Я тебя целовал…, Рубцов Николай Михайлович

Я тебя целовал…

5.25 + -

рейтинг книги

Шрифт:

Стихотворения

«Мы будем свободны, как птицы…»

– Мы будемсвободны,как птицы, —ты шепчешьи смотришь с тоской,как тянутся птиц вереницынад морем,над бурей морской…И стало мне жаль отчего-то,что сам я люблюи любим…Ты птица иного полета…Куда ж мыс тобойполетим?!

Ленинград,

март 1962

Сто «нет»

В окнах зеленый свет,странный, болотный свет..Я не повешусь, нет,не помешаюсь, нет…Буду я жить сто лет,и без тебя –

сто лет.Сердце не стонет, нет,Нет,сто «нет»!

Ленинград,

сентябрь 1961

Ненастье

Погода какая!..С ума сойдешь:снег, ветер и дождь-зараза!Как буйные слезы,струится дождьпо скулам железного Газа…Как резко звенелв телефонном миркетвой голос, опасный подвохом!Вот, трубка вздохнула в моей рукеосмысленно-тяжким вздохом,и вдруг онемела с раскрытым ртом…Конечно, не провод лопнул!Ядверь автоматаоткрыл пинкоми сновапинкомзахлопнул!..И вот я сижуи зубрю дарвинизм.И вот, в результате зубрежки —внимательноеммолодой организмкакой-то копченой рыбешки…Что делать? —ведь ножик в себя не вонжу,и жизнь продолжается, значит!..На памятник Газав окно гляжу:Железный!А все-таки… плачет.

Ленинград,

1960

Волны и скалы

Эх, коня да удаль азиатамне взамен чернильниц и бумаг, —как под гибким телом Азамата,подо мною взвился баргамак!Как разбойник,только без кинжала,покрестившись лихона собор,мимо волн Обводного канала —поскакал бы я во весь опор!Мимо окон Эдика и Глеба,мимо криков: «Это же – Рубцов!»,не простой,возвышенный,в седле бы —прискакал к тебе,в конце концов!Но наверно, просто и без смехаты мне скажешь: «Боже упаси!Почему на лошади приехал?Разве мало в городе такси?!»И, стыдясь за дикий свой поступок,словно Богом свергнутый с небес,я отвечу буднично и тупо:– Да, конечно, это не прогресс…

Ленинград,

лето 1961

«Бывало, вырядимся шиком…»

Бывало,вырядимсяс шикомв костюмы, в шляпы, и – айда!Любой красоткес гордым ликомсмотреть на нас приятно,да!Винавеселенький бочонок —как чудо,сразу окружен!Мы пьем за ласковых девченок,а кто постарше,те – за жен…Ах, сколько ихв кустахи в дюнах,у белых мраморных колонн, —мужчин,взволнованных и юных!А сколько женщин! —Миллион!У всех дворцов,у всех избушеккишит портовый праздный люд.Гремит оркестр,палят из пушек,даютнад городомсалют!

Ленинград,

март, 1962

Разлад

Мы встретились у мельничной запруды,и я ей сразупрямо всё сказал!– Кому, – сказал, – нужны твоипричуды?– Зачем, – сказал, – ходила на вокзал?Она сказала: – Я не виновата…– Ну, да, – сказал я, – кто же виноват?Она сказала: – Я встречала брата.– Ха-ха, – сказал я, – разве это брат?!В моих мозгах чего-то нехватало:махнув на все, я начал хохотать!Я хохотал. И эхо хохотало.И грохотала мельничная гать.Она сказала: – Ты чего хохочешь?– Хочу, –

сказал я, – вот и хохочу!Она сказала: – Мало ли, что хочешь!Тебя я слушать больше не хочу!Конечно, я ничуть не испугался.Я гордо шел на ссору и разлад.И зря в ту ночь сиял и трепыхалсяв конце безлюдной улицы закат!..

Ленинград,

1960

Березы

Я люблю, когда шумят березы,когда листья падают с берез.Слушаю, и набегают слезына глаза, отвыкшие от слез…Все очнется в памяти невольно,отзовется в сердце и крови.Станет как-то радостно и больно,будто кто-то шепчет о любви.Только чаще побеждает проза.Словно дунет ветром хмурых дней.Ведь шумит такая же березанад могилой матери моей…На войне отца убила пуля.А у нас в деревне, у оград —с ветром и с дождем гудел, как улей,вот такой же поздний листопад…Русь моя, люблю твои березы:с ранних лет я с ними жил и рос!Потому и набегают слезына глаза, отвыкшие от слез…

Ленинградская обл.,

пос. Приютино, 1957

Родная деревня

Хотя проклинает проезжийДороги моих побережий,Люблю я деревню Николу,Где кончил начальную школу!Бывает, что пылкий мальчишкаЗа гостем приезжим по следуВ дорогу торопится слишком:– Я тоже отсюда уеду!Среди удивленных девчонокХрабрится, едва из пеленок:– Ну что по провинции шляться?В столицу пора отправляться!Когда ж повзрослеет в столице,Посмотрит на жизнь за границей,Тогда он оценит Николу,Где кончил начальную школу…

1964

Тихая моя родина

В. Белову

Тихая моя родина!Ивы, река, соловьи…Мать моя здесь похороненаВ детские годы мои.– Где тут погост? Вы не видели?Сам я найти не могу. —Тихо ответили жители:– Это на том берегу.Тихо ответили жители,Тихо проехал обоз.Купол церковной обителиЯркой травою зарос.Там, где я плавал за рыбами,Сено гребут в сеновал:Между речными изгибамиВырыли люди канал.Тина теперь и болотинаТам, где купаться любил…Тихая моя родина,Я ничего не забыл.Новый забор перед школою,Тот же зеленый простор.Словно ворона веселая,Сяду опять на забор!Школа моя деревянная!..Время придет уезжать —Речка за мною туманнаяБудет бежать и бежать.С каждой избою и тучею,С громом, готовым упасть,Чувствую самую жгучую,Самую смертную связь.

[1964]

Букет

Я буду долго

Гнать велосипед.

В глухих лугах его остановлю.

Нарву цветов.

И подарю букет

Той девушке, которую люблю.

Я ей скажу:

– С другим наедине

О наших встречах позабыла ты,

И потому на память обо мне

Возьми вот эти

Скромные цветы! —

Она возьмет.

Но снова в поздний час,

Когда туман сгущается и грусть,

Она пройдет,

Не поднимая глаз,

Не улыбнувшись даже…

Ну и пусть.

Я буду долго

Гнать велосипед,

В глухих лугах его остановлю.

Я лишь хочу,

Чтобы взяла букет

Та девушка, которую люблю…

У сгнившей лесной избушки

У сгнившей лесной избушки,Меж белых стволов бродя,Люблю собирать волнушкиНа склоне осеннего дня.Летят журавли высокоПод куполом светлых небес,И лодка, шурша осокой,Плывет по каналу в лес.И холодно так, и чисто,И светлый канал волнист,И с дерева с легким свистомСлетает прохладный лист,И словно душа простаяПроносится в мире чудес,Как птиц одиноких стаяПод куполом светлых небес…

1 2 3 4 5 6 7-15