мы выращиваем в округе множество грибов, — любезно известил гостью Шарль. — Но вот это блюдо, мне кажется, Рене приготовила специально, чтобы оказать вам гостеприимство.

— Как это мило… — ответила девушка, искренне тронутая заботливостью экономки. Когда застенчивая Рене пришла забрать тарелки для перемены блюд, Джессика набралась храбрости и, вспомнив уроки французского, вымолвила: — Мерси, мадам…

Сознавая, что ее жалкая благодарность вопиюще не соответствует столь роскошному угощению, девушка все же поняла: стремительно выпалившая в ответ нечто абсолютно непонятное мадам Саккар очень довольна.

— Рене предложила, чтобы вы называли ее по имени, — перевел Шарль, когда гордая похвалой своему кулинарному искусству женщина ушла.

— Что ж, с удовольствием, — ответила Джессика, начиная успокаиваться. Едва ли в ее возбуждении была виновата капелька спиртного, добавленного в грибы.

Сейчас она чувствовала себя гораздо уютнее, чем полчаса назад. Джессика рассеянно глотнула из наполненного хозяином бокала и принялась за бараньи котлеты в тесте. Шарль рассказывал, что неподалеку расположен знаменитый французский конноспортивный центр. Стоило заговорить о лошадях, как Джессика забывала о своей застенчивости.

О лошадях молодые люди проговорили весь обед. За кофе Шарль наконец сменил тему и, сообщив, где оставил ее машину, пообещал завтра утром показать окрестности.

Джессика улыбнулась, предвкушая приятную поездку, в том числе и посещение конюшни.

— Вы давно водите машину? — спросил мужчина.

— С двадцати одного года. Извините, я неправильно ответила на ваш вопрос. Два года, — сказала Джессика и, дав Шарлю понять, что ей двадцать три, продолжила: — Меня учила водить Лилиан, моя сестра-близнец.

—

Вы очень похожи? — заинтересовался Каран. — Другие члены моей семьи не перепутали вас?

Глаза девушки затуманились. «Другие члены его семьи» видели их с сестрой на похоронах Жана.

— Нет, не перепутали, — ответила Джессика и, одолев грусть, добавила: — Конечно, мы похожи, но Лилиан — настоящая красавица.

Шарль посмотрел на девушку с чувством крайнего изумления.

— Значит, вы не представляете, что вы тоже красавица? — воскликнул мужчина.

Тут настал черед удивляться Джессике. Девушка подняла недоумевающие глаза. Неужели кузен Жана и впрямь считает ее красивой? Или это чисто французская любезность?

— В октябре прошлого года Лилиан вышла замуж и… И я рада за нее… Когда Жан погиб, она тут же приехала… поддержала меня.

— Его родители говорили мне, вы были в глубоком шоке.

— Месье и мадам Деберль приедут сюда с визитом?

— Вряд ли, — ответил Каран. — А вы бы встревожились, если бы они так сделали?

Девушка немного подумала.

— Только если при виде меня родители Жана испытали бы тяжелые воспоминания о сыне.

— Джессика, у тети и дяди много счастливых воспоминаний о Жане, — твердо сказал Шарль. — И самое счастливое из них — что вы сделали его жизнь полной, выйдя за него зам…

— Не надо! — Джесс не могла этого вынести. О небо, она готова заплакать!

— Ох, моя дорогая… Простите. — Протянув через стол руку, Шарль крепко сжал ее кисть. Казалось, это прикосновение позволило ему передать девушке частицу своей силы, и Джессика сумела не разрыдаться.

— Все в порядке. Извините. Я… — И отняла руку.

— Уже почти год; я думал, что мог бы помочь вам, чтобы говорить об этом, — с сочувствием пробормотал Шарль.

— Как-нибудь в другой раз… — неохотно промолвила Джессика и не слишком удивилась, когда Каран вновь сменил тему.

— Это моя большая небрежность, но я только сейчас понял, что мы никогда не обсуждали вопрос о вашем жалованье. Я буду…

— О, я не хочу платы! — воскликнула Джесс. — К сожалению, у вас только две лошади, так что это едва ли можно назвать работой.

Деверь посмотрел на Джессику с изумлением.

— Но, конечно, я должен платить вам! — властно заявил он.

Но, несмотря на чрезвычайную застенчивость, Джессика все же обладала недюжинным темпераментом, который в былые дни нередко вырывался наружу; чаще всего это происходило совершенно неожиданно для нее самой.

Отодвинув стул, Джессика поднялась на ноги.

— Я, месье, — надменно напомнила девушка, ибо какое-то непонятное чувство заставило ее возмутиться властным тоном Карана, — член вашей семьи! — Выглядевший так, словно не верит собственным ушам, Шарль пытался встать из-за стола, но Джесс стремительно повернулась и вышла.