Я смогу... Книга 2
Шрифт:
Глава 13
Серый дым клубился под ногами, окутывал тело, ласково касался лица, но... холод, пронзительный холод, вызывающих внутреннюю дрожь в каждой клеточке, парализовал, лишил способности пошевелить даже кончиками пальцев.
Зажмуриться. Надо зажмуриться. Откуда пришла эта мысль?
Перед глазами темнота. Заглянуть в себя - подсказывает подсознание. А там...
Там свет! Тёплый ласковый, манящий.
И вот уже серость расступается. Она видит спину уходящего.
Подожди!!!
– так и хочется крикнуть,
Кто это? Почему он уходит?
Серый дым готов сомкнуться, когда она, повинуясь наитию, делает шаг следом. И, о чудо!!! Она может двигаться.
Он уходит, но оставляет после себя светящуюся дорожку, дарящую надежду. Она догонит... обязательно.
Нельзя отпускать, - новая мысль. Она ведь смогла увидеть его в этой серой мгле.
Клубы дыма сильнее... Образ уходящего размывается.
– Я найду!!!
– рвёт глотку собственный крик...
Камилла резко открыла глаза. Сердце трепыхалось загнанным комком в горле, отдавало пульсацией на кончиках пальцев. Темнота перед глазами не обманула - она проснулась. Сознание, такое ясное, с первых секунд включилось в работу.
Сон. Ей приснился сон. Впервые в жизни вместо забытья она видела сон. Камилла замерла, боясь сделать лишнее движение и разбудить спящего под боком. Мозг лихорадочно пытался переработать информацию. Девушка думала, что знает себя, особенности своего сознания, пределы своих возможностей. Но это... так выбивалось из привычного алгоритма. Услужливая память подсунула воспоминания наставлений мастера Кая. Леориец сетовал, что Камилла, предпочитая держать ментальные щиты закрытыми даже во время ночного отдыха, сама загоняет свои интуитивные способности в рамки. Да и Карина как-то обмолвилась, что часто использует подсказки внутреннего голоса, почерпнутые во время сновидений.
Камилла осторожно перевела дыхание, чуть повернула голову на подушке. Она отчётливо помнила, что засыпала с закрытыми щитами, да и сейчас они на месте. Неужели информация настолько важна, что интуиция пробила их?
Если так... То каким образом ей толковать свой сон?
Липкое ощущение неясности, навеянное впечатлениями, пережитыми там, в серой мгле, вызвало толпу мурашек вдоль позвоночника.
Что она упустила, на что не обратила внимание? Кто этот мужчина, уходящий в неизвестность и которого так хочется вернуть, не отпускать? Томаш?
Рука сама потянулась к половине кровати, где должен был сейчас спать мужчина, чтобы почувствовать холод остывших простыней. В спальне девушка была одна.
Камилла резко села на кровати.
Могло ли это послужить причиной сновидения? Недели, проведённые на просторах Сектора, насыщенные быстрой сменой событий, не давали возможности осмыслить взаимоотношения с леорийцем. Но это не значит, что идеальная память не фиксирует все осторожные взгляды в сторону девушки, многозначительные паузы, будто фразу оборвали, опасаясь выдать нечаянные мысли, постоянную негласную опеку, которую Камилла и в детстве-то ненавидела, а уж сейчас это
О чём ты шепчешь, внутренний голос? О чём предупреждаешь?
Камилла прищурилась, привыкая к темноте спальни. Взглядом обшарила пространство комнаты, пока не натолкнулась на полоску света, льющегося из-под неплотно закрытой двери. Опустила ноги с кровати, протянула руку, чтобы нащупать халат, босиком осторожно пересекла спальню. Деревянные доски пола чуть слышно скрипнули под лёгкой поступью землянки. Замерла, прислушалась. В соседней комнате тихо гудела система. Камилла сбросила нерешительность и потянула ручку двери на себя. Створка бесшумно поддалась. Камилла выглянула.
Томаш был там. Вид сгорбленной фигуры за рабочим столом в смежной комнате, оборудованной под рабочий кабинет, больно резанул по сердцу. Перед глазами встала удаляющаяся спина в клубах серого тумана...
– Томаш, что случилось?
Мужчина резко поднял голову, посмотрел на девушку:
– Все хорошо, родная, - приоткрыл щиты, дабы Камилла смогла удостовериться в правдивости его слов.
– Почему ты не спишь?
– выйдя из спальни всё так же босиком, спросила Камилла.
Несмотря на то, что Томаш не лгал, она уловила озабоченность в эмоциях любимого.
Неужели он? Но почему? Неужели есть факторы, на которые повлиять Камилла не может?
Что могло случиться, раз в последнее время леориец всё больше погружается в свои мысли и эти мысли вряд и связаны с событиями в Секторе. Камилла готова была признаться в своей мнительности, но что-то нашёптывало: Томаша беспокоит нечто, связанное с Леорией.
Девушка чуть улыбнулась на возмущённый взгляд мужа на её ступни, быстро пересекла расстояние до стола и присела на подлокотник его кресла. Рука легла на затылок мужчины, невесомо погладила.
Появление Ками выбило Томаша из неспешного течения собственных мыслей. За окном царила поздняя ночь и леориец не боялся отпустить их в свободное плавание. Не нужно было держать лицо перед подчинёнными, скрываться за щитами от соотечественников, делать вид для землянки, что всё хорошо. Можно позволить себе побыть просто уставшим мужчиной, которому необходимы минуты наедине с самим собой. А тут Ками... И почему она не спит? Неужели почувствовала его отсутствие?
Робкая надежда заискрилась в глубинах сознания, но тут же была задавлена голосом разума. Не фантазируй, она не леорийка. Смирись с особенностями ваших отношений и не требуй от мироздания большего - радуйся тому, что есть.
Он и радуется. Нежным поглаживаниям по затылку, лёгкому дыханию, касающемуся виска, её близости, когда он так отчётливо улавливает неповторимый запах своей женщины.
Девушка заглянула из-за его плеча на экран рабочей панели:
– Над чем ты работаешь?
Хорошо, что на экране была развёрнута общая звёздная карта Сектора, а не кодировка сообщения, отправленного пятью минутами ранее.
Совесть мужчины трепыхнулась. Рассказать или нет? Доля секунды на заминку прежде чем ответить: